Призванная с Земли. Меняю судьбы. Воспитываю мужей 2 - Tais Xarper

Оооо, какой сюрприз вас ждёт. Смешинка вылетает из другой комнаты и тыкает в меня пальцем.

— Мы будем ждать брата. Терсиев не получишь!

Хммм, хмыкаю и улыбаюсь, у меня куча своих кандидатов есть. Словно услышав это мой браслет ограничитель с тихим «пык», попытался упасть с руки, но я его подняла чуть выше.

— А давайте поедим — на внимательней взгляд Смешинки, говорю я.

Мой живот выдаёт голодную трель. Это я ещё у вас селёдки с тортиком не прошу, а мне хочется. Взглядом сигнализирую Смешинке в уже черные глазки, что все серьезно. Без еды мне никак не обойтись. Успокоился вроде.

— Сколько ждать твоего брата? — спрашиваю я, в ответ на моё молчаливое убийство взглядом.

Что жалко покормить беременную женщину? Смотрю жалостливо на всех. Дело к вечеру идет, а я еще не обедала.

— Женщина ты очень наглая — выдыхает в ответ на это Смешинка.

— В чем проблема — жму плечами. — Иди кафтарку своруй. Кстати передай от меня соболезнование твоей невесте. Ты тоже далеко не подарок. И волосы короткие и причёска дурацкая — добиваю его.

Женщина и Кадм открыто улыбаются. Кажется, им тоже нравится, когда я довожу эту Смешинку до белого каления.

— Короткие волосы признак высокого рода! — отвечает он.

— Ещё хуже — не отступаю я — ни воспитания, ни волос. И ростом ты меньше Кадма.

— Оддина Бризи, накормите ее, чтобы рот закрыла — рычит он и падает на длинную скамью возле деревянного стола.

Кадм показывает мне место у стены на противоположной скамье. Ээээ, мне надо в туалет напроситься что ли. И сваливать отсюда. Прямой путь к отступлению закрыт.

На столе появляются творог, масло, вареные яйца. Кадм двигает тарелки ближе ко мне. Вытаскивает из-за пояса ножичек размером с меч и режет хлеб. Скалааааа! Сколько силы пропадает. А где-то на даче под Москвой бабы без мужиков воют на своей сотке с картошкой. А такого запрячь в работу и ууууух!

— Кадм почему ты не пошел терсием?

Скала молчит. Дорезав хлеб убирает полу меч обратно и двигает хлеб. Я нащупываю верхнее колечко из ряда сережек с артефактом. Тру его пальцем, колечко холодное, значит не отравили.

— Сколько у тебя терсиев? — отвечает Кадм вопросом на вопрос.

— Было два — начинаю очищать яйца в миске. — Сейчас нет.

— А где они? — с круглыми глазами удивляется Кадм.

— Один пропал, второй стал мужем.

Зарганцы переглядываются. Женщина с улыбкой что-то готовит у печки.

— Я хочу — облизнув губы говорит Кадм — быть твоим терсием.

Ой, мамочки. Улыбаемся и машем. Тянем время. Беру ложку и размазываю творог по ломтю хлеба. Миску с очищенными яйцами двигаю ближе к мужчинам. Они смотрят на эти яйца как на змей. Что такого страшного я сделала? Закатываю глаза и жду объяснений. Я что сейчас замуж вышла? Или за ними никогда женщина не ухаживала?

— Ты не ответила — усмехнулся Смешинка от чего-то радуясь, что я в затруднительном положении.

— Мы не торопимся. Время поговорить есть — спокойно говорю. Передаю ломоть с творогом скале в руки. — Кушай Кадм терсию нужно много сил.

Женщина у печи уже смеётся в голос, а Смешинка бесится.

— Не завидую твоим мужьям. Ты чистое наказание — ворчит он.

— Завидуй молча, тебя то я точно не возьму. Кому ты такой мелкий сдался?

Вот это я зря. Медленно жующий Кадм приосанился и посмотрел на Смешинку сверху вниз, а тот даже за дверь выскочил от злости.

— Смотри не пожалей — сказала сквозь смех женщина. — Азара любая невеста примет.

— Я не любая. А брат его что ещё уродливей? Поэтому ему невесту воруют средь бела дня? Добровольно никто не хочет.

— Традиция такая. Старший брат сначала должен жениться, а потом младший.

Продолжаю кормить свою скалу. Подкладываю ему ближе яйца, новые ломти с творогом. Мужик блаженствует и ест. Всё правильно. Потом в туалет проводит, и я смоюсь от них.

Кусочек хлеба неожиданно выскользнул из рук. Пока я его ловила из-под рукава платья звякнули символы на браслете с рангами. И полностью вылезли под удивленные взгляды. Черт! Заметили оба и напряглись. Ну, браслет у меня, зарганский браслет. Чего пялимся? Делаю круглые непонимающие глаза и пью чай из глиняной кружки.

— Кадм выйди — прищурив глаза говорит женщина.

— Нельзя, я за неё головой отвечаю — говорит Кадм и нетрогается с места.

— Кто отец твоего ребёнка? — чуть подумав спрашивает женщина.

— Кто знает — говорю я в ответ. — Зарганцев двое. Мужей шестеро.

В ту же минуту меня забрасывают магическими вестниками мои голуби. Браслет-ограничитель больше не работает. Рука под платьем зудит. На лице моем написаны нечеловеческие муки. Черт, они будут писать пока не отвечу.

— Мне бы в уборную — стараюсь говорить без всяких эмоций. — Кадм проводишь?

— Я сама — говорит женщина и кивает на дверь.

С места скала не поднялась, на носочках огибаю его вдоль стола. Он прижимает меня за талию и шепчет мне на ухо.

— Я знаю, что ты задумала. Не надо. Азур всё равно откажется. Зачем тебе такие враги?

Вежливо улыбаюсь, рука зудит. Похлопываю Кадма по руке.

— Куда я денусь от вас? Я летать не умею.

Меня отпускают. Ползу дальше к двери со скоростью черепахи. Перед дверью нас снова останавливают, уже Смешинка.

— В уборную я. Не одна — тыкаю в сторону женщины.

— Сам отведу тебя колючка — хмыкает он.

— Кто-то сходил за хорошим настроением? — не утерпела я. — Ладно расслабься. Я колючка только с похитителями. Вот отмучаешься со мной и пойдёшь к своей невесте овце безглазой.

Мы выходим из дома и огибаем угол. Там открывается задняя часть дома и небольшой двор.

— С чего это она овца? — спрашивает он.

— Ну раз ты ей тыкаешь, и она молчит в тряпочку, значит овца. Раз за тебя замуж выходит значит безглазая.

Что? Он мне план обломал с быстрым побегом я и отыгырваюсь. Стоял и лыбился. Надо лыбу ему сломать. Вот на что нарывался то и получил.

— Тыыы! — рычит он.

Хватает меня за руку и тащит через двор у дома к сараюшке с дверью. Тут не вовремя новый вестник и смешинка чувствует его через ткань моего платья.

— Это что? — орёт он.

— Болезнь — кричу в ответ и вбегаю в сараюшку.

Щеколда присутствует. Задираю рукав платья и быстро отправляю вестник.

«Где вы?»

«Замок. Шайд.»

Это хорошо, убираю волосы за ухо и готовлюсь прыгать в портал из деревенского туалета. Полный аут. Такого