Корона войны и тени - Дж. Р. Уорд

— Здесь всё течёт. — Я указываю взглядом на лужу в углу у заколоченного окна. — Следует использовать часть монет, чтобы перевезти тебя в лучшие условия.

— Нет. Ты возьмёшь все и обеспечишь своё будущее тем, что у меня осталось в этом материальном мире.

Я кладу небольшое состояние обратно в укромное местечко и закрываю пространство доской.

— Я вернусь с едой и лекарствами к ночи…

— Соррель, я никогда не просила у тебя ничего, даже когда всё это началось между нами.

Я возвращаюсь к тому моменту, когда впервые увидела Мар на рыночной площади месяц назад. Она пыталась удержать буханку хлеба и горсть ягод, хромая в своих лохмотьях. Несмотря на полдень, я вмешалась и помогла ей, удивившись, что она живёт в доме, который все мы считали пустующей лавкой. С тех пор я возвращалась снова и снова.

— Ты важнее этой деревни, — говорит Мар серьёзно. — Важно сберечь то, что ты можешь сделать…

— Я ничего не делаю.

Не в силах оставаться на месте, я занимаюсь бесполезными делами, разворачивая и складывая одеяла на лежанке, переставляя жалкую стопку дров возле очага.

— Подойди ко мне, дитя.

Моё тело откликается на зов Мар раньше, чем разум успевает решить, хочу ли я подойти к ней: и вот я уже сижу рядом.

— Ты так и не покажешь мне своего лица? — Когда я не делаю попытки снять капюшон, она вздыхает. — Мне всё равно, если ты изуродована.

Мар берёт меня за руку. Её рука так отличается от моей, обнажённая до самых основ, кости и связки резко выступают под тонкой кожей, усыпанной возрастной пигментацией. В своем молчании она умоляет громче, чем если бы говорила, но есть множество причин, по которым я не могу сделать то, что она хочет, то, что она приказывает.

Главная причина — я чувствую, что если возьму монеты, то ускорю её смерть.

А я не знаю, что буду делать в этой деревне, в этом мире, без моего единственного верного друга.

Семь

Вылазка за пределы стены

Поздним вечером я выхожу через чёрный вход «Перчатки» и направляюсь к сторожевым башням и мосту над нашим рвом. Я не поднимаю глаз с брусчатки, но ощущаю поток деревенских жителей вокруг себя: их разговоры, плеск воды в вёдрах, скрип дров, которые они несут на плечах — всё это успокаивает меня, хотя не должно. В признаках нормальной жизни я вижу доказательство того, что мы не в опасности, хотя это и ложное умозаключение…

— Ещё одна, ага.

— В самом деле? В какой стороне?

— Туша была на юге. Пора пересчитать всё поголовье.

Я склоняю голову ещё ниже в надежде, что мой капюшон убережёт меня от подобных разговоров… и когда этот трюк не срабатывает, я понимаю, что рядом только мужчины. В обычные времена женщины тоже бы сновали вокруг, они бы пригоняли мелкий скот, который пропускали за стены, когда стемнеет, приводили детей домой готовить ужин, приносили бы стирку с реки. Интересно, это указ мэра, о котором я ещё не слышала, или же все мужья, отцы, дяди и братья коллективно решили проявить твёрдость.

И Мар думает, что я смогу выжить одна, даже с её золотом?

Каменная арка соединяет две сторожевые башни, и в туннеле слышится краткое эхо. Я поднимаю взгляд и стараюсь сосредоточиться на целых участках камней, а не на тех, где крошится раствор. Я вновь выхожу на убывающее солнце и окидываю взглядом луга, которые волнами простираются к далёкому краю леса. Заборы пастбищ стоят так же крепко, как всегда, без прорех, но лошадей там нет. Аналогично, ни овец, ни коров, щипающих траву. Очевидно, скот заперли в амбарах. Не так уж отличается это от женщин в домах.

Но никто не останавливает меня, когда я перехожу на мост.

Доски, по которым я ступаю, скользкие от грязи, и, скреплённые гвоздями, они шире главной улицы нашей деревни. Я отказываюсь смотреть вниз на грязную воду. Мы на высоте не менее десяти-пятнадцати длин, вне досягаемости баласов — красноглазых, рогатых, зубастых чудовищ, которые кишат в нашем рве, и я не хочу думать о том, насколько они голодны.

Мне интересно, демон сможет противостоять нашим стражам-рептилиям, и я страшусь своего вывода.

Достигнув конца моста, я ступаю на грунтовую дорогу, которая, извиваясь, уходит влево и вправо. Разнообразные тропинки, хорошо протоптанные, но размоченные дождями, являются притоками от этих больших источников, и я выбираю одну из них, которая ведёт меня через луг к лесной границе. Никто больше не идёт этой дорогой, так что я остаюсь одна среди зелёных и жёлтых травинок. Над головой ярко-синее небо, солнце сверкает, хотя из-за его низкого положения на горизонте воздух прохладный, и я радуюсь своему плащу.

Долго на своих мыслях я не задерживаюсь.

Даже при дневном свете тревожная звезда, которая внезапно появилась на нашем небе, достаточно яркая, чтобы быть видимой. Клянусь, она приближается, и вид её яркого света заставляет меня жаждать облаков.

Поэтому я сосредотачиваюсь на снежной шапке Драконьей горы. В данный момент ни одно из великих чешуйчатых созданий не патрулирует своё логово, но много раз я видела их, нарезающих большие круги у скалистого пика. Воистину ужасные существа, но они как осы, охраняющие своё гнездо. Пока ты не трогаешь их, драконы остаются в своей огнедышащей интроверсии, и кроме того, они гораздо больше предпочитают грилонов нам — тощим людям — в качестве пищи.

А если против одного из них выступит демон? Дракон, вероятно, победит.

Сомнение в моих мыслях заставляет меня ускорить шаг.

Когда я подхожу к границе леса и пробираюсь в переплетение ветвей, моя тропа исчезает, но я знаю, куда иду. И хорошо, ведь сквозь листья, ставшие настолько тёмно-фиолетовыми, почти чёрными, пробивается лишь слабый свет заката. Эта последняя стадия изменения цвета означает, что они вот-вот упадут, и к весне на земле образуется свежий слой компоста для растений, которые мне предстоит вырастить.

Грунт под ногами мягкий, и в воздухе стоит густой земляной запах. Обычно это меня успокаивает, и такие вылазки для сбора трав — время для отдыха. Но не сейчас. Я достаю свой ножик, и сердце замирает в груди, пока я стараюсь держать шаги ровными и тихими.

Я не хочу находиться здесь в столь поздний час, но Мар нужно что-то большее, чем настой листьев ансли, который я ей даю. Цветущий ночью алсааг — вот что мне нужно сейчас, ведь он обладает целебными свойствами для