Скорая помощь пышного размера - Татьяна Новикова

— Говори.

Денис предельно собран. Нет ни грамма растерянности, он не мнется, не волнуется. Видно, что этот разговор продуман до мелочей. И я не знаю, хорошо это или плохо? Потому что отрепетированная речь даже хуже импровизации. Больше шансов замаскировать в ней ложь.

— Спасибо. Я караулил тебя последние три часа. Еще перед этим долго искал номер вашей подстанции, чтобы приехать по нужному адресу, — мужчина хмыкает. — В общем, как я вчера и сказал, с Алиной мы не вместе. Она ушла полгода назад. Сначала к подруге, потом я узнал, что там был мужчина. Может, он появился потом или она изменяла мне с ним — уже неважно. Мишу она за это время видела пару раз. Звонила редко. На день рождения прислала курьера с подарком, а сама не приехала. Но Алина всегда была такая. Она не семейный человек.

Из меня рвется язвительность, но я временно придавливаю ее в себе и слушаю дальше.

— Развод мы не оформили, — продолжает Денис. — Да, это моя ошибка. Я тянул. То одно, то второе. То забуду, то Миша заболеет, то на работе кто-нибудь накосячит. Да и к чему торопиться с разводом, если у меня никого нет? Но вчера я подал документы. Могу показать заявление.

— Не нужно, — качаю головой.

— Алина наиграется с сыном и уедет, он ей не нужен, — говорит Денис глуше. — Но теперь она знает, что у меня кто-то появился — и действует назло. Поэтому вчера хамила тебе и называла меня «дорогим».

— Вообще-то «милым». Но мне больше другое интересно: у тебя кто-то появился? — не удерживаюсь от ехидства.

— Да. Ты.

Я неприятно усмехаюсь.

— Тогда она может спать спокойно с тобой или без тебя. Я просто заехала за рисунком.

— Ты заехала не просто так, и я был рад, что ты приедешь, — чеканит он, и каждое слово бьет по мне. — Я надеялся на встречу. А ты могла бы отказаться. Ибо на кой тебе детский рисунок? Но ты согласилась, и это много значит.

— Угу, согласилась, думая, что еду к отцу-одиночке и его прекрасному сыну. Ты должен был сказать, что вы не разведены.

— Должен был. Но я не думал, что Алина появится.

— Видишь, как она вовремя вспомнила про семью. Денис, послушай. Ты мне очень нравился в школе. Безумно, — признание дается тяжело, но я решаю, что глупо его таить в себе и дальше. — Да и сейчас нравишься. Но я не собираюсь вариться в чужой семейной каше. У меня своих проблем хватает.

— Я не прошу тебя вариться в каше. Я прошу дать мне шанс.

Мы молчим, но я не злюсь. Не то чтоб его слова меня переубедили, но он ведь приехал сюда, ждал меня…

«Рома тоже тебя ждал, — подсказывает рациональная моя часть. — Их ожидание еще ничего не значит».

Тоже верно. Но Денис пришел без американо, а это уже плюс ему в копилку.

— Давай я хотя бы подвезу тебя домой? — вздыхает он.

Помешкав, я соглашаюсь. Что мне терять.

— Договорились. А где Миша?

— С няней.

Усевшись на пассажирское сиденье и вытянув ноги, я только собираюсь расслабиться. Прикрываю веки, мечтая о том, как завалюсь в кровать. И тут Денис произносит:

— Я хотел пригласить тебя на свидание еще в школе. Но ты мне казалась такой правильной. Ну, зачем тебе раздолбай вроде меня?

«Как жаль, что не пригласил. Всё могло бы сложиться иначе», — мелькает в голове.

— Ты была такая веселая, светлая. В свитере своем забавном. В таком свитере должны ходить только хорошие люди. Я точно знал, что твоя жизнь сложится правильно. Так и случилось. Я очень рад, что увидел тебя сейчас.

— Я тоже была рада тебя увидеть, — отвечаю честно, с закрытыми глазами. — Ты, конечно, не стал президентом мира, но многого добился. И это классно. А еще классно, что у тебя такой замечательный сын. И очень жаль, что в школе мне казалось, будто ты меня не замечаешь. Может, сложись всё иначе, у нас бы был шанс… но теперь уже точно нет…

Мне кажется, что на этой ноте мы и попрощаемся. Он довезет меня до дома, мы улыбнемся друг другу — и разбежимся навсегда. Но Денис как-то подозрительно не трогается с места.

Я чувствую его горьковатый парфюм. Нечто ненавязчивое, мужское. Вкусное, если честно.

— Я сейчас поцелую тебя, — говорит он хрипло. — Если ты скажешь «нет», я не буду настаивать.

У меня перехватывает дыхание. Глаза распахиваются.

Чего?!

Нет, ну спасибо, что предупредил. Вежливый какой. Осталось только отказаться.

— Марина? — спрашивает Денис.

Я должна ответить «нет». По всем законам и правилам. Во имя здравого смысла и собственного спокойствия. Но с языка срывается другое:

— Целуй уже.

В следующий миг его губы накрывают мои, и меня захлестывает ураганом эмоций. По коже пробегает дрожь. Тело размякает. Я отвечаю жадно и совершенно без стеснения.

За все школьные часы, когда я втайне мечтала о Денисе Воронове. За все наши случайные взгляды друг на друга, такие редкие, что по пальцам можно пересчитать. За то, что он, оказывается, интересовался мною — но посчитал слишком хорошей.

Какой кошмар. Тот свитер с оленем всё же сыграл злую шутку, потому что лучший парень школы из-за него не предложил мне свидания… и не позвал на выпускной…

Он пододвигается ко мне, его ладонь ложится на мою талию, вторая — на затылок, пальцы путаются в волосах, и всё вокруг становится незначительным. Мелким и глупым по сравнению с этими ощущениями.

Поцелуй получается горячим. Денис прижимает меня, но не давит, только держит так крепко, что захватывает дух. Я хватаюсь за его куртку, потому что иначе точно сползу вниз по сиденью, и это будет самый нелепый финал романтической сцены.

Его губы уверенные, настойчивые. Мне жутко нравится, как он касается меня. Честно скажу, в тех моих подростковых фантазиях всё было куда целомудреннее. А тут…

В груди не хватает места: сердце словно разрослось и лихорадочно колошматит по ребрам. Денис чуть сильнее сжимает мою талию, тоже теряя контроль над собой.

И мне хочется продолжения.

Вот прямо сейчас.

Если оценивать поцелуи, то этот — лучший, что у меня был. За всю жизнь. Это не просто: «Ну ничего, приятный мужик». А «несите огнетушитель, я вся горю». Вот настолько мне классно рядом с ним!

Денис отрывается первым. Лбом почти касается моего лба, дыхание у него тяжелое, в глазах шоколадного оттенка непроглядная тьма. В них не осталось