Прикоснись ко мне, Док - Девон Этвуд

Но Мини решила перечить хозяйке, как любой избалованный ребёнок: её хвост завертелся с бешеной скоростью, и она рванулась, пока Джемма не позволила ей просунуть нос прямо между моих ног. Я уставился на собаку, потом на Джемму.

— Свирепая.

— Предательница, — злобно посмотрела на неё Джемма.

Мини подняла морду, высунув язык и сияя от счастья.

Я осторожно протянул Джемме поводок.

— Игнорировать мои слова не значит, что они перестанут быть правдой. Нам надо поговорить.

Джемма выхватила ярко-розовый поводок из моих пальцев. Пристегнув его к ошейнику, она выпрямилась и посмотрела на меня с холодным достоинством.

— Ты ошибаешься. Я внимательно читала договор аренды. Там ничего не сказано про брак. А раз я теперь новый арендатор, значит, тебя выселяют. — Она нажала кнопку лифта.

Я подошёл вплотную сзади. Увидев глупое довольное выражение морды у её сторожевого пса, я осмелился наклониться и тихо, так, чтобы слышала только она, произнёс:

— Там сказано: «неотменяемое обязательство» и «юридически обязывающий брачный контракт».

Она застыла. Я даже не коснулся её, но она вздрогнула, словно её ошпарили.

— Там было… «брачный»?

— А что ты подумала?

Она повернула голову, чтобы видеть мой мрачный взгляд.

— «Военный». Ну, типа… серьёзный?

Я цокнул языком.

— Тебя развели.

— Я запуталась, — призналась она.

— Если бы ты перестала убегать, — мой голос стал ниже, пока двери лифта мягко раскрывались, — я мог бы спокойно разобраться, во что мы вляпались.

С такого расстояния я видел, как у неё нервно дёрнулся кадык. В её прозрачных глазах мелькали серебристые и серые искорки, бегая по моему лицу.

— Я не убегаю.

— Очень похоже, что убегаешь. — Я наклонился чуть ближе. — И вообще, тебе не стоит гулять с собакой одной ночью.

Её брови сошлись.

— Я всегда гуляю с Мини одна.

— Это новый район. Ей срочно нужно сейчас или подождёт?

Джемма посмотрела на добермана, а та уставилась на хозяйку с выражением, которое я мог бы назвать умоляющим.

— Но я уже пообещала ей.

Я закатил глаза.

— Мини. — Собака повернула ко мне голову. — Потерпишь полчаса?

Как будто она реально меня поняла, Мини недовольно фыркнула, издала звук досады и ушла на своё место, прямо в клетку, всё с тем же пристёгнутым поводком. Легла, положив морду на лапы, и уставилась на нас.

Я почесал подбородок, задевая щетину.

— Хм.

Джемма упёрла руки в талию.

— Ладно. Объясни, что, чёрт возьми, происходит.

— Хочешь присесть в гостиной? — Она зыркнула. — Понял, значит, разговариваем в прихожей. — Я сухо хмыкнул. — Этот договор, который ты подписала, был ловушкой. И, прежде чем ты начнёшь защищаться, знай — в такую же втянули и меня. Мы оба застряли в этой квартире.

— Как? — С её мокрых волос капли стекали прямо на грудь, образуя на ткани тёмное пятно.

Я старался не замечать этих деталей и сосредоточился на сути.

— В твоём договоре сказано, что ты живёшь здесь двадцать четыре месяца.

Джемма кивнула.

— Двухлетний договор — это же нормально.

— Но если хочешь расторгнуть раньше, нужно согласие всех арендаторов, то есть моё, и ещё обязательное наличие взаимно согласованной причины для расторжения, которая действует только для сторон, связанных законным браком. Иными словами, ты не можешь выехать раньше, если твой законный супруг не согласится.

— Но я не замужем, — нахмурилась она.

— Вот именно. И значит, у тебя нет права расторгнуть договор. — Я скрестил руки. — У меня то же самое. Я должен быть женат, и только тогда моя супруга, он же соарендатор, может согласиться расторгнуть договор.

Джемма приложила ладонь к губам.

— Ох.

— Дай угадаю, — продолжил я. — Моя мать обратилась в твоё агентство, и, когда попытки свести меня с кем-то провалились, она узнала, что тебе… нужно жильё?

Длинные чёрные ресницы Джеммы дрогнули, она опустила взгляд и устало выдохнула.

— Ох.

— Так и думал. Боюсь, ты попалась на её нечистоплотные и, мягко говоря, сомнительно законные брачные интриги. — Я ослабил галстук. — Надо перечитать бумаги, но она явно привлекла своих юристов, чтобы всё оформить безупречно. Мы либо живём здесь два года, либо женимся и расторгаем договор раньше.

— Это безумие, — Джемма зашагала по прихожей, держась за лоб и озираясь. — Как я этого не заметила во время просмотра? Ты здесь редко бываешь?

— Я живу здесь постоянно. — Я раздражённо стянул галстук, наматывая его на кулак. Джемма заметила этот жест. — Но она убрала всё, пока я был в командировке, чтобы квартира выглядела как выставочный образец. Ты даже в холодильник или шкафы не заглянула?

На её лице мелькнуло раскаяние.

— Я была слишком благодарна, что нашла жильё.

— Как она и планировала, — буркнул я. — Слушай, я это исправлю. Я привык выпутываться из её махинаций. Но это займёт время. У тебя есть, где пожить?

Джемма резко обернулась, губы сжались в нитку.

— Что?

— У тебя, — повторил я медленнее, подходя ближе, — есть где пожить?

— Это мой дом, — зло прошипела она.

Я нахмурился.

— Ты не можешь жить здесь… со мной.

— Тогда уезжай ты, — она скрестила руки на груди и выглядела самой упрямой женщиной на свете. — У тебя же, наверное, триллион долларов? Сними отель.

— Я не собираюсь съезжать из своего дома, — возразил я.

Одна мысль о том, чтобы снова жить в гостинице, пока ищу новую квартиру, вызывала во мне желание заорать. Я уже проходил через это. Вечный бардак. Вещи в хранилище, бесконечное копание в коробках в поисках нужного, необходимость запирать всё в сейфах, чтобы персонал ничего не стянул. И никаких нормальных условий для готовки, и полное отсутствие уединения в спортзале.

— Ну и я тоже никуда не уеду. У меня нет другого места. Думаешь, почему я подписала мутный договор?

Я выдохнул сквозь зубы, отвернулся и ещё сильнее затянул галстук вокруг кулака.

— Ладно, можешь остаться.

— О, огромное тебе спасибо, — выкрикнула она с такой саркастической интонацией, что у меня зачесались кулаки.

— Я иду в душ, — рявкнул я, пересек квартиру и уже заранее возненавидел всё, что ждёт меня в ближайшем будущем. Я хотел принять душ и поужинать. Хотел сделать это, как обычно, в одних трусах. Но теперь у меня в квартире поселилась маленькая воинственная фурия, и я этого лишён.

— Мини, пошли, — буркнула Джемма. Она, босая, направилась к лифту, и когда Мини, радостно цокая когтями, подбежала к ней, нажала кнопку вызова.

Я обернулся и из-за всей комнаты метнул в неё мрачный взгляд:

— Что ты делаешь?

— Выгуливаю собаку, — кивнула она на довольную псину и снова уставилась на двери лифта.

— Ты не пойдёшь гулять одна, да ещё и босиком, ночью. Я же сказал тебе это.

Её ответный взгляд мог