Клыки - К. Л. Спир

— Это означает, что я тебя не хочу?

— Так какого черта ты наорал на меня? — Я зашипела, высвобождаясь, прежде чем совершить какую-нибудь глупость, например, погладить его.

— Я не кричал на тебя, — он отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. — Но я играл на мелководье, а ты, блядь, спрыгнула со скалы. Я пытаюсь быть с тобой осторожным…

— Мне не нужно, чтобы ты был со мной осторожен, — огрызнулась я.

— Ты все еще горюешь, — сказал он с серьезным лицом. — Я буду осторожен.

— Ну, может быть, я просто хочу забыть обо всем ненадолго. Может быть, я просто хочу кого-нибудь трахнуть. Повеселиться.

Он нахмурился.

— Так что, ты просто хочешь немного случайного секса?

Я уставилась на него, моя грудь тяжело вздымалась.

— Это все, что я могу предложить, Ли.

— Но ты делаешь предложение?

— Я просто… — Я изо всех сил пыталась выдавить слова сквозь комок в горле, — Я просто хочу…

— Чего ты хочешь, Веснушка?

— Я просто хочу, чтобы кто-нибудь прикоснулся ко мне, — наконец выдавила я с несчастным видом. — Я так устала быть одна…

Его губы впились в мои, когда его тело прижало меня к стене, но я не могла не заметить, что он был осторожен с моей спиной. Я была поражена на полсекунды, но затем ответила на его поцелуй так же яростно. Я приподнялась на цыпочки, чтобы мои руки могли скользнуть в его растрепанные волосы, вырвавшись из удерживающего их узла. Он прижался ко мне бедрами, заставляя ожить каждое нервное окончание в моем теле.

— Я более чем хочу прикоснуться к тебе, — прохрипел он. — Хочешь почувствовать себя хорошо, Веснушка?

Я выгнулась навстречу ему, ища этого трения, но он прервал меня, схватив мои руки и прижав их к стене над моей головой. Одна большая рука легко охватила оба моих запястья, удерживая меня на месте, в то время как другой он наклонился, чтобы схватить меня за подбородок. Я уставилась на него, когда он приподнял мою голову, тяжело дыша, все мое тело трепетало от желания.

— Я хочу услышать ответ, Веснушка, — промурлыкал он. Его голос звучал мрачно, но это не напугало меня. Вместо этого тепло разлилось у меня в животе и разлилось по венам. — Ты хочешь почувствовать себя хорошо?

— Да, — прошептала я.

— Что «Да»? — Его рот скривился в ухмылке.

Я уставилась на него.

— Что? Ты хочешь, чтобы я сказала «пожалуйста»?

Его ухмылка стала шире.

— Немного вежливости никогда не помешает, но нет, я хочу услышать, как этот рот описывает все, что ты хочешь, чтобы я сделал.

— Мой дерзкий рот? — Я приподняла бровь, пытаясь ослабить его хватку на моих запястьях, но он не сдвинулся с места.

В тусклом свете его глаза казались черными, и он широко улыбнулся, сверкнув зубами.

— Да.

Я чувствовала, что мои сомнения, застенчивость и горе угрожают нарастать, но в моем организме оставалось ровно столько алкоголя, чтобы игнорировать это.

— Я хочу, чтобы ты заставлял меня кончать, пока с твоих пальцев не потечет вода, — выдохнула я, и мой рот скривился в ухмылке, когда на его лице снова промелькнуло удивление.

— Умница, грязный рот, — поддразнил он, ухмыляясь.

Мои соски напряглись, и он отпустил мой подбородок, чтобы поцеловать шею, все еще прижимая мои запястья к стене. Он был не особенно высок, но я была низенькой, и он легко завладел моим телом. Его зубы прикусили мою кожу там, где шея соединялась с плечом, и я ахнула, но его язык последовал за мной, унимая боль. Его свободная рука скользнула вниз по моему телу, поглаживая мои бока, и хотя он остался поверх моей рубашки, его прикосновение заставило меня вздрогнуть. Мой язык прошелся по его губам, требуя входа, и он раздвинул их для меня. Когда я коснулась его языка своим, он издал низкий горловой звук, от которого у меня заныло в горле. Я хотела большего. Я хотела, чтобы он прикасался ко мне везде, чтобы прогнать тяжелую печаль с моей кожи. Я хотела чувствовать себя хорошо без каких-либо обязательств. Никаких глубоких эмоций, никакого обнажения души, только удовольствие.

Его язык безжалостно проникал в меня, и я наклонила голову, углубляя поцелуй. Его рука переместилась с моего бока на грудь, кончики пальцев прошлись по моим твердым соскам и описали круги вокруг них. Поношенная ткань моей ночной футболки создавала достаточный барьер между нашей кожей, чтобы быть соблазнительной. Его рот резко оторвался от моего, и я ахнула, когда его губы сомкнулись на одном обтянутом тканью соске, его язык высунулся и закружил, увлажняя тонкую ткань настолько, что она прилипла к моей коже. Когда его рот переместился к другой моей груди, прохладный ночной воздух, смешанный с моей мокрой рубашкой, заставил стон сорваться с моих губ. Он повторил свои манипуляции с другим моим соском и прикусил зубами твердый бугорок, заставляя меня вздрагивать, а внутри все пульсировать. Он усмехнулся, а затем снова поцеловал меня, языком настойчивым и требовательным. Каждый раз, когда я двигалась, влажная рубашка натягивалась на мои соски, и мне приходилось сдерживать всхлип.

Его рука скользнула вниз, чтобы схватить меня за задницу, притягивая меня к нему еще крепче.

— Я мечтал о том, чтобы вот так прикоснуться к тебе, — простонал он.

— Тогда положи на меня руки, — потребовала я.

— Боги, ты любишь командовать, — задумчиво произнес он, отстраняясь, чтобы ухмыльнуться мне.

— Ты просил меня указывать тебе, что делать. — Я снова попыталась высвободить запястья, но его хватка усилилась. Я сердито посмотрела на него, но он просто выглядел удивленным. — Если ты не готов к этому, я уверена, что могла бы пойти разбудить Така, — добавила я с фальшивой любезностью.

В его глазах промелькнули эмоции, которые я не смогла толком разгадать, но они исчезли так же быстро, как и появились.

— Не дразни, — мягко сказал он, а затем схватил за пояс моих ночных шорт и притянул меня ближе, его рука скользнула вниз. — Эти чертовы шорты.

— Что не так с моими шортами?

— Ты выглядишь достаточно хорошо, чтобы тебя можно было съесть, вот что с ними не так.

Дрожь пробежала по мне от его слов, затем его пальцы задели мой клитор, и я ахнула, выгибая бедра.

— Ты такая влажная для меня, Веснушка, — простонал он, его горячее дыхание коснулось моей шеи.

— Не надо… — я вздрогнула, когда его пальцы задвигались, большой палец обвел мой клитор, — … прекрати.

— Прекратить что? — Его пальцы замерли, и он озорно улыбнулся мне.

— Ты такой дерзкий, —