Хвостатые сводники. Это война, сосед! - Лана Светлая

Затем мы действуем согласно моему плану. Взяв рис, весь какой нашла на полке в шкафу, высыпаю его в глубокую чашку и закапываю туда пострадавший мобильный телефон.

После завтрака даю свой гаджет Марку, и он уходит в зал. Слышно, что звонит всё время кому-то и довольно эмоционально разговаривает. Будто злится. Хотя не трудно догадаться, на кого и почему. Наверняка, все отказываются ехать и чинить соседу отопление именно сегодня — тридцать первого декабря. Ну это и логично, что все уже в предпраздничной суете.

И тут меня осеняет.

Новый год я буду встречать с Марком. Думаю, он дико удивиться, увидев на моём столе только тазик оливье и тарелку с фруктами.

Да блин…

Придется готовить что-то посущественней.

Мама с детства нам с Ликой в голову вбивала: пришел гость — накрой такую поляну, чтобы о твоем гостеприимстве слава шла по всему свету.

Тяжело вздохнув, начинаю в голове накидывать меню, а руки сами достают нужные продукты и выкладывают их на столешницу возле раковины.

Время близится к обеду, когда Марк наконец закругляется со всеми своими разговорами.

Когда он появляется в дверях, кухня выглядит так, будто здесь готовятся встречать не Новый год, а конец света: миски, доски, ножи, майонез в трёх вариантах и я — в заляпанной футболке и наверняка с выражением лица «не трогай, убью».

Да, я умею готовить. И довольно хорошо. Но это не означает, что я люблю это делать, особенно в таком количестве и без чьей либо помощи.

— Марк, не стой как памятник, — недовольно ворчу я, не оборачиваясь. — Если освободился и пришёл помогать, бери нож. Если пришёл мешать — тоже бери нож, но аккуратно.

Он усмехается и подходит ко мне, вставая рядом.

Мужчина слишком близко. Я чувствую тепло от него, хотя наши руки не соприкасаются.

— Что резать? — спрашивает Марк.

— Морковку, — киваю я на оранжевый овощ, положив перед мужчиной доску и протягивая нож. — Лезвие у ножа очень острое, имей в виду. Я тебя предупредила, так что если порежешь пальцы, виноват будешь сам. И не смей потом обвинять меня или моего енота.

Он берёт нож и наши пальцы на секунду соприкасаются. Всего лишь секунда, но такая, что я резко забываю, как дышать.

Дыхание мне возвращает наша с Марком живность.

На кухню залетает Манго и с пробуксовкой бежит по линолеуму. Сразу же за котенком несется Маркуша. На его хитрой наглой морде четко читается, что он хочет потискать рыжий комочек шерсти. А в глазах — «Тебе от меня не скрыться. Поэтому лучше сразу сдавайся».

Мы с мужчиной внимательно и с интересом смотрим за этими догонялками.

Но тут мой негодник засекает, что на кухне присутствуют свидетели его будущего преступления. И ладно я, но тут ещё хозяина кота и телефона. Тот который посмел не только не оценить Маркушины старания по стирке гаджета, но ещё и орал на него в ванной почему-то.

В общем, енот засекает мужчину и резко меняет свой план. Добежав до середины кухни, останавливается, медленно поднимает морду и впивается недовольным взглядом в Марка. Сосед не остается в долгу: возмущенно и с угрозой взирает на енота, по хищному сощурив глаза.

— Чего он так на меня смотрит? — тихо интересуется у меня Марк.

А меня на смех пробивает, пока я наблюдаю за противостоянием этих двух… самцов.

— Наверное, решает, кто из вас выживет в этой лютой схватке взглядов, — хихикаю, пожимая небрежно плечами. Аж настроение поднимается. — Ты главное не шевелись. Может, он примет тебя за мебель, — сдавленно и тихо смеюсь.

Мужчина фыркает и первый отводит взгляд от моего питомца. Маркуша довольно задирает хвост, делает пару шагов в нашу сторону и забирается на табуретку, стоящую возле стола, притом недалеко от соседа. И оттуда уже начинает сверлить Марка победным взглядом.

Я же смотрю на котенка. Поняв, что его больше не будут ловить, он спокойно усаживается у батареи, находящуюся под окном, и начинает нализывать себе лапку.

— Слушай, всё-таки как-то странно он на меня смотрит? — приступая к нарезке морковки, ворчит Марк и кивает на енота.

— Наверное, думает, а не постирать ли тебя, как твой телефон, — произношу с самым невинным видом и тоже продолжаю дальше нарезать овощи на оливье.

Марк фыркает.

— Если что, то я до сих пор не простил ему это.

— Да ладно тебе, Марк. Он искренне считает, что сделал тебе одолжение, которое ты почему-то не оценил, — говорю я, шинкуя огурцы. — Говорит, экран был подозрительно заляпан.

— Он говорил? — Марк приподнимает бровь и с иронией косится на меня.

— Взглядом, — уверенно киваю я. — У него богатая мимика.

Мы с мужчиной синхронно смотрим на Маркушу.

Енот, словно подтверждая мои слова, медленно моргает.

И тут даже сосед не выдерживает, смотря на хитрую мордочку животного. Расслабленно хмыкает и улыбается краешком губ.

Дальше мы с соседом какое-то время работаем уже в тишине.

Спустя минут пять я ловлю себя на мысли, что мне сейчас очень комфортно. Даже готовка начала приносить удовольствие, а не вызывать психоз.

По кухне плывут ароматы трав и специй, которые я использую при готовке блюд. Стук ножей и громкое мурлыканье Манго — эти звуки кажутся такими домашними и уютными.

Это так странно. Чувствовать себя настолько спокойно и комфортно с человеком, о котором абсолютно ничего не знаю, кроме имени и того, что он назвал своего кота фруктом.

Кстати, сейчас очень хорошая возможность, узнать ещё хоть что-то о мужчине, который поселился по соседству.

— Слушай, а чем ты занимаешься? — с искренним интересом задаю вопрос, глядя на мужчину.

— Я архитектор, — отвечает Марк, скидывая с доски в чашку нашинкованную морковь. — Проектирую дома.

— Серьезно? — даже не пытаюсь скрыть удивление.

Глядя на его физические данные, приходит мысль, что он как-то связан со спортом. Я даже склонялась к мысли, что он тренер в каком-нибудь фитнес-центре.

— Ага, — спокойно кивает он. Кивает в сторону овощей, бессловесно интересуясь, что ему дальше резать.

Передаю ему крабовые палочки.

— То есть ты по профессии тот, который понимает, как должен выглядеть нормальный дом? — не в силах сдержать улыбки, сдавленно хихикаю.

Мужчина недоуменно смотрит на меня, не понимая, почему мне так весело от своего же вопроса. Но быстро соображает, на что я намекаю.

— Если это намек, что я купил дом, не посмотрев, всё ли в порядке с отоплением, то подкол не засчитан, — хмыкает он. — Трубами занимаются сантехники, а не архитекторы, чтоб ты знала, — он тоже не удерживается от шпильки в мой адрес. Но смягчает её подмигиванием.