Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

музыка. Это был бальзам, успокаивающий мое сердце, и я погрузилась в блаженное оцепенение, оставив все позади. Я была девушкой, потерявшейся в ночи, украденной голосом Курта Кобейна и летящей на крыльях ритма туда, где меня никто не мог найти.

В следующий момент меня поставили на ноги и прижали горячие губы к моему рту. Мои глаза открылись, и я оттолкнула Дэнни, мое сердце бешено забилось, когда я увидела этого человека, окрашенного кровью моих врагов. В его глазах было дикое желание, которое зажгло мою душу, но я знала, кто он теперь. Кем он был на самом деле. И я не собиралась забывать об этом.

Я поняла, что снова нахожусь внутри склада и стою на большом пластиковом покрытии рядом с Черчем и Фрэнком, которые раздевались донага.

Дэнни требовательно постучал по моим наушникам, и мои зубы сжались, прежде чем я неохотно сняла их.

— О, дорогая, ты выглядишь как лучшее крушение поезда, которое я когда-либо видел, — Дилан вышел из-за защитного покрытия, розовые перчатки для стирки были натянуты до локтей, его мускулистое тело втиснуто в обтягивающий черный комбинезон. «Кровавая бойня» как абсолютная аура вокруг тебя. Если бы это не уличало тебя и не отправляло в тюрьму на пятьдесят лет, я бы оставил это на тебе навсегда. Но это необходимо. — Он щелкнул пальцами на меня, когда Дэнни стягивал с себя рубашку, и я поняла, о чем спрашивал Дилан.

— Быстро ты здесь, — прокомментировал Черч, расстегивая брюки, снимая джинсы и бросая их на простыню вместе с носками и ботинками.

— Шайла позвонила, милый, — ответил Дилан. — И мы все знаем, что копы не будут терять ни секунды, придя посмотреть, смогут ли они поймать тебя с поличным после бандитской драки, на которой написано “Батчер”. Теперь меньше разговоров, больше стриптиза.

Меньше всего мне хотелось раздеваться после всего пережитого, но я сжала челюсти и скинула туфли, затем расстегнула джинсы и вылезла из них. Затем я сняла куртку и носки, затем трусики и, наконец, рваную рубашку, бросив ее вместе с остальной одеждой, прижимая к голой груди наушники, iPod и мини-фонарик.

Мои глаза метнулись в сторону, когда я стала слишком хорошо видеть голых мужчин рядом со мной. Дэнни сбросил свои боксеры вместе с одеждой, и мой взгляд скользнул по чернилам на его плоти, бурная какофония татуировок смотрела на меня, прежде чем мое внимание остановилось на цветке незабудки на нижней части его пресса, почти скрытом колючими розами, которые окружали его.

Я подняла голову и на мгновение встретилась с его взглядом, прежде чем оторвать глаза от него, вместо этого я стала смотреть на мускулистую фигуру Черча, в горле образовался комок, когда я уставилась на его тело, не в силах убедить себя в тот момент, что я ненавижу его татуировки. Потому что с добавлением крови, которая окрасила его руки в красные тона, я не могла отрицать, как красиво и мощно он выглядит.

Фрэнк закончил раздеваться последним, и когда он повернулся ко мне спиной, мое сердце замерло в груди от того, что я там обнаружила. По всей темной коже его спины были шрамы, жестокие, бесконечные шрамы, тщательно вырезанные точно в его плоти, чтобы создать один огромный символ, который распространялся вниз от его плеч до основания позвоночника. Они образовывали знак, который я узнала бы где угодно, в любой жизни. Огромная буква V была создана из двух изображений, детали оригинального дизайна немного потерялись в шрамах на коже, но все равно были до тошноты точными. Клинок и пистолет пересекались друг с другом, образуя букву, а вокруг двух орудий были вырезаны более мелкие шрамы, изображающие колючую лозу, которая их окружала. Череп на заднем плане изображения выглядел так, будто его выжгли в плоти, вырезав в окружающем пространстве невероятно совершенные цветы, оставившие на его коже шедевр агонии, который я даже не могла себе представить. Время, которое должно было потребоваться кому-то, чтобы сделать это с ним, заставило мой желудок перевернуться, а боль, которую он должен был вытерпеть, заставила мои пальцы дрожать от одной только мысли об этом.

Я знала этот символ. Я видела его каждый день своей жизни до того, как приехал в эту страну дождя и силы.

Это был знак моей семьи, Волковых. И это могло означать только одно. Франк был схвачен и замучен русскими, и не просто русскими. Я узнала работу моего брата Николая, когда увидела ее.

Святые угодники.

— Вот, милая. Мне нужно взять это. — Дилан подошел ближе, протягивая мне пластиковый пакет, чтобы я положила в него свои вещи.

Я крепче сжала свои наушники и iPod, качая головой в знак отказа, хотя знала, что не могу их оставить.

— Они мне нужны. Ты не можешь их уничтожить, — прорычала я.

Дилан медленно кивнул в знак согласия.

— Я верну их, милая, обещаю.

Он двинулся вперед, пытаясь вырвать их из моих пальцев, и я заставила свои руки отпустить их, когда он нежно сунул их в пакет с замком—молнией, который ждал его.

— А теперь в душ. Все вы, — приказал Дилан. — Воспользуйтесь тем, что внизу, заходите все вместе. Не теряйте времени. У нас есть примерно десять минут до того, как копы появятся у вашей двери, и мне нужно, чтобы как можно меньше мест для мытья.

Дэнни схватил меня за руку, и хотя я пыталась вырвать ее, он не отпустил ее, потащив меня в ванную комнату в нескольких футах от нас, а Черч и Фрэнк последовали за ним.

Внутри был душ с кремовой плиткой, который не выглядел достаточно большим для всех нас, но в следующую секунду меня втащил в него мой муж с двумя другими огромными парнями на буксире.

Дэнни включил душ, и я поморщилась от холодной воды, прежде чем она стала горячей и хлынула на нас, прижав меня к задней стенке.

Дэнни немного сдвинулся, и рука Черча прижалась к моему боку, бедро Фрэнка ударилось о мое, а Дэнни остался у меня за спиной. Мой пульс бешено колотился от их близости, но в то же время, казалось, на меня снизошло чувство спокойствия. Даже после прикосновения этих мерзавцев я не хотела отталкивать от себя этих мужчин, хотя и не знала почему.

Вода хлынула на нас потоком, кровь на нашей коже стекала вниз, образуя красную лужу у наших ног.

Дэнни внезапно выплеснул горсть шампуня на мои волосы,