Последняя из древнего рода - Ирина Властная

— Мне не нужны ваши клятвы, господин Вурх, и я не желаю вас больше видеть ни в роли старосты Залесья, ни на своих землях! Род Гэррош не будет терпеть на своих землях воров, лжецов и предателей! — посмотрите только, какой ушлый тип, почуял, что дело неладно и юлить начинает.

Потрясённая тишина повисла над импровизированным собранием.

— Я, леди Эллия Гэррош, глава рода Гэррош обвиняю господина Вурха в сговоре с разбойниками, которые давно сидят в горах и чувствуют себя на моих землях совершенно свободно. Староста Залесья тайно продавал разбойникам, собранные деревней целебные травы и зелья, предназначенные для нужд баронства. Тем самым, он обворовывал не только казну баронства, но и вас, честных работников! Ведь эти монеты могли пойти на ремонт ваших домов, на защиту наших земель. Я обвиняю господина Вурха в предательстве рода Гэррош! Рода, которому он клялся служить верой и правдой! У него были тайные договорённости с родом Даахт, и именно из-за его попустительства горели наши склады и строения, из-за его алчности и жажды наживы, подвергались опасности ваши жизни и жизни ваших детей, ваши дома и всё, что вам дорого!

Вурх поднял голову, и его щёки вспыхнули багровым цветом. Он откашлялся и попытался изобразить оскорблённое достоинство… вполне достоверно, стоит отметить:

— Леди Эллия, это чудовищная клевета! Я честный слуга рода Гэррош, всю жизнь посвятивший служению Залесью. Разбойники? Я всегда боролся с ними! Ещё при вашем достопочтенном отце, светлая память его имени, мы не раз устраивали облавы на этих мерзавцев! Я в жизни не взял ни одной монетки! Род Даахт? Совершенно не понимаю, о чём речь… род Гэррош и род Даахт всегда были связаны дружескими узами! Даахт не раз протягивали руку помощи нашим землям! Все эти обвинения, направленные на то, чтобы очернить моё имя! — запальчиво принялся он защищаться. — О, я знаю, это всё проделки этого бездельника Дарта, да? Он меня терпеть не может, и дочь мою… уж не знаю, чем мы ему не угодили. Это он вам всё наговорил на меня, да? Хочет лишить меня вашего доверия! Я отрицаю все обвинения!

Дарт и так миролюбивым нравом не отличался, а после таких слов и вовсе свой кровожадный характер во всей красе проявил, вывернувшись ужом из-под руки лорда Эйшар, он посохом Вурха сперва по спине огрел, а потом по ногам приложил, заставляя старосту Залесья на колени рухнуть.

— Ты на кого рот свой поганый открыл? Отрицает он! Тартасу будешь свои байки рассказывать, авось поверит… хотя нет, он же не дурак, точно не поверит! Ты вчера с Сайкой по переговорному артефакту связывался, только вот слушали тебя мы с Элькой!

Лицо Вурха вытянулось, судя по всему, он лихорадочно пытался вспомнить, что он вчера наговорить успел и как ему теперь выкрутиться.

— Это не я! Нет моей вины! Это всё Сайка! Я всё, всё по её указке делал! А как не слушаться? Она же леди Гэррош! Хозяйка! Это она требовала, чтобы я торговлю в обход лорда Фарита наладил! А я… я был слаб… золото ослепило меня, и я не смог противостоять этому соблазну… каюсь, есть у меня шкатулочка с монетами, маленькая совсем, на старость собирал себе… всё отдам, но я лишь приказы Саэры исполнял, — не бросал попыток выйти сухим из воды Вурх или хотя бы с минимальными потерями.

Меня злость с головой накрыла, прорываясь яркими всполохами силы. Вот же скользкий гад!

— Слабость не оправдание предательству, господин Вурх. Вы должны были сообщить лорду Фариту о происходящем в его владениях, вы должны были отказать своей дочери и это ваше упущение, как отца, который не смог воспитать честного и достойного человека. Вы же выбрали путь с наименьшим сопротивлением и позволили несправедливости и обману буйным цветом расцвести на землях Гэррош. Вы предали доверие тех, кого должны были защищать, вы проявили недопустимую слабость, и вы не достойны занимать должность старосты. И за все ваши злодеяния вы понесёте наказания! На землях Гэррош никогда не будет царить беззаконие! — разносился мой сильный и уверенный голос на дороге.

Староста Вурх упрямо вскинул голову и пронзил меня взглядом, в котором не осталось и следа от былого радушия.

— А вы докажите, леди Эллия, что всё было именно так, как вы говорите!

На этот выпад я рассмеялась. Издевательски. Зло. И сказала то, что мне постоянно Дарт твердил:

— Я глава рода Гэррош и мне не надо ничего доказывать! Моё слово — закон.

Достал! Нет, ну в самом деле! Нельзя, что ли, сразу признаться и нижайше молить о милосердии? Что Сайка до последнего изворачивалась, что этот… сразу видно — родственники.

Дарт на моих словах яркой звездой засиял.

— Я видел, как староста Вурх с Гиром и Эрином, перетаскивали травы в схрон, а потом оттуда на телеги чужие грузили, — неожиданно раздался уверенный голос и сквозь толпу крестьян молодой парень протолкался, чтобы смело перед моим хмурым взором престать. Высокий, худощавый, торчащие в разные стороны соломенные волосы, россыпь веснушек и честный взгляд. — Там и сейчас лежат корзины с хрустальным папоротником, которые не для Жемчужного предназначаются!

— А я видела, как Вурх с каким-то подозрительными мужиками в лесу шушукался… не из наших, — поддержала паренька невысокая и крепенькая старушка.

— И я…

Жителей Залесья прорвало на откровения. Видно, не настолько уж и хорош Вурх на своём посту, не сумел заслужить любви и преданности крестьян. Вот в Лесной всё по-другому было.

— Почему раньше молчали? — грозно звучал мой голос.

— А как тут скажешь, ежели староста с хозяевами земель в родстве? — сказал кто-то из толпы.

Тоже верно. Ну вот и чудесно, вот и доказывать ничего не надо, осталось только с наказанием для Вурха определиться.

— Не губите, милостивая госпожа, не губите, моего мужа! — бросилась на колени рядом с Вурхом, дородная тётка… госпожа Вурх, судя по всему.

Да мне и самой не особо-то хотелось, но и выбора другого не было.

Глава 52

— Не вздумай! — едва шевельнул губами Дарт, но я расслышала его.

А также поняла, что он категорически против малейшего проявления милосердия, к которому я склонна, и которое совершенно не ценится теми, к кому она