Янтарная тюрьма Амити - Рона Аск

— Да, — кивнула Сладос. — Когда Ширах Кукуль собирался воевать, он был похож на сгусток неистового пламени. Однако племена, которых кошачья армия не трогала, рассказывали, что видели белого кота. Некоторые асхарцы даже считали, будто это было два разных животных, несущих знамения войны и мира, пока легенда о злом духе кота не столкнулась с легендой о радужном покровителе.

— Как я уже говорила, неизвестно какая легенда была первой, потому что события происходили в разных концах Асхары. Возможно, Ширах Кукуль появился на свет среди засухи и дефицита, а, может, там, где изобилие воды и еды. Вождь племени отца считал, что события следующей истории случились после начала возмездия котов, поэтому и я буду придерживаться этой хронологии.

Сладос коснулась подбородка и нахмурилась.

— До прихода иноземцев в Асхаре был распространен бартерный брак.

— Бартерный? — не поняла Мэй, а я пояснила:

— Когда женщину отдают мужчине в обмен на что-то. Похоже на договоренности о помолвке между аристократами.

— Хех, — как-то невесело усмехнулась Мэй и помрачнела, а Сладос продолжила:

— Лав все правильно сказала. Но отличием от аристократии нашей страны, там женщин продавали за корову или другую ценность. Грубо говоря, ее обменивали на то, что семье хотелось больше всего. Бартер. Женщина не имела права возразить или отказаться. А еще не смела покидать дом до тех пор, пока не закончатся торги…

— Торги? — тут уже изумилась я.

Сладос кивнула:

— Если женщина была из зажиточной семьи или обладала невероятной красотой, на нее могли объявлять торги. И тот, кто предложит больше всего, сможет на ней жениться. А если заплатит двойную цену, то семья разрешит…

Она запнулась и смутилась.

— Разрешит отведать женщину до брака, чтобы проверить, сможет ли нареченная зачать и выносить здоровое дитя. В случае если у пары ничего не получалось, то мужчина имел право потребовать половину стоимости обратно и отказаться от брака. Так он избегал риска связать себя с «пустой» женой, ведь брак с другой женщиной, пока жива первая супруга, строго запрещен.

— А я думала, что в Асхаре развито многоженство, — удивилась Мэй.

— Так было, пока шаманы не запретили, — пояснила Сладос. — на это было две причины. Первая: из-за большой смертности женщин. В Асхаре почти не было лекарственных трав, а о магах света и говорить не приходилось, из-за чего болезни процветали. И особенно беспощадной антисанитария была к женщинам. Не все переживали первые роды, а вторые и того меньше. Из-за этого мужчин было больше, и между ними происходила жестокая борьба за шанс продолжить свой род. Вторая причина: единокровные браки. Из-за того, что некоторые племена были малочисленными, многоженство породило огромное количество сводных братьев и сестер. Не всегда удавалось уследить за тем, кто родственник, а кто нет. Поэтому случались единокровные браки, из-за чего на свет рождались дети с изъянами. Будь это редкие случаи, никто бы не вводил правило единоженства, но находились племена, где проживали только родственники, и последствия инбридинга были ужасными. Шаманы называли это порчей души. Плотская связь между единокровными супругами отравляя женскую душу, из-за чего она сходила с ума и начинала пожирать душу ребенка в ее чреве, поэтому будущее потомство походило больше на зверя, нежели на человека. Душа мужчины тоже страдала, лишалась воли и не могла добраться до Нирваны. Под страхом суеверия асхарцы начали тщательно следить за родовым древом и избегать даже малейшего родства. А закон одной жены помог упростить эту задачу.

— На плодородных землях торги невест были особенно популярными, потому что изобилие позволяло получить хорошую цену. А если девушка еще одна в семье и других детей нет, то за нее могли отдать целое состояние, потому что все то, что нажили родители, в итоге достанется детям. Бартер там происходил не только за поголовье коров, но и в обмен на землю, которую можно возделывать и на которой строить дом, поэтому торги особенно влиятельных людей были настоящей сенсацией. А если девушка еще и первая красавица…

Сладос обреченно вздохнула.

— Асхарские имена очень сложные, поэтому я назову ту девушку Ашара. Настоящее ее имя можно перевести как Слеза Небес. Родители дали ей его, потому что в день ее рождения на землю пролился сильный дождь, что считалось величайшим чудом и благословением. Асхарцы верили, что в дожди дети всегда рождаются самыми красивыми, здоровыми и удачливыми, потому что при виде них даже небеса не сдерживают слез счастья.

— Совпадение то или нет, но Ашара была писаной красавицей. И пусть она жила не в особо богатой семье, но отличалась крепким здоровьем. В общем, сокровище, а не женщина — по мнению многих мужчин. Все ждали дня, когда объявят торги на невесту. И родители не скрывали, что торги будут. Напротив, всячески подогревали интерес, чтобы выгоднее устроить дочь, а заодно закрыть накопленные долги и обеспечить свою старость. Вот только Ашару совсем не радовал статус выгодной партии. Все потому, что она уже была влюблена.

Глава 46

— Любовь — роскошь, которую жаждут все, но не всем дано ей обладать, — взгляд Сладос потемнел. — Ашара тоже жаждала, но понимала, что ее возлюбленный не сможет перебить предложения тех, кто ждал дня, когда состоятся торги. Она до последнего умоляла семью отдать ее замуж за желанного мужчину, однако они остались непреклонными. Тогда возлюбленный Ашары пообещал ей, что обязательно ее выкупит. Однако как можно в одночасье разбогатеть, если у тебя нет сотен голов скота и гектаров земли? Что может быть настолько ценным в Асхаре, за что каждый будет готов заплатить?

— Вода, — произнесла я, и Сладос улыбнулась:

— Верно.

— Он решил попробовать получить стихию воды? — ахнула увлеченная рассказом Мэй. — Но вы сами сказали, что это невозможно!

— Практически невозможно, — поправила ее Сладос. — Пусть маленький, но шанс получить стихию воды все-таки был.

— Очень маленький, — заметила я. — Стихия еще могла его не признать.

— Вот именно! — поддержала меня Мэй. — Зря он дал такое громкое обещание Ашаре. Слишком самоуверенный поступок.

— Но он был уверен, — заметила Сладос, а меня вдруг осенило:

— Если только…

Я широко распахнула глаза, а когда мысль сформировалась в моей голове, выпалила:

— Если только от него уже не отказались другие стихии!

Однако тут же заметила, как улыбка Сладос стала шире, а ее красноречивый взгляд обратился на Мэй, отчего мое лицо вытянулось в изумлении, и я неуверенно добавила:

— Или он… был пострелком?

— Именно! — хлопнула в ладоши довольная Сладос, а в уголках ее