Без шанса на развод - Ая Кучер

Но бесящиеся девочки лет пяти — достаточно взрослые. Носятся по ресторану. Едва не налетают на посетителей.

И таки врезаются в наш столик.

— Соня! Алиса! — звучит усталый вскрик. — Аккуратнее! Вы… О. Карина.

Рядом останавливается знакомая мне женщина. Приветливо улыбается, посылает извиняющийся взгляд.

— Здравствуй, Полина, — я киваю ей.

Полину я знаю немного. Её муж неплохо общается с моим. Бизнес-партнёры. Мы в основном пересекаемся на различных мероприятиях.

Веду плечами.

Я очень не хотела с кем-то из знакомых встречаться сейчас. Мне нужен релакс для души и тела.

А вот такие встречи… Они обязывают.

Выпрямить спину, нацепить маску уверенности. Потому что я сама не собираюсь казаться слабой.

Мой брат как-то шутил, что у меня аристократические замашки. Словно княжна современная. Возможно, он прав.

Но не ему судить. У него вообще фамилия Царёв. И кличка — Царь.

Я ли тут с замашками?

— Прости, — Полина вздыхает. — Витя их сладким накормил. Они теперь с ума сходят. Их сейчас заберут в бассейн, может, это спасёт.

— Вряд ли, — я улыбаюсь.

Вспоминаю, как мои в детстве обжирались шоколадом. И я не могла никак Назару объяснить, что нельзя им столько сахара.

Помогло всего раз оставить детей на него. После этого — я оказалась во всём правой.

— Ты прислушалась к нашему совету? — уточняет Полина. — Мы же говорили об этом месте.

— Ох, да? — вот от кого слышала, точно. — Нет. Просто решили отдохнуть немного.

— Угу.

Полина хмурится немного, рассматривая нашу компанию. Зависает на Давиде. И что это значит?

— Какая неожиданная встреча, — холодно произносит Виктор, приближаясь.

Я немного цепенею от такого тона. Я с Дорониными не была близка. Но при этом мы всегда хорошо общались.

А тут такая реакция…

Лев уже сообщил, что мы разводимся? И они резко сторону выбрали? Других поводов для такой враждебности не вижу.

— Мы видели вас у пруда, — объясняет Виктор. — Я думал подойти, не могу со Львом связаться сегодня. Но потом решил не мешать идиллии.

— Да? Я вас не заметила.

— Конечно, — режет острой усмешкой. — А Лев, полагаю, не с вами. В другом кругу отдыхаешь?

— Да, его нет с нами.

— Да я уже понял. Пойду ещё раз ему позвоню. Он хотел бы знать, где его жена.

Виктор отдаляется до того, как я успеваю среагировать. За мной теперь слежка? Каминский попросил всех друзей меня искать?

Черт.

Я не хочу, чтобы муж знал, где я нахожусь. Иначе он приедет, и весь отпуск будет испорчен.

Я сюда за другим приехала. А не от Льва бегать.

— Карин, прости… — женщина прячет взгляд.

Я не слушаю. Стремительно поднимаюсь из-за стола. Двигаюсь следом за Виктором. Я не собираюсь допускать, чтобы со мной так обращались.

Лев хочет, чтобы все узнали историю его измены?

Я это сделаю.

Но управлять мной муж не будет.

Глава 8

— О, Лев, наконец…

Слышу голос Виктора. Действую коршуном. Подлетаю, выхватывая телефон из рук мужчины.

Сбрасываю вызов. На мгновение слышу голос мужа, это рвёт сознание. Боль причиняет.

Я отвожу руку за спину, не позволяя Виктору забрать телефон. Веду себя как подросток, но на войне любые средства хороши.

— Ты не будешь ему ничего сообщать, — шиплю. — Ты слишком много на себя берёшь, Виктор.

— Я лишь веду себя как хороший друг, — хмыкает мужчина. — Лев явно потерял свою жену.

— Вот пусть так и будет. Послушай…

— Нет. Я не планирую закрывать глаза на то, что ты тут устроила. Притащили детей и любовника на отдых. Решила раньше времени милфой стать?

— К-кого?

Я теряюсь. Выпадаю на секунду из реальности.

Последние дни — какое-то перманентное удивление. Я в ступор впадаю больше, чем за всю жизнь.

Кажется, даже подростковая беременность так не повлияла, как измена Льва. И теперь меня шатает постоянно.

— Любовника? — я переспрашиваю с нервным смешком. — И ты его видел где? Придумал? Или это Лев так тебе сказал?

— А малолетний альфонс, который руки у пруда распускал, вдруг невидимым стал? Не заметил никто за столом? Ты скажи, Карин, тебе перед сыном не стыдно?

— Перед сыном… Да. Всевышний.

Я растираю лицо. Пользуюсь тем, что впервые за долгое время косметикой не пользуюсь. Офигеваю.

В голове составляю факты. И поверить не могу. Он решил, что…

Мы с Дорониными общались мало. И детей я их не видела особо. Как и они моих. Но всё равно…

— Нет, я всё понимаю, — хмыкает Виктор, прислоняясь к стене. Смотрит осуждающе. — Некоторые до такой степени с жиру бесятся, что уже граней не видят. Решают развлечься и нового попробовать. Наплевав на семью и обязательства. Только то, что кому-то скучно, не значит — что ему можно всё.

— Ты прав, Вить, — улыбаюсь, переходя на неформальный стиль общения. — Правда. Всё правильно. Только вот это вот — оно Льва касается. У него скука наступила. А тот альфонс за столом — это мой старший сын, Давид.

И мой тон, и слова — всё сбивает мужчину с толку. Виктор хмурится, теряется на несколько секунд.

А я понимаю, что угадала. Нас увидели у пруда. Видимо, когда я обнималась с Давой. Получала поддержку в его руках.

А Доронины решили, как будто это…

— Просто для объяснений, — протягиваю свой телефон с семейной фотографией. — Вся наша семья. И Лев совсем не против. Так что я попрошу прекратить эти обвинения. И не сообщать Льву, где именно я. Мы разводимся. На этом вопросы закончились?

Виктору хватает совести выглядеть раскаивающимся. Лишь кивает, отводя взгляд. Все претензии лопаются, оставляя его в неловком положении.

— Приношу свои извинения, Карина, — мужчина возвращает контроль над голосом. — Действительно… Не совсем так, как я решил.

— В качестве извинений — я попрошу честный ответ. Ты будешь рассказывать Льву или нет?

— Ты скрываешься от него?

— Я хочу отдыха. А не новых разборок. И уж точно не с изменщиком проводить выходной.

— Я тебя услышал. Да, конечно. Я бы… Да, я не стану ему рассказывать ничего. У меня нет желания делать тебе плохо. Не при таких обстоятельствах.

Я киваю, понимая посыл Виктора. Про неверную жену — грех не рассказать. А вот неверному мужу несчастную жену сдавать…

На этом и расходимся. Я верю Доронину. Он всегда казался мне честным и сдержанным мужчиной. Не подлым.

— Ма, всё хорошо? — Давид встречает меня внимательным взглядом. — Я что-то не понял…

— Ты погромче мамой назови, — я посмеиваюсь. — Так, парочку раз.

— Зачем? Он чего… Он совсем уже?!

Дава упирается злым взглядом в