Что я должен был сказать - Р. Л. Аткинсон

он, когда я подошла к диспенсеру с бумажными полотенцами слева от меня. Оторвав два куска, я повернулась направо и подошла обратно к Гриффину, который подозрительно наблюдал за мной.

— Я поняла. Ты больше не фильтруешь свои мысли. — Я посмотрела на его ноги и расстелила бумажные полотенца рядом друг с другом на темно-коричневой плитке.

— И это такое облегчение, — ответил он, а затем нахмурился, когда я опустилась на них на колени, оказавшись лицом к лицу с его членом. — Что, черт возьми, ты делаешь?

— Ты сказал, что это моя вина, так позволь мне всё исправить, — ответила я, сделала глубокий вдох, подалась вперед и провела языком по головке. Его глаза расширились, а затем он издал тот самый тихий стон, который я так любила.

— Это не займет много времени, — простонал он, когда я взяла его в рот.

Он вцепился в мои волосы, пока я делала всё возможное, чтобы не подавиться его размерами. Горячая, густая жидкость ударила мне в заднюю стенку горла. Я отстранилась и сглотнула; кожа горела и пылала от того, что я никогда раньше ни для кого не делала по собственной воле — до этого момента.

Гриффин стоял ошеломленный, пока я поднималась с пола. Подняв бумажные полотенца, я небрежно подошла к мусорному ведру и выбросила их.

— Не знаю, слышал ли ты, но Ноа заделал своей девушке ребенка, — сказала я, чтобы нарушить молчание, стараясь не закашляться и не подавиться остатками жидкости, которая, казалось, прилипла к горлу.

Гриффин еще несколько секунд смотрел на меня, прежде чем медленно кивнуть.

— Да уж, пиздец, — пробормотал он, лишь наполовину осознавая, что я сказала.

— Ладно, полагаю, твоя проблема решена, так что я пойду. — Я заправила несколько выбившихся прядей волос за ухо, пока он медленно кивал, всё еще находясь в оцепенении. Мои щеки пылали огнем, когда я развернулась и пулей вылетела из уборной.

Идя так быстро, как только могла, чтобы не привлекать внимания, я бросилась к бару в центре зала и скользнула на высокий стул.

Бармен повернул голову; его узкие голубые глаза отлично сочетались с лохматой светлой прической серфера. Рубашка с цветочным принтом завершала образ.

— Шот. Пожалуйста. — отчаянно взмолилась я, нуждаясь в том, чтобы успокоиться после такого поступка, который наполнил меня волнующим возбуждением.

— Чего именно? — спросил он.

— Чего угодно, — пробормотала я полусвязно, так как мысли о пылающих ореховых глазах Гриффина, сверлящих мои, и его пальцах, зарывшихся в мои волосы, вызвали очередную волну влажного возбуждения между ног.

Бармен подозрительно посмотрел на меня, но наполнил крошечную рюмку и пододвинул ко мне. Я схватила ее со стойки и выпила так быстро, как только могла — текила обожгла горло и разожгла горячее пламя в животе.

— Всё в порядке? — осторожно поинтересовался он. Я кивнула, с облегчением ставя рюмку на стойку.

— Угу, — пробормотала я, зная на все сто процентов, что повторила бы это снова. Одна только мысль о Гриффине...

Бармен нахмурил брови.

— Мне следовало спросить до того, как наливать, но просто для перестраховки: сколько вам лет?

Я подняла на него полные стыда глаза.

— Брат напомнил мне, что на следующей неделе мне исполнится двадцать восемь. Даже не знаю, как к этому относиться, потому что, ну, это почти тридцать. — Я наклонилась вперед, положив руки на колени, и вздохнула.

Его взгляд скользнул по моему телу, и он впечатленно приподнял бровь. Я проследила за его взглядом до своей груди и быстро перенесла руки на барную стойку, прикрывая декольте.

Усмехнувшись, бармен отвернулся и начал смешивать коктейль. Вскоре он пододвинул ко мне самый милый напиток с зонтиком, который я когда-либо видела. Если не считать двух последних раз, когда я напивалась, я вообще-то никогда не пила, так что понятия не имела, что это такое.

— Я это не заказывала.

— За счет заведения. Считайте это досрочным празднованием дня рождения. — Он улыбнулся и взял бокал, чтобы протереть его. Медленно я поднесла трубочку к губам и сделала глоток. Напиток оказался удивительно фруктовым, и вкус алкоголя почти полностью скрывался за чем-то сладким.

— О, как вкусно, — простонала я и сделала еще один глоток. Он усмехнулся, когда на меня упала тень.

— Что ты делаешь? — Голос Гриффина пронзил мое блаженное состояние. Приоткрыв один глаз, я виновато улыбнулась.

— Она пьет за счет заведения. А вы кто такой? — с вызовом спросил бармен.

Я ткнула большим пальцем в сторону Гриффина, допивая последние капли своего коктейля.

— Это мой парень.

Гриффин сел рядом, а брови бармена поползли вверх. Он был удивлен. Бармен принялся за другой напиток, на полпути подвинув Гриффину пиво.

— Охренеть, — сказал бармен.

— Что? — спросила я, пока Гриффин переводил взгляд с пива на меня и обратно на пиво.

— Просто удивлен. Ваш парень действительно вашего уровня. — Он ухмыльнулся, а Гриффин, не моргнув глазом, поднес бокал к губам.

— Она чертовски горячая, не так ли? — сказал он, опустив пиво, и бармен кивнул, пододвигая ко мне еще один бокал.

Я хихикнула, делая глоток.

— Гриффин, бармен только что намекнул, что ты тоже горячий. — Гриффин просто сделал еще один глоток, в то время как бармен вскинул брови с хитрой ухмылкой.

— Я умею ценить мужчину, когда он того заслуживает, — сказал он, снова протирая бокал.

— Еще как заслуживает. — Я радостно потягивала свой напиток, от которого по всему телу разливалось приятное тепло.

— Кстати, ты говорила, что не пьешь. И что ты здесь делаешь? — вмешался Гриффин.

— А ты правда хочешь сейчас возвращаться за тот столик? — спросила я.

— А что за тем столиком? — с любопытством приподнял брови бармен.

Гриффин указал на меня большим пальцем.

— Ее младший брат только что объявил, что обрюхатил свою девушку. О, а ее мама хочет, чтобы они переехали обратно в Вашингтон вместо того, чтобы остаться в Айдахо.

Я указала на Гриффина, удивленная тем, что он вообще запомнил новость о Ноа.

— Его тетя хочет заграбастать наследство его мамы, хотя эти деньги нужны для ухода за его отчимом, который серьезно болен.

Гриффин снова вскинул брови.

— А ее мама и моя мама вломились в наш номер в отеле. Ее мама думала, что я ее похитил.

Бармен моргнул, с грохотом поставил на стойку две рюмки и налил нам по шоту. Гриффин выпил свой без колебаний, и бармен тут же наполнил ее снова. Я не торопилась, зная, что уже навеселе.

— Моя мама тоже ничего не знала о нас. — Я перевела палец с Гриффина на себя.

Гриффин посмотрел на бармена, который с интересом наблюдал за нами.

— А еще мы были