Пари на императора драконов - Мария Павловна Лунёва

— Сказала драконесса с огненными волосами, — поддел ее Орм.

Музыка стала громче, вынуждая нас замолчать.

Отвернувшись от темноволосого орина, я натолкнулась на злой взгляд Комира, направленный на него. Лицо фера между тем исказилось до неузнаваемости, а взгляд пылал огнем.

Не поняв его состояния, я опустила голову.

Музыканты старались поднять настроение гостям императора, я же снова уставилась в окно. Ждала.

Из головы все не вылетал разговор с Льюисом. Нашел он женщину, что в нем мужчину рассмотрела, и решил проверить ее на истинность.

Привести сюда. А про то, что все детство мне голову дурил, уверяя, что когда я вырасту, стану ему прекрасной невестой, это он забыл и вспоминать не желает.

Ему другую подавай.

Моё дыхание стало тяжелее. Я и не подозревала, насколько сильно меня задели его слова. И теперь я желала взглянуть на его Сабрину. Что там за красавица такая?

Тьма заворчала. Странное, ранее неизвестное мне чувство опаляло сердце. Ревность? Или обида?

Скорее, и то и другое.

Моргнув, вынудила себя отвернуться от окна. Нечего его ждать. Много чести для императора.

Лучше картину рассмотреть. Вон какая дорогая. Рама украшена россыпью синих камней, и это явно не стекло.

Пока старательно изучала натюрморт, в зал вошли лакеи с подносами. Перед нами уже стояли тарелки из тончайшего фарфора, украшенные ручной росписью в виде небесных птиц и диковинных цветов. Ложечки, вилочки... Столовое серебро, отполированное до зеркального блеска. И придраться не к чему.

Зло выдохнув, поймала себя на том, что опять, не моргая, смотрю в окно на небо.

Глава 11

Ближе к обеду мы собрались в большом холле. Аделия и Дара следовали за мной. И если нашей лере брат строго-настрого приказал и на шаг от меня не отходить, то Аделии было просто невыносимо скучно.

Ее отец пока не вернулся, и непонятно было, сколько ей еще находиться при дворе. Орина явно не была рада гостить во дворце императора. Она все чаще рассказывала о родном доме, маме и бесконечных, уходящих в небо виноградниках своей семьи.

Она скучала.

Мы тихо обсуждали предстоящий бал, пристроившись вокруг небольшого круглого чайного столика, украшенного скатертью с изящной вышивкой. Молоденький лакей принес нам в небольших фарфоровых чашечках горячий чай и сырную нарезку с медом.

В холле мы были не одни. Через три столика от нас, ну, если считать мерками приличий и светских условностей, а не буквальным расстоянием, разворачивалась своя драма. Генерал Ярвен, развалившись в мягком кресле, что-то увлеченно обсуждал с лердом — солидного вида мужчиной, чье лицо хранило печать легкой усталости от жизни.

Они сидели, слегка склонившись друг к другу. Их жесты были сдержанными, но весьма выразительными: легкие кивки, быстрые взгляды, нервные поправления манжет на сюртуках. Они периодически кивали друг другу, будто в чем-то соглашаясь. Но при этом продолжали бурно дискутировать.

Я видела, как генерал время от времени проводит рукой по своей коротко стриженой голове, а лерд нервно теребит кольцо на пальце.

— Решают, когда и как лучше тащиться в Пустыню, — шипела на них Дара. — Ну почему именно я? Лера ведь. Какой прок песчаным драконам от меня? Шанс, что среди них окажется мой истинный, — мизерный. Ну не проще ли ведьм туда отправить?

— А вот не надо, — возмутилась я. — Мне и наших чешуйчатых хватает. Чего еще поголовье песчаников изводить!

— А что, собрать всех дочерей генерала Вагни и через барханы... — хихикнула Аделия.

— И к ним одну шибко умную орину с лисьим личиком, — шикнула я в ответ. — Уж в очередь встанут тебя обнюхать и ощупать. Говорят, они своих истинных через поцелуй проверяют. Сначала симпатия, а уж после лобзаний у них мужской интерес ка-а-ак привстанет...

— Кхм... — послышалось за спиной громкое от Комира.

— А ты немой! Так и нечего лезть в женские разговоры!

Вперед выдвинулась рука фера с дощечкой:

«Будешь дерзить, так действительно в пустыню отправлю».

Моргнув, я невольно растянула губы в улыбке.

— Ну, кхыкал и кхыкай, приятно знать, что ты способен осадить голосом, — пошла я быстро на попятную.

— А меня не отправить туда ты не можешь? — Дара обернулась на него.

Комир резко стер надпись и спешно вывел:

«А ты пляши с мечом, тебе пригодится».

Фыркнув на нас, он пошел к отцу.

— Вот маленьким был таким хорошеньким, но вырос же... — шипела Дара.

— А по-моему, он очень милый, — томно вздохнула Аделия.

Лера странно уставилась на нее и вдруг прищурилась. Вздрогнула и резко обернулась на братца.

Уж не знаю, что ей пришло на ум, но любопытство взыграло.

— И? — шепнула я.

— Да ничего... — она качнула головой. — Комир маленьким был, так лисичек любил. Мама ему даже рыженькую плутовку сшила, а он все твердил, что не такая будет... не оборотень.

— Ты о чем, лера? — Аделия непонимающе уставилась на нее.

— Да просто вспомнила, — отмахнулась Дара. — Бывает так, что что-то забыл и вдруг в памяти всплывает. Не бери в голову. Так все решили, в чем мы на бал сегодня пойдем? Не то чтобы мы обязаны там блистать, но не хочется выглядеть хуже остальных.

Я важно расправила своё нежно-голубое платье с кружевными рукавами.

— Я вот хотела спросить, лера, может, у тебя есть для меня наряд подходящий?

— Юниль, да за тобой лакеи два сундука с платьями несли! — она удивлённо уставилась на меня.

— Да, и каждый наряд лично отбирала мама. Так всё там до невозможности строгое и приличное. Она у меня вперёд папеньки прознала, что я добралась практически до всех сыновей наших арендаторов, ещё и в казармы заглянула. Отец ещё не в курсе, что я под ручку с его воинами по саду гуляла. Он мне за них так уши надерет. Так что, — я тяжело вздохнула, — нарядиться мне особо не во что.

Для пущего эффекта я придала лицу такое печальное выражение, что у любого бы сердце дрогнуло. Но, видимо, не проняло ни леру, ни орину.

— Тебе, ведьма, воины-то что сделали? — любопытствовала Аделия. — Ты что на них там отрабатывала? Томные вздохи или обмороки?

— Обмороки, — честно призналась я. — А ты тоже, да?

— Я? — она возмущённо взглянула на меня.