Ведьмы пленных не берут - Наталья Викторовна Маслова

для успокоения нервов. Всё это было щедро приправлено морской магией Ратиэля. Вместе это звучало, как аккорд могущества. Это было совсем не то, к чему они уже давно привыкли.

Ратиэль представил меня так, будто это была должная формальность: «Фриззи Лаэйронн, моя спутница согласно колдовскому договору». Его голос был ровным, но в нём проскользнула нотка, которую я не оставила без ответа.

— Спутница? — я прищурилась, чтобы лучше разглядеть отражение его лица в кристаллах ворот. — Не смешите меня, фризз. Я всего лишь наёмный работник до тех пор, пока условия нашего соглашения не будут полностью исполнены.

Он покачал головой, и в тоне его прозвучало упрямое:

— Мы оба знаем, что вы лукавите, прекрасная госпожа.

Я, в свою очередь, сдержала свою раздражённую ироничность. Здесь, среди магических горных кристаллов и древних правил, резкие слова могли дорого стоить.

Нас провели через ворота, и город раскрывался как роскошная шкатулка. Широкие улицы залиты мягким светом. По стенам дворцов струились прозрачные водопады. Могучая эльфийская магия умела заставлять камень петь. В воздухе слышались тихие аккорды арф и тонкие звонкие голоса.

Потом нас пригласили во дворец правителя Кристальных гор. Придворные барды встретили нас с куда большей холодностью, чем стража. Их взгляды были как лезвия. Кажется, кому-то особенно не понравилось, что Ратиэль привёл с собой «фриззи ведьму». Я услышала шёпоты:

— Зачем ему человеческая колдунья?

— Неужели барду потребовалась такая шокирующая связь?

Я преднамеренно хищно улыбнулась. Потом позволила словам прокатиться по залу, как лёгкому ветру:

— Не волнуйтесь за судьбу нового королевского менестреля, — промурлыкала я. — Моему нанимателю ещё придётся доказать, что он моего внимания и доверия.

Полная тишина всегда была отличным компаньоном для мрачных шуток и ведьминых каверз.

Мне показалось, что несколько пар глаз готовы были своей враждебностью прожечь во мне дыру. Одна из фрейлин, высокая блондинка с ледяным взглядом, уставилась на меня так, словно собиралась испепелить меня.

Ночью нас разместили в соседних покоях, но условия договора требовали частых встреч и совместных выходов в свет. Дверь между комнатами скрипела, как старая кровать под не в меру толстым медведем-оборотнем.

Когда я вошла в общий зал для музыки, где испытывали претендентов на должность Главного придворного барда, чуть не задохнулась. Воздух был густ от удушливых ароматов. Он был напоён нотами терпкого горного чая и амбры.

Ратиэль уже сидел у окна, его силуэт тонул в серебристом свете луны. Он держал арфу у колен, но не играл. Длинные аристократические пальцы его ждали, когда он получит приказ показать своё мастерство правителю. Его лицо, при ближайшем рассматривании, было сосредоточенно и даже слегка напряжено.

Я подошла к огню в камине и опустилась в кресло, на которое мне указал распорядитель состязания. Оттуда было удобно наблюдать за каждым движением соперников Ратиэля и приближённых короля эльфов. Разговоры были ненавязчивы. Мы лениво обменивались колкостями так же легко, как птицы меняют перья. Без боли и стремления причинить весомый вред, но строго следуя собственной природе.

— Ты ведь знаешь, зачем я здесь, — сказал связавший меня договором бард, едва дотронувшись самыми кончиками пальцев моей руки, когда я встала. Его голос был тих, как шёпот морского прибоя. — Не только ради престижного места при дворе. Больше ради тебя, Габриэль.

Я повела обнажённым плечом и горько усмехнулась. Повернулась так, чтобы он чётко это увидел. Мне куда ближе отстранённость и холод в отношениях чем

Я чуть усмехнулась и повела плечом, чтобы он увидел — мне ближе холод, чем пылкая страсть.

— Ради меня? — насмешливо переспросила я. — Ты уверен, что хочешь испытать любовь человеческой ведьмы? Твои брачные игры могут закончиться совсем не тем, что о чём ты мечтаешь, котик.

Он наклонился ближе. Между нами задрожала та самая магия, которую я иногда ощущала как предательское тепло.

— Я не боюсь, Габриэль, — его взгляд стал пронзительным и острым. — Опасаюсь, что ты избегаешь глубоких чувств и серьёзных отношений. Просто потому, что не готова подарить счастье всего одному мужчине. Это слегка осложняет задачу. Не более того.

Его слова вонзились в мою невозмутимость как ножи. Несмотря на своё обещание держаться, я почувствовала, как пальцы мои непроизвольно сжались. Я хотела ответить ехидностью, хотела сокрушить его тщеславную храбрость, но вместо этого прошептала:

— Пусть этот год покажет, сможешь ли ты покорить Лунную Габриэль.

Он улыбнулся так мягко, что даже камень мог бы растаять. Затем встал и подошёл ближе. Не отвёл взгляда, когда произнёс:

— Габриэль, если этот год моё испытание. Будь уверена, я выдержу. Только боюсь, ты сама не переживёшь его без желания оказаться в моих руках.

Эти слова ударили по мне с неожиданной силой. Внутри что-то дрогнуло. Не сердце, не разум, а тонкая струна, которую кто-то нежно коснулся пальцем. Я увидела, как его глаза блестят. Они были как море перед бурей. Внезапно я поняла: в этой древней игре совсем немного правил. Только все они все против меня, вольной человеческой колдуньи.

Я усмехнулась. Мои слова прозвучали предупреждением:

— Посмотрим, кто кого, бард морской волны, — в моём мелодичном голосе сейчас звенела отравленная сталь ритуального колдовского кинжала. — Никогда не забывай, что я ведьма. Такие женщины не отдают себя на откуп морским ветрам и чужим желаниям.

Он наклонил голову, словно слушая ответ, что несётся от самого сердца гор. Его мимолётная улыбка была одновременно согревающей душу и смертельно опасной для моих ледяных доспехов. Они защищали меня от любви и опасности умереть от разбитого на мелкие осколки сердца. Ночной воздух благоухал приближающейся грозой. Он трепетал между нами, как струны его волшебной серебряной арфы.

Глава 6

Первые дни при дворе могли стать для меня настоящим кошмаром. Я никогда не понимала тех, кто сам совал глупую голову в пасть высшим аристократам. При желании они могли сожрать даже особу королевского достоинства.

В раскрытое настежь окно выделенных мне роскошных покоев врывался пронзительный птичий щебет. Утро встретило меня ароматом горных лугов и эльфийских садов. От него чуть кружилась голова, а ещё внезапно накатило ощущение чуда. Вероятно, всё дело было в особой магии Кристальных гор.

Я лениво потянулась в постели. Честно старалась не думать о том, что сегодня начнётся мой персональный ад под названием «Год с Ратиэлем».

После быстрого умывания и сложного ритуала укладки серебристых волос я спустилась в общий зал. Ратиэль уже ждал меня, как всегда безупречный в своём эльфийском наряде. Его