Янтарная тюрьма Амити - Рона Аск

— Я не буду вдаваться в подробности, как строилась и развивалась цивилизация Асхары, просто скажу, что тогда были нередки набеги с целью разорить чужие племена: забрать еду, ценности и женщин. Тогда племена на берегах рек и землях оазисов объединялись и создавали крупные общины, а потом, чтобы сдерживать набеги других племен, начали вести с ними торговлю. Покупали в основном за еду какие-либо предметы из глубин Асхары, но чаще чужую силу, чтобы выросшие в суровых условиях люди защищали тех, кому повезло родиться в более удачных условиях. Считалось, что самые сильные воины появляются на свет и воспитываются там, где жизнь теснее всего соприкасается со смертью. Так Асхара сделала первый шаг к созданию своей страны и цивилизации, однако этот же шаг, к сожалению, не избавил котов от уничтожения.

— Перед появлением первого Ширах Кукуля коты были на грани исчезновения. Даже жители оазисов и возле рек, которые раньше боготворили котов за сохранение продуктов от грызунов, тоже переняли обычай жертвоприношения.

— Жесткость порождает невежество, а невежество — безграмотность, — не выдержав, произнесла я. — Словно слушаю историю об истреблении магов.

На нас тоже охотились. Магов притесняли. Приносили в жертву. Сжигали заживо, топили и сдирали кожу в назидание тем, кто тоже хотел связать себя с магией. Пока не пришла та, кто привела всех к миру.

Сладос тяжело вздохнула:

— Согласна, чем-то судьба магов и котов Асхары похожи. Там и там появился тот, кто смог остановить истребление.

— У магов Амити, а у котов Ширах Кукуль, — произнесла Мэй, а Сладос продолжила:

— Когда Ширах Кукуль пришел, я повторюсь: появилось две легенды. Сейчас уже не сказать, какая из них была первой, а какая второй. Но я начну с той, которая научила асхарцев правилу «не обижай».

— Раньше асхарцы верили, что души есть лишь у людей, а у животных только дух, созданный для того, чтобы питать человеческую душу и усилять ее перед отправкой в Нирвану. Поэтому считалось, что животные не способны испытывать эмоции, как люди, и вся их суть состояла исключительно из инстинктов. Но появление Ширах Кукуля или Повелителя Котов, если переводить на общий язык, сильно пошатнуло веру асхарцев.

— Сначала никто не понимал, что происходило. Люди отправлялись на охоту, но ловили лишь мелкую дичь, а котов даже следов не было. Многие вожди решили, что это дурной знак и начало великого бедствия — голода, потому что для асхарца тех времен это было одним из самых страшных зол. В чем-то они были правы, потому что отлов мелкой дичи не насыщал все племеня, а торговля хоть и была, но еще не достаточно развитая. Вскоре участились междоусобицы, кража и насилие.

Сладос заметно помрачнела.

— Многие племена отказались от оседлой жизни и стали кочевниками. Так у них было больше шансов найти новую дичь, а заодно избежать столкновения с другими племенами. Однако кочевая жизнь была слишком тяжела для женщин, особенно с детьми. Постоянная миграция сильно истощала, а дети часто погибали. Многие племена из-за этого разделялись: старики и женщины оставались в лагерях, набираясь сил, а молодые и сильные мужчины отправлялись на поиски более благоприятных для жизни мест или нападали на другие племена. И вот одно из таких племен, которое предпочитало разделяться, однажды нашло убежище котов.

— Радостные мужчины мгновенно напали на животных и собрали несколько тушек, которые унесли к своим женщинам в лагерь. По возвращении их всех ждал большой пир. А ночью… лагеря не стало.

— Они все погибли? — удивилась я.

— Сложно сказать…

Сладос перестала гладить Котю, когда тот поднялся с ее колен и с забавными потягушками вернулся к мискам доедать то, что осталось. Правда, с таким вздохом, что я сразу поняла, что его одолела жадность, а не голод. И пузико у него уже было такое, что любой разбойник-рецидивист позавидует.

— Кто-то говорил, что все тела были разорваны. Кто-то — съедены. А кто-то утверждал, что люди разбежались кто куда, прибились к другим племенам и начали рассказывать о жуткой мести котов. Однако никто в это не верил, ведь животные не способны мстить — у них нет эмоций. Но спустя время пострадало еще одно племя, потом еще одно… И люди все больше и больше рассказывали про нападение котов, а кто-то вовсе заикнулся про невиданное раньше прекрасное существо, которое ночью являлось всем перед тем, как племя ждало бедствие.

— Шаманы решили, что это какой-то злой дух в виде кота, который приходит в племена и рушит хижины, разоряет запасы, портит питьевую воду и вредит людям. И приказали людям вывешивать шкуры котов над входом в дом или окружать племя кошачьими черепами, чтобы отпугнуть злого духа, а когда мужчины отправлялисьна охоту — носить с собой какую-нибудь часть кота, например: засушенную голову или хвост…

— Фу! Мерзость какая! — не выдержала Мэй, а на лице Сладос промелькнуло чувство вины.

Я, конечно, читала про асхарцев и была наслышана про их жуткие обычаи, поэтому ожидала от рассказа Сладос что-то подобное, однако сейчас была всецело согласна с Мэй. Но когда заметила, как изменилась в лице Сладос, постаралась совладать со своими эмоциями и спокойно произнесла:

— Естественно, ничего из этого не помогло.

Сладос кивнула.

— Наоборот, сделало только хуже, — тяжело выдохнула она. — Все племена, которые вывешивали шкуры котов или черепа, постепенно подвергались нападениям. Как и люди, кто брал с собой части мертвых животных. А вот те, кто отказался от таких оберегов, напротив, оставались нетронутыми. И пусть раненые, испуганные, но возвращались домой.

— Постепенно слух о Повелителе Котов облетел всю Асхару. Люди рассказывали, как во время жертвоприношений, когда доводилось поймать какого-нибудь кота, на поселение нападала целая кошачья армия. Они выцарапывали людям глаза, оставляли раны, разгоняли, растаскивали или душили еще живую мелкую дичь, отравляли своими экскрементами воду…

Я хмыкнула, зная, на какие разрушения способен один Котя, когда начинает буянить, а тут целая орава котов нападала на людей и творила что хотела. Жуткое зрелище.

— Вскоре каждый асхарец знал, что стоит обидеть кого-то из котов, как его и племя настигнет кара: сначала явится огненно-красного цвета кот, а следом за ним хлынет его армия.

— Огненно-красный? — переспросила я и посмотрела на Котю.

Сейчас его оранжевую шерсть омрачили синие полоски, которые становились все шире и шире, а кое-где даже превратились в пятна. Судя по всему, он очень расстраивался из-за того, что в него не влезало оставшееся подношение. Но если подумать, то Котя тоже окрашивался в красный, когда