Шоколадное счастье дракона, или Развод не повод для знакомства - Ольга Иванова

– Спасибо, – прошептала я, совсем расчувствовавшись. Даже слезы на глаза навернулись. Мне никогда в жизни еще такого не говорили.

Апофеозом же моей первой презентации стал наш гоблин Гога. Он, попробовав шоколад, тоже закрыл глаза и вдруг прочел с чувством:

– О шоколад, ты как луна… такой же темный и нежный! С тобой моя душа… совсем, совсем безбрежна!

В таверне на секунду снова воцарилась тишина, а потом все разразились смехом и аплодисментами.

– Да ты у нас поэт, Гога. – Гретта с улыбкой похлопала его по плечу.

У меня же все пело внутри. Я сделала это. Мой шоколад был не просто съедобным. Он был хорошим и, кажется, даже немного волшебным. И он делал людей немного счастливее. И в этот момент я поняла, что, похоже, нашла свое место в этом странном мире.

Глава 7

Всю следующую неделю мы с Пончиком почти не выходили из дома и занимались тем, что экспериментировали с рецептами Розы и готовили шоколад разных видов. Я окончательно решила, что открытию лавки быть! А значит, мне нужно иметь хоть какой-то мало-мальский ассортимент, который не стыдно представить покупателями Гримуарска. Тем более на меня все возлагали большие надежды, и я не должна была подвести ни их, ни Розу, которая все это чудо оставила мне в наследство.

В общем, мы с Пончиком превратились в неутомимых гномов и ходили обсыпанные с головы до ног какао-порошком и сахарной пудрой. Аромат в доме и лавке стоял соответствующий. Пришлось прикупить рафинада и орешков, чтобы платить домовому Аргентию за помощь в бесконечной уборке.

Выбор сортов шоколада действительно напоминал алхимический эксперимент, а Пончик выступал, конечно же, главным дегустатором.

Дни проходили у нас примерно в таких диалогах:

– Этот с перцем, – объявлял хорек, кашляя сизым дымком. – Назовем «Драконий чих»!

– О боги, да он просто мозгопрочищающий какой-то и зубодробительный. – Я смахивала выступающие слезы.

– А этот с мятой… Холодит пузо! «Ледяная пасть»!

– Освежает, согласна! Должен зайти. Ставим плюсик.

– А это что? С малиной? Ску-у-учно…

– Нет же, это очень мило, хоть и банально! И романтично. Я оставляю. – И в моем списке появлялся новый плюсик.

Туда же попала «Небесная нежность» – с ванилью и лепестками роз, по описанию этот шоколад должен был пробуждать забытые воспоминания, приятные, конечно же. «Крылья» – с дроблеными грецкими орехами – призван дарить легкость в теле на час. «Утренняя свежесть» – с кофе и бодрит так, что глаза невозможно закрыть в течение некоторого времени (я сама повадилась есть кусочек каждое утро, чтобы лучше работалось).

Сделали несколько видов «особого» шоколада, я бы назвала их неоднозначными, но раз у Розы они были в рецептах, значит, пользовались спросом. Например, «Сердечный трюфель», который вызывал искренние признания (вот только вопрос: какие именно признания и на благо ли они?). Или в противовес ему «Лживая помадка», которая заставляла, наоборот, виртуозно врать (проверено на Пончике, он пытался убедить меня, что стал единорогом). А еще «Облачные объятия», и нет, это не те «шишечки», которые всем так понравились в таверне. Этот вид шоколада толкал съевшего его всех обнимать.

Случались у нас и неудачные эксперименты, которые я тут же забраковывала. Так, «Сырный восторг» из белого шоколада и ваннолинского сыра (его очень ждал Пончик) на деле так пах, что домовой вылез из камина и возмущенно требовал «прекратить это безобразие». Ну а вкус у этого шоколада напоминал потные носки. В общем, мы его безжалостно выкинули, даже Пончик был не против.

Хоть и не был выброшен, но улетел на дальнюю полку горький шоколад «Эльфийская слеза». Он вызывал горечь не только во рту, но и в сердце, вынуждая писать печальные стихи и рыдать над ними. Возможно, на него и найдется когда-нибудь покупатель, но в день открытия его точно не будет на прилавке.

Каждую плитку шоколада мы заворачивали в красивый пергамент с предупреждениями из рецептов бабушки Розы: «Не есть перед прогулкой!», «Возможна бессонница» или «Обнимашки гарантированы!». Пончик ставил на каждую упаковку восковую печать с оттиском своей лапы. Конфеты же оборачивались в разноцветную фольгу, ее где-то раздобыл для нас Гога, а мы за это подарили ему карту постоянного покупателя с вечной скидкой.

Вечером накануне мы украшали лавку цветами, шариками и светящимися звездами, раскладывали шоколад и конфеты на витрины и полки. Аргентий надраивал до блеска пол и прилавок.

Отдельной моей гордостью и настоящим чудом была вывеска. Стоило нам придумать название лавке, она сама преобразилась. Теперь на ней был изображен дракон, обвивающий чашку какао. Название лавки переливалось золотыми буквами, а вечером они горели благодаря магическим светлячкам. Сам дракон периодически подмигивает прохожим и выпускает клубок «дыма», пахнущий шоколадом и корицей. Очаровательно!

Утром в день открытия я очень волновалась. Пончик, с красным бантом на шее, тоже постоянно суетился, даже сыр свой любимый на завтрак не ел.

Я распахнула дверь и вынесла на улицу рекламный стенд. Как ни крути, но реклама – двигатель торговли. На стенде было написано цветным мелом:

«ШОКОЛАДНЫЙ ДРАКОН» ОТКРЫТ!

Первым 10 гостям – трюфель в подарок!

Угадай вкус с завязанными глазами – получи скидку 20%!

Акция: Собери 5 отпечатков лап Пончика на упаковке – получи тайную коробку «Секрет хорька»!»

Последнюю акцию, конечно же, придумал сам Пончик.

Рядом с дверью стоял небольшой стол для дегустации с крошечными квадратиками шоколада разных видов и кувшином с молоком «для запивания». Следить за тем, чтобы образцы никто не воровал, назначен был тоже Пончик, и он тут же с важным видом занял свое место на алом бархатном пуфике рядом.

– Ну что, – я сделала глубокий вдох-выдох, – начинаем! Ни пуха ни пера нам!

Первые полчаса прошли в напряженном ожидании. Прохожие шли мимо, косились, перешептывались, но не заходили. Я уже начала паниковать, когда наконец появился сэр Людвиг. Он торопливо шел, поправляя на себе жабо, которое никогда раньше не носил. Его волосы были прилизаны, а щеки гладко выбриты. И, судя по сладко-перечному аромату, наш рыцарь вылил на себя флакон одеколона.

Людвиг подошел к лавке с таким видом, словно собрался брать ее штурмом.

– Марго! Прошу прощения за опоздание! Докладываю, что я явился поддержать ваше начинание!

– Вы первый мой покупатель сегодня, – сказала я, провожая его к прилавку. –