Измена. Я буду счастливой - Мария Кац

потом поговорить с Эмином. Мама слишком далеко зашла. И как бы я ни хотела, но стоит снова позвонить отцу. Пусть кричит, не соглашается с моим решением, запрет меня дома, но я смогу сохранить ребенка и не выходить замуж за Эмина. Не ломать жизнь еще и ему.

Снимаю отца из черного списка и набираю его номер. Как же все это по-детски. Черный список, не разговаривать, обижаться. Он ведь старался все делать для меня, а я даже не захотела его понять.

Набираю отцу, но меня переводят на автоответчик.

Ничего страшного. Скорее всего, он на деловой встрече. Перезвонит. Он ведь всегда перезванивал, и мы находили компромисс.

Отсылаю сообщение с просьбой перезвонить мне и снова наматываю круги по кухне. Думаю и размышляю о том, что мне делать.

Решаю набрать Максу, но он тоже не отвечает. Хочу написать ему сообщение. Сказать, что этот ребенок его и я соврала из-за… ревности, но понимаю, что такое нельзя писать в сообщении. Нужна личная встреча.

Смотрю на время и еду на встречу к Эмину.

Не представляю, как буду смотреть ему в глаза, после того как мама выставила все так, что мы переспали. Не просто переспали, а что он лишил меня невинности, а спустя две недели она объявила о моей беременности.

Мне ведь до сих пор не дает покоя та кровь на кровати. Она не моя. Значит, Эмин и вправду с кем-то был в ту ночь, и мне совсем не хочется думать, что эта та девушка, Вика, и у них все серьезно.

Подъезжаю к ресторану и замечаю машину Эмина. Завидев меня, он сразу выходит и ко мне идет.

— Привет, — произносит он, но я вижу — что-то изменилось в нем. Раньше он вел себя открыто, шутил и улыбался, а сейчас… Мама смогла всем жизнь отравить. — С тобой все хорошо? Как беременность? Была у врача?

Его вопросы мне еще большую боль причиняют. Царапают изнутри. Едва ли не вспарывают внутренности. Это самая настоящая пытка. Я не такая. Я не мама, не смогу сломать жизнь хорошему человеку.

— Эмин, — хватаюсь за его руку и смотрю прямо в глаза. — Нам надо поговорить.

— Конечно. Если ты беспокоишься по поводу жилья, то я уже освободил часть шкафа, ты можешь понемногу переезжать…

— Эмин, все не так, — слова застревают в горле, но я должна с этим справиться. Должна ему признаться. — Ты будешь меня ненавидеть, но этот ребенок… я… все не так.

— Ты о чем? Что-то случилось? Ты не переживай, я сейчас наберу другу, он у меня медик, и мы все решим.

Он уже достает мобильный, и я выпаливаю признание.

— Повтори, — дергает меня за руки, приближая к себе, а у меня по щекам слезы начинают стекать.

— Это обман. План моей матери. Я уже была беременна. Ты не отец моего ребенка. Отец моего ребенка — мужчина, который предал меня, изменил мне. Мама считает беременность позором для семьи, а если она отправит меня на аборт, то я больше никогда не смогу иметь детей. Вот у нее и созрел этот план, но поверь, я бы никогда… я не хотела тебя обманывать.

Он отходит от меня. Нервно выдыхает. За голову хватается.

— Какой же я дурак.

— Нет. Ты стал жертвой обмана. Такой же, как и я. Прости меня. Прости, что я раньше тебе ничего не рассказала.

— Простить?

Он смотрит на меня с презрением. Даже не так. С полным отвращением и разочарованием. Я и сама это понимаю. Понимаю, что надо было сразу все это пресечь. Сразу разобраться с этим, но как же это все непросто.

— Ты не представляешь, что именно произошло, — зло срывается Эмин, а я принимаю все это. — Я ведь…

Он вновь отходит и шумно выдыхает. По волосам проводит, а потом на меня взгляд обращает, и я понимаю, что дело в девушке. В той самой Вике. И я уже понимаю, что произошло что-то ужасное. И она вряд ли простит… измену.

— Прости, — опустошенно произношу, опуская голову.

Мне стыдно от всего этого фарса. От моей слабости. От того, что Эмин пострадал. И Вика. Мне она показалась очень хрупкой и нежной. Как она смогла пережить такое?

Пытаюсь взять себя в руки и не могу. Рыдания разрывают меня на части.

Вздрагиваю, когда оказываюсь в крепких объятиях.

— Ладно. Успокойся. Давай еще раз. Только все по порядку рассказывай.

Мы внутрь ресторана заходим. Эмин заказывает мне чай, а себе — кофе. Его лицо напряжено, но уже выглядит чуть спокойнее.

Я рассказываю ему всю историю, включая момент с тайной свадьбой. Когда заканчиваю свою историю, на душе легче становится. Я словно сбросила тяжелый груз, который везла все это время на себе.

— Почему ты не сказала сразу родителям о свадьбе?

Пожимаю плечами.

— Мне хотелось, чтобы они сначала приняли Макса.

— Ты ведь понимаешь, что принять кого-то нельзя.

Грустно соглашаюсь.

Он ко мне пересаживается и приобнимает за плечо.

— Ничего. Все наладится. Вот увидишь.

Утираю слезы и даже улыбаюсь мужчине.

— Крестным меня возьмешь?

Мы начинаем смеяться, и именно в этот момент к нам подходят родителя Эмина. Совсем забыла, что его мама тоже хотела присоединиться к выбору меню.

Я встревоженный взгляд на Эмина перевожу, он только руку мою сжимает, давая понять, что все будет держать в секрете.

Мне неудобно, что его родители начинают обсуждать детали свадьбы. На самом деле никакой свадьбы не будет. Да и как она может быть, если формально я все еще замужем? Если бы мама знала, то точно бы нашла связи, чтобы нас с Максом быстро развели, но я тяну время. Измену точно не прощу, но не хочу снова действовать на эмоциях.

Эмин не показывает вида, активно участвуя в мнимой подготовке. У меня даже подозрения закрадываются, что он на самом деле готовится к свадьбе.

Мы выходим из ресторана, когда мне звонит мама и начинает задавать странные вопросы.

Едва я отключаю мобильный, как вижу Макса. Он уверенно идет к нам, и я понимаю, что ничего не успею сделать.

Глава 14

— Здравствуй, Милана, — цедит сквозь зубы мой муж.

Мое бедное сердце начинает сильно стучать, из груди вырываться. Я вижу направление глаз Максима и понимаю, что он смотрит на руку Эмина, которая у меня на талии.

— Милана, кто это? — спрашивает мама Эмина.

— Это… ну…

— Я ее м…

— Привет, — мама перебивает Максима и встревоженно смотрит на всех. — Это одногруппник Миланы. Проездом здесь. Скоро обратно, на