Хвостатые сводники. Это война, сосед! - Лана Светлая

Надо дрябнуть кофейку, потому что, что-то мне подсказывает — Марк появится ещё не скоро.

Я оказываюсь права.

Сосед стучится в мою дверь только примерно часа через три.

Я уже и кофе выпила, и животных молоком теплым напоила. Даже показала Манго, где стоит лоток, строго наказав Маркуше, который крутился возле моих ног, пока рыжик обнюхивал наполнитель:

— Увидишь, что Манго хочет в туалет, быстро тащишь его в свой пердонарий. Понял?

В ответ получила фырканье и снисходительный взгляд «Да щас, разбежался!». После они вдвоем направились в мою спальню, виляя своими хвостами. Да так синхронно, что я аж залюбовалась ими, с улыбкой смотря за уходом енота и рыжего котенка.

Оставшееся время до такого долгожданного стука сидела в зале, бродя по соцсетям. Даже кофе уже перестал помогать, и я всё чаще и чаще зевала, с тревогой смотря на время.

Короче, когда появился сосед, часы показывали четыре утра.

— Что у тебя случилось? — выпаливаю, распахивая дверь и впуская своего ночного визитера в дом. — Что-то…

Замолкаю, ошарашено смотря на мужчину.

Уставший, злой, все руки в чем-то черном. Рубашка и штаны мокрые, будто он плескался в воде, перед тем как прийти сюда. Дрожит, но это понятно: даже те несколько десятков метров между нашими домами пробегись в такой легкой одежде, да ещё и мокрой — ещё и нет колотить будет.

— Отопление полетело, — он закрывает за собой дверь, виновато глядя на меня. — Извини, что вот так… среди ночи нагрянул.

— Да ладно тебе… Соседи нужны не только для того, чтобы похищать котят, — улыбаюсь, пытаясь немного взбодрить мужчину, который устало опускается на пуфик, стоящий тут в прихожей. — А что конкретно случилось?

— Лопнула труба в двух местах. Сорвало к чертям собачим. А я как назло так раскочегарил печку, что стал кипяток хлестать. А Манго, балбес такой, вместо того, чтобы как нормальному коту, испугаться и улепетывать оттуда, постоянно лез в зал, где всё это случилось. Ну я и решил, лучше отнесу к тебе сюда от греха подальше. А то ещё обжегся бы, балбес… — голос Марка затихает и он с силой трет свое лицо. — Я понимаю, что это наглость с моей стороны, но можно… мы у тебя переночуем?

Эм-м-м…

Нежданчик, конечно, но не буду же я выставлять их на улицу на ночь глядя.

— Клянусь, я нормальный и тебе ничего не грозит… — начинает торопливо бормотать Марк. — Просто я реально на нуле. Пришлось всю воду из системы сливать, а потом… Кать, сил правда нет даже на то, чтобы всё это рассказывать. Ну так что, пустишь нас переночевать?

Взгляд у Марка примерно такой же, как обычно мой Маркуша смотрит на меня, когда проголодается.

Щенячий, просящий и обещающий вести себя так идеально, что меня должно от этого даже затошнить.

— Ну конечно пущу, Марк. Что за вопрос? Не выгоню же я вас с Манго в ночь на улицу, — немного смущенно бормочу я, отводя взгляд и нервно приглаживая рукой свою шевелюру.

Блин, оказывается всё это время, как встала с кровати, ходила с прической как у известного всем мультяшного домовенка Кузи.

Ну или как папуля шутит, при виде нас с Ликой, выползающих утром из спальни, когда мы с сестрой ночуем у родителей: «Что, девочки, опять с утра упали с сеновала и тормозили головой».

— Так, ладно, давай я покажу тебе комнату, где ты будешь спать, — начинаю быстро тараторить. — И где у меня ванная заодно. Думаю, тебе обязательно нужно принять горячий душ, чтобы не заболеть. Да и вещи тебе нужно какие-нибудь найти, чтобы ты свои мокрые повесил на сушилку сохнуть.

Короче, начинаю суетливо метаться по дому, а Марк молча следует за мной.

— Футболки отца на тебя точно не налезут, — бормочу себе под нос, перебирая в спальне родителей в шкафу одежду папы. Он по комплекции у нас немного меньше, чем Марк.

Сосед стоит в дверях и терпеливо ждет с полотенцем, которое я ему уже дала, в руках, когда я и вещички ему найду. Трясется от холода, бедный, но героически терпит, когда я хоть что-нибудь найду для него.

— О, а вот эти штаны подойдут, — достаю с нижней полки спортивные штаны отца, которые ему подарила моя тетка, являющейся его родной сестрой.

С размером она почему-то не угадала, так они папуле оказались ну очень велики, что в ширь, что в рост.

Кстати, они прям новье, папа их только померил и сразу же закинул в шкаф из-за несоответствия размера своей нижней половины тела и самого презента.

— Всё, давай быстро в душ, — командую, передавая треники в трясущиеся мужские руки.

Марк, буркнув быстро спасибо, практически бегом направляется в сторону ванной комнаты. Я же иду на кухню и достаю варенье с медом.

Надо бы Марка перед сном напоить горячим чаем с этими ингредиентами, чтобы точно не заболел.

Черт, жаль, что водки в доме нет. А то бы нафеячила соседу любимое папулино лекарство от простуды — пятьдесят миллилитров горячительного, мед и щепотка черного или красного молотого перца.

Папа у нас только такое лечение признает, когда начинает чихать. Мама с ним конечно ругается и подсовывает какие-то таблетки и микстуры, но папуля у нас кремень. Лечится только по своему рецепту. Правда, только в том случае, если нет температуры. Это прям обязательное условие, за которым он строго следит.

Кстати, самое удивительное, что он и правда на следующий день просыпается как огурец — бодрым, веселым и без каких-либо признаков соплей.

Услышав спустя двадцать минут, как хлопнула дверь ванной, что означало, что сосед вышел из душа, начинаю быстро накладывать в стакан малиновое варенье и мед. Чайник ещё горячий, поэтому наливаю кипяток и начинаю всё размешивать.

— Марк, перед сном выпей вот это, — говорю, как только слышу, что мужчина зашел на кухню.

Беру кружку, поворачиваюсь и чуть не роняю стакан из рук.

Мать моя женщина…

Вот это тело!

Нет, было конечно заметно, что Марк довольно неплохо сложен. Но…

К такому я точно не была готова.

Полуголый мужчина с широкими плечами, со всеми нужными кубками на прессе, при виде которых у меня самопроизвольно и предательски начинает скапливаться во рту слюна, стоит в паре шагов от меня и с любопытством осматривает кухню.

Вид капелек воды на этом шикарном теле заставляет нервно сжать пальцами ручку кружки и попытаться не захлебнуться слюнями, которых, кажется, стало еще больше.

Так, Катя, быстро взяла себя в руки!

Боже, спасибо, что Марк