Бриллиантовый холостяк. Книга 4 - Анна Сергеевна Гаврилова

– Алексия хочет поговорить, но я в ваши дела не полезу. Я пока там, – он указал на не такой уж далёкий диванчик, – посижу.

Выглядело странно. Чувство неловкости усилилось. С появлением в нашей с Эпикуром компании третьего-лишнего всё в принципе стало по-другому! Беззаботность куда-то ушла.

Угу. Беззаботность ушла, а рыжеволосый лорд остался. Он действительно направился к дивану, на котором лежала оставленная, вероятно самим Эпикуром, газета. Сел и, приняв вольготную позу, стал читать.

А мы… Переглянулись, подарили друг другу натянутые улыбки и, разместившись за столом, приступили к дегустации чая.

Эпикур лично наполнил мою чашку, подвинул похожие на рахат-лукум сладости, сказал что-то про погоду. Я попыталась ответить. Хотела разыграть правильную прелюдию, но быстро сдалась.

Я зашла сбоку:

– Так что там с элементалями?

Мой прекрасный сообщник, враг моего врага, сначала взбодрился, однако, заглянув в мои глаза, тут же поскучнел.

– Говори как есть, – бахнул Эпикур. – Не чужие ведь люди. Как-никак хранилище вместе грабили.

Я вздохнула и призналась:

– Хочу обсудить сделку, в результате которой ты приобрёл мои земли.

Эпикур тоже вздохнул.

– Так я и предполагал.

Он встал и вышел, чтобы вернуться с увесистой такой папкой. Папку передали мне со словами:

– Тут дубликаты всех подписанных с Офелией бумаг и дубликаты чеков.

– И что? – Я этот жест не очень-то оценила. – Много ты заплатил?

Говорила вроде без намёка, но ситуация вокруг разорения семьи Рэйдс была слишком очевидной. Лорд Гавальдо внезапно набычился.

– Я не Бертран, девочка. Я заплатил настоящую цену.

А вот девочкой, учитывая предмет разговора, мог бы не называть.

Поморщившись, я открыла папку и начала пролистывать бумаги, в которых не очень-то разбиралась. Местное право оставалось для меня тёмным лесом. Понять истинную стоимость земли я тоже не могла.

– Да я бы и не полез, – добавил Эпикур, – если б не этот хрыч. Не хотелось отдавать ему такой кусок. Да и что он в нашем деле понимает? Бертран далёк от добычи насыщенной породы, он бы перепродал земли через какое-то время с большой выгодой. А тут я. Старик, когда узнал, злился.

Да-да.

– Но почему Офелия, если она так плотно контактировала с Бертраном, продала эти земли тебе?

Образ хорошего парня, в котором пребывал Эпикур, не рассыпался, но дрогнул.

– Почему. Потому что я обаятельный, – сказал лорд жёстко. – Нашёл аргументы. К тому же платил хорошо и без всяких рассрочек.

– Так хорошо – это сколько? – всё так же пролистывая документы, уточнила я.

– Три. – Эпикур не шутил и немного злился. – Три миллиона. Часть золотом, часть драгоценными камнями.

Связи с ключевым артефактом у меня по-прежнему не было, зато сидевший в отдалении Дрэйк пусть негромко, но подавился. Мне же вспомнилось, что на один золотой можно кормить прислугу в течение нескольких дней.

Один золотой! На несколько дней! Теперь вопрос – куда опекунша дела три миллиона?!

Я хорошо помнила, что Эпикур делец, но видела – мужчина не врёт.

Словно почуяв эти мысли, лорд произнёс:

– Я не тварь, чтобы обманывать сироту, Алексия. А насыщенная кристаллами порода – это такой ресурс… Понимаешь, в данном случае, честная сделка гораздо выгодней. Те же правящие, – он мимолётно кивнул на якобы отрешённого Дрэйка, – положи они глаз на месторождения, могли бы отжать. Но сделка честная! Цена достойная! Поэтому шансов оспорить продажу или отобрать земли по причине каких-то нарушений у правящих нет.

Тут высокий лорд не выдержал и, перевернув лист газеты, которую как бы читал, выразительно покашлял.

Эпикур внял и продолжил менее экспрессивно:

– Ну и второй момент. На земле печати рода Рэйдс. В таких случаях обман гарантирует проблемы. Земля, она понимаешь… сопротивляется вторжению.

А-а-а! Дайте мне наполненный резерв и Арти!

– То есть, заплати ты не три миллиона, а один…

– Я был бы захватчиком, – подтвердил мысль собеседник. – Печать собственности от великого рода – это очень сильная штука. При правильной сделке печать аннулируется сама собой, и наша сделка была, в целом, правильной, но видимо из-за того, что её заключал не носитель крови, а опекунша…

Эпикур взял паузу, а потом выдохнул:

– Я ехал в столицу, чтобы убедить Офелию свозить тебя на место. Чтобы ты сняла печати рода, из-за которых и происходит вся эта ерунда. Думал временно выкрасть тебя у Бертрана, а в итоге всё вышло вообще не так. Не успел переступить порог особняка, как меня огорошили новостями, что девица Рэйдс сбежала. Ну и дальше… А потом мы познакомились, и я понял, что…

Собеседник замолчал, а я домысливать не стала. Подтолкнула:

– Что понял?

– Что вопрос со снятием печати нужно решать иначе.

Ну, с мотивами Эпикура плюс-минус ясно.

А с печатями – нет.

Глава 6

Я отвлеклась. Посмотрела в окно, на погружённого в чтение Дрэйка, отпила чаю. Потом плюнула на всё и рискнула:

– Такая печать стоит на всех моих землях?

– Насколько мне известно, да. Но на других она слабей.

Если так, то…

– Остальные земли принадлежат Бертрану, и в его сделках честностью точно не пахло. Значит у него тоже проблемы?

– Скорее всего. Но вряд ли настолько же ощутимые, как активация элементалей.

Я задумалась. Это был не вопрос, а скорее размышление вслух:

– Но если совершить бесчестную сделку, а потом жениться на истинной владелице, то проблема отпадёт сама собой?

Эпикур немного удивился. Кажется я говорила о чём-то совсем уж банальном.

Тем не менее он ответил:

– Разумеется.

Я снова задумалась, и…

– А не проще ли меня убить?

Не то чтоб я предлагала или подкидывала идеи. Тема с убийством была слишком очевидной.

– В твоём случае не проще. Ты Рэйдс, в твоём роду были великие маги, никто не знает, чего они могли в эту печать… скажем культурно, навертеть.

– Навертели так навертели, – вздохнула я.

И сосредоточилась на Эпикуре, который перешёл к конкретике.

– Как понимаю, денег от этой продажи ты не увидела? Что ж, неприятно. Но это не моя вина. Объективно я могу требовать снятия печатей через суд, и он точно встанет на мою сторону, но я, во-первых, не люблю бюрократию. Во-вторых, ты мне симпатична, и я против такой вопиющей несправедливости. Поэтому готов предложить тебе дополнительную компенсацию.

Тот факт, что размер этой компенсации будет несопоставим с суммой сделки, был очевиден. Но соль всё равно в другом.

Я отрицательно качнула головой.

– Я хочу свои земли. Три миллиона – огромные деньги, но я найду способ вернуть тебе эту сумму.

Сказала, а по телу прокатилась волна ужасающих мурашек. Я воспользовалась лазейкой в законе, чтобы