После развода с драконом. Старая жена снова нужна - Нина Новак

Что? Брат уехал и бросил меня здесь?

Я цепляюсь пяткой за ковер и начинаю падать, но Сауберн, он как стрела. Не успеваю толком испугаться, как оказываюсь в его объятиях. Глаза Рэя прорезает драконий зрачок, но непонятно, что им движет — ненависть, азарт, безумие?

А потом он наклоняется и впивается в губы жадным поцелуем. Я обмираю, никто раньше меня не целовал. Так долго итягуче, так развязно…

Рэй отрывается от моих истерзанных губ и облизывается. Смотрит удивленно. А потом в его глазах появляется страх.

— Станешь служанкой моей матери, трофей, — произносит он, но в голосе нет прежней уверенности.

— Я не трофей. Мой дед заплатит выкуп, — шепчу.

А Рэй берет мою руку и задирает рукав домашнего голубого платья.

Мы оба завороженно смотрим на запястье, на котором прямо на наших глазах расцветает драконья голова.

— Нет, это розыгрыш какой-то, — Рэй мотает головой, в его глазах проскакивает священный ужас.

Меня выкидывает из воспоминаний Софи очень резко. Я теряю равновесие и чуть не падаю, судорожно глотаю воздух.

Видение было таким плотным, реалистичным, ярким. До сих пор ощущаю на губах вкус поцелуя Рэя и запах гари.

Но я так и не узнала, почему кланы ненавидят друг друга, почему Рэй обвинил Софи во всех грехах.

Ничего не узнала, кроме того, что метку Софи точно не подделывала. Она сама не была рада ее появлению, хотя…

Да, несмотря на весь ужас ситуации… Несмотря на то, что Сауберны ворвались в замок и убили ее отца... Несмотря на жгучую ненависть, что-то в Софи дрогнуло во время поцелуя.

Неужели она со временем простила Рэя?

Или все не так, как кажется со стороны?

А огромное зеркало в центре зала вдруг оживает и в нем возникает драконья морда. Пурпурная чешуя переливается золотыми бликами, в горящих желтым огнем глазах — вековое равнодушие.

— Вот ты и попалась, иномирянка, — морда скалится и я испуганно моргаю.

— Вы же не выберете меня, — наконец нахожусь и прямо спрашиваю.

В конце концов я тут выступаю перед могущественными богами, которые выбирают невесту бывшему мужу.

— Разве мы можем решать без дракона лорда Сауберна? — отвечает морда уклончиво.

— Леди Ровенна прекрасная пара для него, — я вглядываюсь в древнее божество с опаской.

— Пара может быть только одна.

— Он предал истинность и уничтожил метку, — я пожимаю плечами.

— Женщина, — дракон вдруг меняет цвет и становится темно-синим.

Синий тревожный цвет и разговор тут же переходит в серьезное русло.

Из ноздрей древней рептилии вылетает дым и я понимаю, что шутки закончились.

— Судьба это замысловатый гобелен, вытканный богиней жизни. Не тебе менять ее узоры, — рычит он.

— Но я ведь провалила испытание? Разве достойна блестящего лорда Сауберна женщина в летах? Я побита жизнью, обескровлена, неспособна на любовь, — сама удивляюсь тому, с какой страстью я обращаюсь к драконьему божеству. — Мое сердце умерло. Единственное, что мне нужно, это — покой.

Дракон поднимает голову и долго смеется. С чувством так, вкусно, но совсем не заразительно.

Мне не до смеха.

— Все получат то, что заслужили, женщина, — отвечает он неопределенно. — А ты свое испытание прошла. Успешно ли? Будущее покажет.

Двери, что впустили меня внутрь, распахиваются. Мне недвусмысленно указывают на выход.

Я возвращаюсь в вестибюль с высоко поднятой головой, стараясь соответствовать образу леди Майи.

Я попросила у местного божества покой, неужели он не пошлет мне его в награду за все страдания?

Но тут же усмехаюсь собственной слабости. Мне в этом мире никто ничего не поднесет на золотом подносе.

Сама, все сама, дорогая Света.

В вестибюле стоит гомон. Шелестят юбки, разлетается девичий смех. Ровенна смотрит победительницей. Видимо, она продемонстрировала Богам только лишь самые невинные воспоминания и чистые помыслы.

Не то, что я, прожившая жизнь, родившая двоих дочерей.

У меня ведь была неплохая профессия. Фитотерапевт с дипломом и даже некоторым стажем.

Но в какой-то момент муж стал хорошо зарабатывать, а детям требовался уход.

Мне казалось, что если я полностью вложусь в семью, то в будущем любовь вернется сторицей. Представляла себя уютной бабушкой в окружении внуков…

— О чем задумалась, Майя? — Ровенна берет меня под локоть. — Не хочешь посмотреть на старую жену лорда Сауберна? Она старательно шьет свое рубище, обязательно навестим ее позже. Но пока мы придумали шалость. Пошли.

Я не двигаюсь с места, а Ровенна хмурится.

— Что с тобой? Не позорь меня. Мы задумали проникнуть в комнату этой несчастной и вынести все ее красивые платья. Присоединяйся, никто не узнает.

— Это воровство, — произношу я.

— Ты и правда сошла с ума с этим твоим дворянчиком, — Ровенна крутит пальцем у виска. — Леди Розанна прикроет нас.

— Почему вы так ненавидите леди Сауберн? — спрашиваю я.

Лицо Ровенны холодеет.

— Ненавидим? С чего ты взяла? Просто красивые платья ей больше не понадобятся. Уже послезавтра она отправится в свой позорный путь, а потом сгинет в монастыре.

Ровенна разводит руками и смеется. Ее лицо совершенно, без единой морщинки. Всю ладную фигуру пронизывают уверенность и сила.

А Софи без магии, слабая, преданная. Я ощущаю ее боль как свою.

Ровенне надоедает со мной спорить и она, раздраженно дернув плечом, уходит.

Ну уж нет! Я не позволю им издеваться над памятью Софи.

Следую за ними. Ровенна и еще несколько девушек хихикают. Рыжая достает ключ и подносит его к губам. Подмигивает.

Я провожаю их до дверей своей бывшей спальни, дожидаюсь, пока они отопрут запор и проникнут внутрь.

А потом начинаю кричать:

— Стража! В комнату леди Софи проникли воры! Помогите!

Из-за угла появляется взволнованный молодой стражник.

— Какие-то служанки забрались в спальню бывшей жены лорда, а там, наверное, столько ценного.

Указываю пальчиком на дверь и мило смущаюсь. Стражник краснеет, а у него из-за спины показывается второй охранник — постарше.

Черт, эти недотепы не пойдут против невест, которых прикрывает леди Розанна. Но мне неожиданно везет. В коридоре появляется сам лорд Сауберн в сопровождении нескольких гостей.

— Что тут происходит? — спрашивает он грозно.

— Служанки проникли в комнату леди Софи, — произношу я. — Я слышала, как они обсуждали, что заберут украшения.

Сауберн бросает быстрый взгляд на стражу, а потом решительно направляется к дверям. Несколько солидных гостей следует за