Одна на троих. Девочка боссов-морозов - Бетти Алая

глаза. Переговоры с ним — это гонка с гепардом в саванне в валенках. Бессмысленно пытаться сопротивляться обаянию и харизме Чернова.

А я… лишь исполнитель. Да, у меня своя компания. Перспективы свои я проебал. Но сейчас не жалею. Хотя Эля…

Даже она сразу обратила внимание на Амира. Это было ожидаемо. Несмотря на привитый в детдоме прагматизм, я впервые надеялся, что она выберет меня. Но чуда не случилось.

Рывком распахиваю холодильник.

— Лёня, — раздается со стороны двери, я резко разворачиваюсь.

— Эля? — быстро подхожу к девушке, она выглядит потерянной.

Она же вроде дремала! Эти оболтусы её разбудили? Смотрю и жадно впитываю всё, что вижу.

Эля в рубашке Амира на голое тело и в своих ботиночках, в которых приехала.

Такая она нежная сейчас! И уязвимая. Больше всего меня бесит, как легкомысленно Лука к ней относится!

Они с Амиром реально намекают на секс втроем? С этим ангелом?

— Я искала туалет… мы там с Амиром посуду мыли, но я так нервничала, что не запомнила дорогу…

— Тебя отвести? — достаю торт, ставлю его на свой стол.

Эля закрывает за собой дверь, проходит вглубь моего кабинета.

— Знаешь, — тихо говорит, — я ведь почти тебя выбрала…

Зачем ты это говоришь?

— Но мне показалось, что ты не хочешь, — кусает губки, — просто хочу, чтобы ты знал. После нашего разговора мне стало так легко на душе! И я хочу…

Эля делает робкий шаг ко мне.

А я понимаю, что просто не могу отдать ее Амиру. Она и моя тоже. Это странное чувство разрывает в клочья все мои принципы. Безраздельно обладать своим ангелом я не смогу.

Но и Амир не сможет…

Это немного успокаивает.

Прижимаю Элю к себе, она кладет ладошки на мою грудь. Я ведь, сука, полуголый и в колпаке деда Мороза.

— Ты такой холодный, — тянет Эля, заглядывает мне в глаза.

И я вижу там безграничную нежность. Глазам не верю! Мне не снится? Может, я треснулся головой? Вижу то, что хочу?

Но Эля настоящая.

— Мне немного стыдно… хотя я не жалею о сделанном. Знаешь, что еще, Лёнь?

— Что? — хриплю, чувствуя, как член неприятно топорщится в брюках.

— Я к тебе тоже… я… — она мнётся, стесняется, сводит меня с ума.

— Говори, — рычу, слетая с катушек.

Если бы ее только что не лишили невинности, усадил бы порочного ангелочка на стол, спустил брюки и…

— Чувствую что-то. Может, это праздник так влияет. И вообще так глупо, — она всхлипывает, пытается вырваться, — лучше пойду в туалет…

— Ты же не знаешь, где он? — выгибаю бровь. — Эль, мы с тобой немного поговорили по душам. Знаешь, что это значит?

Щелкаю ее по милому носику.

— Что этого достаточно?

— Нет. Наоборот. Мы с тобой только начали друг друга узнавать. Мне хочется больше…

— Это странно, Лёнь, — она прижимается ко мне, словно ищет защиты.

Но от кого?

От самой себя? Чувств, которые она не понимает? Влечение к нам ко всем для неё шок. Хорошие девочки выбирают себе хороших мужчин. Одна девочка — один мужчина.

А вот плохие уже имеют право выбора. Один, два, три. Их осуждают. Но многие в глубине души просто боятся сделать шаг и принять свою тьму.

— Всё хорошо, если ты это чувствуешь, значит нормально.

— Но нельзя же влюбиться в… в… — всхлипывает, прижимается ко мне сильнее.

— Можно, мы же влюбились в тебя.

Мы с Амиром точно уже всё, насчет Луки не уверен. Он всегда ловко скрывает свои чувства. Я никогда не умел его читать.

— Чем я это заслужила? — вытирает слёзы. — А?

— А мы? Так бы и сидели тут, устроили сосисочный Новый Год, — усмехаюсь.

— Сосисочный? — Эля распахивает глаза, затем до неё доходит смысл шутки.

— Хи-хи! — она прыскает, раскрепощается. — Ты такой смешной, Лёнь.

— Нравится? — подмигиваю, прижимая девушку плотнее к себе.

Сколько я ещё так продержусь?

Мы наедине. В моем кабинете. Куда ускакали Амир с Лукой хер знает. А Эля вся в моих руках. Она мне доверяет. Смотрит с нежностью.

Эта ночь полностью перевернула моё восприятие как жизни, так и отношений с женщинами.

— Не замерзла, милый курьер? — прижимаюсь губами к виску Элечки.

— Нет, ты тёплый… — она в нерешительности заглядывает мне в глаза, — поцелуй меня…

Что? Замираю, не веря своим ушам. Эля просит меня…

— Ты же понимаешь, что я потом не смогу остановиться, — шепчу в ее губы, уже почти отпуская удила собственной похоти.

— Да…

— А ты сейчас, можно сказать, ранена… — не пойму, кого из нас я уговариваю.

— Больно совсем чуть-чуть. А ты же будешь нежным, правда? Не сделаешь мне плохо?

Не знаю. Я сейчас как дикий зверь в клетке. Выпустишь, может покусать даже того, кого любит.

Люблю? Неужели за мои тридцать три года я впервые влюбился? На чертов Новый год! В девушку, которую знаю несколько часов?

Получится ли из этого что-то настоящее? Я же могу хоть раз в жизни поверить в чудо?

— Ты не хочешь? — чуть не плачет. — Потому что я грязная и пользованная уже?

Прекрасно! Я тут сражаюсь со своими внутренними демонами, а Эля самозабвенно себя накручивает.

— Хочу, даже слишком сильно. Просто боюсь не удержать себя в руках. Обидеть тебя, понимаешь? — целую ее ладошку.

— Не бойся, я сама хочу! — выпаливает, щеки все красные.

И я наконец-то отпускаю себя. Впиваюсь в сочные губы, которые так сильно хочу. Раскрываю Элькин ротик, врываюсь языком.

Во мне просыпается животное…

— Ммм! — девушка покорно отдаётся, я резко разворачиваю ее и сажаю на стол.

Встаю между разведенных стройных ножек. Обхватываю, толкаюсь стояком.

— Лёня… — стонет она.

— Надо же, как интересно! — в дверном проеме появляются мои друзья. — Мы пошли покурить, а наш ангел упорхнул к Лёне. Примете нас в свою горячую компанию?

Глава 15

Эля

От хриплых мужских голосов сзади по телу прокатывается приятная дрожь. Только что я призналась Лёне, что влюбилась в них троих. Властных, горячих боссов и друзей, которых связывает очень многое.

А я?

То есть теперь я тоже связываю их?

— Вы тут без нас хулиганите? — Лука делает шаг к нам, но Амир его удерживает.

— Если Эля хочет побыть с ним, мы не будем лезть, ведь так? — громыхает он.

— Что скажешь, милая? — Лёня подцепляет мой подбородок. — У тебя есть шанс попробовать нас троих…

Сглатываю, гляжу поверх плеча Леонида на остальных мужчин. Господи! Трое! Тепло в грудной клетке превращается в сильный жар.

Мне стыдно! Но при этом сладко и горячо! А еще любопытно! Каково это, когда тебя ласкают трое мужчин?

— У меня