Развод. Без сожалений - София Брайт

— Пока я не получу подтверждения диагноза, даже не думай, что сможешь обдурить меня, — кричит через дверь и запирает замок снаружи.

Я облегченно выдыхаю.

Лучше так, чем то, на что он надеялся.

А с доктором… с доктором я постараюсь договориться.

Глава 12

— Здравствуйте, Кира Алексеевна, — дверь наконец-то открывается, и в комнату проходит наш семейный доктор.

— Здравствуйте, Илья Сергеевич, — сажусь на кровати дочери, поправляя подол платья.

— Что у вас стряслось? — мужчина ставит на письменный стол сумку и пододвигает стул ко мне.

— Меня тошнит.

— Еще симптомы?

— До рвоты.

— Давно? Температура, стул жидкий?

Вздрагиваю, заметив мужа, прижавшегося к дверному косяку и смотрящего на нас исподлобья.

— Закройте, пожалуйста, дверь, — прошу доктора. — Я не буду при нем ничего говорить.

— Егор Николаевич, — поднимается на ноги Илья, — выйдите, пожалуйста.

— Никуда я не пойду, — упрямо стоит на месте муж. — Это моя жена, и я не оставлю ее наедине с мужиком.

— Боже, Егор! Это врач! Выйди или будешь смотреть, как меня выворачивает наизнанку? — смотрю на супруга, желая, чтобы он провалился сквозь землю. Потому что нельзя причинять людям столько боли. И нельзя считать живого человека своей собственностью. А он считает. Решил, что я, как и все в этом доме и в его чертовом офисе, принадлежу ему.

— Этим меня не испугаешь.

— Просто выйди! — кричу от бессилия.

— Егор Николаевич, у вашей жены нестабильное состояние. Дайте нам с ней пообщаться один на один. О результатах осмотра я вам доложу, — говорит спокойно доктор.

— Я буду тут стоять. В коридоре, — говорит хрипло муж.

— Как хотите, — наконец-то прикрывает дверь доктор, и я немного расслабляюсь.

— Теперь я вас слушаю, — он садится напротив меня и внимательно смотрит.

— Не думаю, что это ротавирус, — говорю я.

— Тогда что? Отравление? У вас болит живот?

— Нет, мне просто тошно и противно.

— От чего?

— От мужа.

— Хм, — задумчиво говорит он. — Еще раз. Когда у вас случилась первая рвота?

— После обеда. Когда ездила к мужу в офис…

— А до этого вас тошнило? — смотрит серьезно.

— Нет.

— Раздевайтесь, надо осмотреть ваш живот.

Я поднимаюсь на ноги и понимаю, что сама не дотягиваюсь до молнии на спине.

— Не могли бы вы мне помочь? — щеки краснеют.

Обычно раздеться перед доктором у меня не вызывает какой-то неловкости. Но вспомнив, какое на мне белье, я мгновенно вспыхиваю.

— Вообще, знаете, — резко оборачиваюсь к Илье, как только его пальцы касаются собачки на платье, — осмотр не потребуется.

— Почему? — хмурится он.

— Потому что я застала своего мужа за изменой. Прямо в его офисе, куда приехала в новом белье и платье, собираясь его порадовать. Но он уже там радовал свою бывшую, что, оказывается, уже пару месяцев работает с ним! — не знаю, зачем вываливаю на доктора шепотом всю эту грязь. Но он же доктор и спрашивал, что предшествовало моей тошноте.

Илья замирает, а затем хмурится.

— И, собственно, после этого меня и вырвало.

— А второй раз?

— Второй, когда он попытался схватить меня, спустя меньше часа после того, как пыхтел над своей любовью, пропахший насквозь ее парфюмом и сексом. Вроде не похоже на ротавирус, не считаете?

— Но исключать такую возможность не будем. А цикл у вас регулярный? Когда в последний раз были месячные? — все сильнее хмурится доктор.

— Нет, нет, и еще раз нет! — отхожу от него в сторону. — Я даже сейчас думать не буду в этом направлении. Никакой беременности и быть не может.

— И все же? — опускается он на стул и смотрит на меня с любопытством.

— Илья Сергеевич, мне просто нужно, чтобы вы подтвердили моему мужу, что у меня ротавирус и он оставил меня одну дома. Он до жути боится заразы.

— Зачем вам это?

— Я хочу уйти от него. Не смогу с ним быть после увиденного, но он считает, что измена — это не приговор для брака, а обыденность, — чувствую, как по щеке скатывается слеза.

— Жестоко.

— Так и есть.

— А если вы беременны, Кира? Он же все равно вас не отпустит. Что вы будете делать в этом случае? Пойдете на аборт?

— Я… — ужасная правда накрывает меня с головой. Пытаюсь вспомнить, когда у меня последний раз были месячные, и не могу. Только не это…

Глава 13

— Кира, я уезжаю, — кричит через дверь Егор. — Но все равно закрою тебя снаружи. Толя передаст тебе лекарства.

— Ты что, его под моей дверью оставишь?

Мне даже жаль цербера мужа. Вроде личный охранник уважаемого человека, а приходится выступать в качестве сторожевого пса.

— Ты же не думала, что я такой идиот, который просто уйдет и оставит тебя без присмотра?

Если честно, то я очень на это надеялась. Но не всегда наши желания совпадают с реальностью.

К примеру, я очень хотела прожить всю жизнь с одним мужчиной. Верным, любящим и достойным.

Но трижды мимо.

Ни любви, ни верности, ни достоинства.

— Егор, я все равно подам на развод.

— Тогда будешь дурой! — он продолжает эту странную беседу через дверь.

— И что, так и будешь держать меня взаперти? Или посадишь на цепь? — мне смешно от сложившейся ситуации. — Как долго планируешь держать меня под замком? Что скажешь дочери?

— Что-нибудь придумаю. И это будет не твоей заботой, Кира. Выздоравливай. Поговорим, когда тебе станет лучше.

Я дожидаюсь, пока Егор уходит из дома, и только потом выхожу из детской.

Что теперь? Кто мне поможет?

Надеяться, что муж изменит свою позицию, бессмысленно. Тогда я снова решаюсь на то, чтобы впутать в наш конфликт его семью.

— Лара, добрый день!

— Здравствуй, Кирочка. Давно не звонила. Как там мои любимые внучка и невестка?

— С Лизой все в порядке, она в гостях у моих родителей. А у меня все не очень радужно, — если Егору разрешено играть грязно, то почему я все еще пытаюсь быть честной и разумной в нашей паре?

— Что случилось? — слышу напряжение в голосе свекрови.

— Сегодня заехала в офис к Егору и застала его за тем, как он удовлетворял Марину.

— Кира… — слышу сочувствие в ее голосе.

— Я собрала вещи, чтобы уйти, но он запер меня дома и сказал, что не выпустит до тех пор, пока я не приду в себя.

— Так… А от меня ты чего хочешь? — ее вопрос немного озадачивает меня.

— Хочу, чтобы вы образумили сына и сказали ему, что подобными методами он своего не добьется.

— Может, в тебе действительно сейчас