Яблочко раздора в академии невест - Нелли Штерн

поднялась с кресла и, шурша длинной юбкой, подошла к одной из девушек, которая по неосторожности обожгла пальцы паром. Цепко ухватила ее на руку и внимательно осмотрела покрасневшую кожу.

– Адептка Виллоу, в учебнике доступным языком сказано, что после введения цветков мертвянки, необходимо выждать не менее пяти минут, прежде чем приступать к следующему этапу, именно для того, чтобы избежать вот таких вот неприятных травм, – строго выговаривала я.

Девица упрямо посмотрела на меня.

– Я точно следовала рецепту, – дерзко возразила она.

– Если бы вы действительно следовали ему, этого бы не произошло, – указала на ее покрасневшую кожу. – Вам очень повезло. Ожог пустяковый. Идемте со мной.

Привычным жестом заглушила горелку и повела очередную нахалку к своему рабочему столу. Из ящичка достала шкатулку с необходимыми целительскими зельями. Смочила небольшую салфетку зельем заживления и осторожно коснулась поврежденного участка. Девушка недовольно зашипела:

– Больно же! Нельзя ли поаккуратнее?

Стиснув зубы, сдержала эмоции и спокойно возразила:

– Вы можете отправиться к господину Лаврентусу, чтобы он занялся вами лично.

Не желая связываться с вредным стариком, Виллоу выдавила раздраженно:

– Не нужно к целителю.

Пожала плечами и продолжила обрабатывать ожог. Нанеся необходимое количество состава, перевязала руку и проводила девушку к ее столу.

– Ваша основа никуда не годится, – провела рукой над котелком, испаряя опасное варево. – Придется начать с начала.

– Но, госпожа Нарвус… – начала было она.

– У вас есть возражения? – приподняла бровь, буравя взглядом адептку.

– Нет, госпожа Нарвус, – промямлила девица. Надо же, сколько смирения!

– Можете попробовать еще раз. Времени достаточно. – Развернулась, намереваясь вернуться к своему столу, но остановилась и бросила через плечо: – Только в этот раз будьте внимательнее.

Занятие подошло к концу. Некоторым адепткам удалось сварить вполне приличную основу, других же ждал неуд и вторая попытка. Отпустив девушек, замешкалась в кабинете, собирая свои записи. Внезапно цепкая рука опустилась на плечо и дернула, разворачивая. С удивлением обнаружила напротив искривленную в ярости физиономию моей любимицы, адептки Рашмир.

– Слушай меня внимательно, дрянь, отстань от Фабрициуса! – прошипела она.

А при чем тут ректор?

– Все видят, как ты бегаешь за ним. Но не надейся, он никогда не обратит внимания на такую как ты, безродную дворняжку. Если только развлечется с тобой, но и этого не советую. Он принадлежит моей кузине! – Ах, да! Еще одна заносчивая избалованная девчонка. Интересно, сам-то Геноа в курсе?

– Во-первых, – начала с угрозой, резко сбрасывая наглую ручонку, – побольше уважения, когда говоришь с преподавателем или твоя семья так и не смогла прикупить тебе хороших манер? Во-вторых, – не позволила ей вставить и слова, – что думает по поводу планов твоей сестренки сам господин ректор? И в-третьих, я буду делать то, что считаю нужным. Это ясно?

– Посмотрим, как ты запоешь, когда сюда явится императорский проверяющий. Отец обещал мне, что пришлет кого-то еще до бала, – недовольно бросила она и развернулась, устремляясь к двери.

И ведь я не собиралась доказывать ей что-либо, однако, мои эмоции требовали выхода. Еще не понимая, что собираюсь сделать, бросилась следом и замерла, услышав занятный разговор из-за не до конца закрытой двери.

– Я же тебе сказала, ожог должен быть сильным, чтобы обвинить ее в халатности! – тихонько рычала Рашмир. – А вместо этого ты выставила себя полной дурой.

– Вот сама бы и жгла себе руки. Ты хоть знаешь, как это больно? – в тон ей шипела Виллоу.

Ах вот в чем дело! У нас тут девчачий заговор! Эти малолетние интриганки еще и не на такое способны. Нужно быть крайне осторожной. Теперь и за внимание ректора отдуваться придется. Сказать, что ли ему, чтобы держался от меня подальше? Что я не желаю его внимания? Не вариант. Только раззадорю его еще сильнее.

Глава 8

Устало прошла к своему рабочему столу и опустилась на кресло.

– Госпожа Нарвус? – раздалось строгое от двери.

О, боже! Я скоро подпрыгивать начну от этого голоса.

– Господин Геноа? – внутренне напряглась, ожидая… да я уже и не знала, что ожидать от ректора.

Мужчина вальяжно прошел и устроился прямо напротив меня, закинув длинную ногу на ногу.

– Хочу задать вам один вопрос, – серьезно начал он. Один – это уже хорошо. – Что между ваши и господином Атойя? – Нет! Это уже ни в какие ворота!

– При всем моем уважении, но я не обязана отвечать на подобные вопросы, – ответила гневно.

Темно-синие глаза метали молнии.

– Ошибаетесь, Шиана, – с шипением произнес Фабрициус. – Я – ректор Межрасовой Магической Академии Шандолы, и меня касается все, что происходит в моем учебном заведении.

– А что, собственно, происходит? – спросила непонимающе.

– Он позволяет себе фамильярно обращаться к вам…

– А вы позволяете себе врываться в беседку, когда я там отдыхаю, – парировала ехидно. – Так кто ведет себя более фамильярно?

– У меня уважительная причина, – парировал ректор.

– Надо же! – всплеснула руками. – Какая?

– Я беспокоюсь о вас, – сдавленно проговорил Фабрициус. Только этого мне не хватало. Пусть бы лучше беспокоился о кузине адептки Рашмир.

– Не понимаю, с чего бы? – гневно спросила его.

– Не понимаешь? – взревел ректор и в один прыжок оказался рядом, нависая мощным телом.

Длинные чуткие пальцы ухватили меня за подбородок, прекрасное, напряженное лицо приблизилось настолько, что я ощущала раскаленное дыхание Фабрициуса. На инстинктах облизнула губы, намертво прибивая к ним его внимание.

– Пообещайте мне одно, Лана, – от этого обращения обжигающие мурашки поднялись по позвоночнику вверх, – вы не позволите господину Атойя ничего лишнего! – настаивал он, а в меня будто бес вселился.

– Не вам указывать мне, кому позволять лишнего, а кому нет! – Резко дернула головой, вырываясь из цепкой хватки. – Повторю еще раз: я сама буду решать, с кем общаться и насколько близко.

– Ошибаешься, девочка, – от бархатной угрозы в его голосе закололо пальцы, а на щеки бросился странный жар, тело вибрировало, реагируя на этого мужчину. Что-то внутри меня страстно и неистово желало получить его, – отныне и навсегда только я буду это решать, – рыкнул он и прижал меня большим мощным телом к высокому шкафу с ингредиентами.

Ректор тяжело и натужно дышал, в темно-синих