Скорая помощь пышного размера - Татьяна Новикова

Тон его сообщений отличается от того, как писал Рома. Мой бывший постоянно держал меня на веревочке. Денис же спрашивает, как мои дела, рассказывает о своих, записывает голосовые вдвоем с Мишей.

Денис не обижается, если я игнорирую его весь день (вообще-то не игнорирую, а работаю как ужаленная). Он умеет ждать. Не строчит «Ты где?» и «Почему молчишь?»

В общении с ним нет трагизма.

Удивительное дело, правда? Я даже не знала, что так можно.

Алина попросила не доводить дело до суда и добровольно согласилась на график встреч с Мишей. Заявление на развод подано, дата назначена.

Она не такой уж и плохой человек. И не хочет навредить сыну. Просто не умеет справляться с последствиями и надеется, что мир будет крутиться вокруг нее. Её материнской заботы хватило на четыре дня, и Алина вновь куда-то ускакала. Вроде бы её новый мужчина соскучился, и она побежала уделять ему внимание.

Вот и вся любовь.

Гриша с Валерой, конечно, почувствовали, что я переменилась. Стала улыбчивее, спокойнее. Но коллеги вопросами не донимают. Только надеются, что глава под названием «Роман» навсегда закрыта.

Так и есть. Я даже футболку его старую выбросила. На днях нашла её среди грязных вещей. Подержала в руках, ожидая привычного укола жалости, но ничего не почувствовала. Просто старая ткань. И я сунула ее в пакет с мусором без какого-либо сожаления. Чего хранить всякий хлам.

В пятницу моя смена заканчивается погожим, солнечным днем. В город наконец-то пришло лето. Я щурюсь от солнца и думаю, что жизнь не так уж плоха. Впереди вечер без вызовов, дома есть макароны, котлеты и кот-паразит, которого я, конечно, не звала, но он придет.

Но мой оптимистичный настрой обламывается, когда возле дома обнаруживается Роман. На сей раз он прижимает к груди букет, сидя на лавочке у подъезда. Весь такой поникший, будто разрыв со мной — худшее, что могло с ним приключиться.

— Марин, солнышко мое родное, любимый мой человечек, — говорит он, поднявшись. — Я всё осознал. Прости меня.

Я вдруг понимаю, что не чувствую вообще ничего по отношению к нему. Ни хорошего, ни плохого. Меня не бесит бывший парень, мне не хочется кинуться к нему на шею. Нет вообще никаких эмоций. Выжженная пустыня.

— Ром, иди домой. Всё кончено.

— Цветы хотя бы возьми, вон какие красивые. В качестве моих извинений.

И тянет мне букет. Ага, розы, раскошелился. Только вот я терпеть их не могу. Как и американо. Что-то он упорно не попадает в цель.

— Мне не нужны твои цветы, — я даже притрагиваться к ним не хочу.

Он начинает злиться.

— Да брось выпендриваться как целка.

— Какие у тебя интересные извинения. С оскорблений решил зайти?

— Да просто устал бегать за тобой. Ты ж без отношений и месяца не выдержишь.

— Вот это мы и проверим.

— Марина, хватит строить из себя сильную женщину. Ты же мягкая. Домашняя.

— Ага, мягкая, пухлая, необъятная, — перечисляю я раздраженно. — Уходи.

Я хочу обойти его, но Роман хватает меня за запястье. Не больно. Скорее цепко, потому как понимает: если отпустит — я уйду навсегда.

Но меня будто током прошибает. Касание, которое раньше было мне приятно, теперь не вызывает ничего, кроме неприязни.

— Отпусти.

— Марина…

— Руку убрал, — раздается позади.

Роман подчиняется. Обернувшись, я вижу Дениса. Он стоит в нескольких шагах от нас. В темной футболке, с ключами от машины в руке.

— А ты еще кто? — пытается Рома спросить насмешливо, но выходит неубедительно.

— Парень Марины, — отвечает Денис.

Э-э-э. Нет, мне, безусловно, льстит факт, что мы уже перешли в стадию отношений, а не просто переписок. Но хотелось бы, чтоб меня об этом предупредили. А то у меня есть парень, а я и не в курсе.

Роман переводит взгляд с Дениса на меня. Видимо, в его голове сейчас быстро пересчитываются шансы. Роман у нас смелый, когда перед ним женщина. А вот когда напротив стоит мужчина, который может поднять двигатель одной рукой — ну, образно, конечно, но выглядит Денис именно так, — энтузиазм как-то тухнет.

— Я твою Марину и не трогаю. Мы с ней разговариваем.

— А мне показалось, что очень даже трогаешь.

Денис делает всего один шаг вперед, но Роман сразу отступает. Чувствуется, что весь пафос в нем кончился еще на этапе знакомства.

— Ну и живи, как знаешь, — выплевывает мой бывший.

— Так и планирую, — отвечаю я.

Он не уходит, а бежит. Мы с Денисом дожидаемся, пока Роман скроется за углом. Потом я замечаю цветы. Букет остается сиротливо лежать на скамейке. Жалко, конечно, но забирать его не планирую. Ставить некуда, да и Матрос пожрет.

Чего кота травить розами.

— Ты в порядке? — спрашивает Денис.

— Да.

— Хочешь, я…

— Нет, — перебиваю сразу. — Не надо его догонять, пугать, бить или еще как-то защищать мою честь.

Денис едва заметно улыбается.

— Хорошо.

— Ты почему здесь?

— Хотел забрать тебя после смены. Предупредить не успел, ты уже убежала. Я понимаю, тебе нужно поспать. Но Миша очень просил. У него важное дело. Поэтому буквально полчаса, и вернешься домой. Можно?

Я прищуриваюсь.

— Звучит подозрительно.

— Даже не представляешь, насколько.

Денис протягивает мне руку, и я беру её, думая о том, как он назвал себя перед Ромой.

Ради красного словца, чтобы испугать моего ненормального бывшего, или…

* * *

В парке пахнет скошенной травой и сладкой ватой из будки у детской площадки. Миша сидит на скамейке рядом с няней и держит в руках большой лист бумаги. Увидев меня, малыш вскакивает.

— Тетя Марина!

— Командир, ты чего без шлема? — спрашиваю я, присаживаясь перед ним. — Космонавты так не делают.

— Так мы же не в космосе.

Но панамку всё же натягивает, и правильно, а то голову напечет. Солнце сегодня очень жгучее, словно решило отыграться за холодное начало лета.

Потом Мишка торжественно протягивает мне рисунок.

На этот раз я нарисована не красной громадиной размером с ракету. Размер всё еще внушительный, но в целом адекватный. А рядом стоят Денис, Миша и медведь с табличкой «Космонавт». Все держатся за руки. Над нами кривое солнце и какая-то синяя загогулина, которую я не опознаю.

— Это что? — спрашиваю.

— Это скорая, — объясняет Миша. — Она летает, чтобы успеть всех спасти. А то на дорогах бывают пробки.

Ну, логично. Гриша бы обрадовался, научись наша машинка летать.

Внизу рисунка печатными буквами написано: “НАША ТЕТЯ МАРИНА”.

Всего три слова. Детские нетвердые буквы,