Как переманить мужа на свою сторону. Книга 3 - Spice&Kitty

сильный тяжелый стук. Звук закрывшихся главных ворот храма. Я испуганно обернулась, в тот же миг за моей спиной дверь с грохотом захлопнулась. Я замерла.

– Что ты…

– Иди сюда.

Чезаре небрежно сидел в кресле у камина в одной рубашке и брюках.

Глава 89

Не знаю, когда ему принесли алкоголь, но он неторопливо и безмятежно потягивал его, закинув одну ногу на стол.

– Это разве не кабинет архиепископа?

– Снова ты нервничаешь на ровном месте. Да этот старик будет только рад, узнав, что я был здесь, – насмешливо ответил брат.

В тот момент я пожалела, что переоделась. Я чувствовала, что он сгорает от желания разорвать мое платье в клочья и бросить в камин.

– Разве нет? – Пристально смотря на меня, он обратился к человеку за моей спиной.

Застывший у двери как бронзовая статуя, ненастоящий монах прошел мимо и встал рядом с Чезаре. Затем стянул свой капюшон.

– Что ж, он бы и пятки вам вылизал.

Его глаза злобно сверкнули, я заметила ужасающий шрам, рассекающий веко. Я испугалась вовсе не суровой внешности лжемонаха, а жестких, густых, рыжих волос. Сегодня я впервые увидела его. Точнее говоря, впервые – своими глазами.

Благодаря знанию сюжета оригинальной истории я помнила, что у Чезаре есть один очень преданный и жестокий слуга. Воплощение монстра со страшным лицом и лохматыми рыжими волосами. И его голос… Он намеренно изменил его, чтобы я не узнала, но когда-то я его слышала. Точно, в тот раз…

«Наслаждайтесь, госпожа».

«Так это ты тогда отдавил мою ногу? Тебя же Пьетро зовут? Что же в итоге с тобой случилось в книге?»

– Похоже, ты сильно настрадался в этом свинарнике.

– И не говорите. Я чуть не расплакался, тоскуя по родине. Ждал лишь Ваше Высокопреосвященство.

– Тебя похлопать по спинке?

– Не откажусь.

Они шутили, по-прежнему пристально смотря на меня. Почти не скрывая, что все это время следили за мной. Вряд ли они поняли, что я раскрыла истинную сущность лжемонаха.

«Черт, я предполагала, что за мной ведется слежка, но не ожидала, что Пьетро приедет сюда один. Помню, Чезаре никогда не отпускал его слишком далеко, несмотря на важность дела. Так он отправил его на Север? Чтобы следить за мной? Давно ли?»

Я сделала вид, что избегаю пронзительного взгляда чертова Чезаре, и внимательно рассматривала Пьетро. Казалось, он непринужденно общался с хозяином, но по какой-то причине мужчина, похожий на чудовище, тоже нервничал. Огромные и грубые, как у медведя, плечи были напряжены.

– Совести у тебя нет принимать мою милость. Ты ничего, как подобает, не сделал.

– Я готов понести наказание.

– Хм, и что мне сделать? Руби, скажи.

Я широко раскрыла глаза и глупо моргнула. Точнее, сделала вид, что растерялась.

– О чем ты?

На бесстрастном лице Чезаре появилась леденящая улыбка. С усмешкой он повертел бокал в руках, будто все это был один большой спектакль.

– Что бы ты хотела с ним сделать? Разве тебя не разозлил этот прохиндей?

– Не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, брат. Ты поручил ему следить за мной?

– Сама знаешь, что мне ничего не оставалось делать, ведь ты заставила меня волноваться. Почему моя порядочная сестренка вдруг сбежала из дома?

«Значит, он отправил его после того, как услышал о моем побеге. Тогда он пока ничего не знает обо мне и монстрах».

Я пыталась сохранять спокойствие, но дыхание предательски дрожало.

«Черт возьми. Спокойно, ты должна быть благоразумна… Если, не подумав, что-то ляпну, все пропало».

Пытаясь совладать с чувствами, я поджала губы.

– Мне просто впервые было так тяжело. Ты ведь знаешь, брат, я не способна на плохие поступки. А вот ты почему так со мной поступил?

Чезаре, только что криво улыбавшийся, вдруг нахмурился, будто не ожидал подобного ответа.

«Боже мой».

– Что ты сказала?

– Все обращались со мной как с убийцей. Говорили что вздумается, будто я отравила племянницу архиепископа в храме. Значит, это отец подослал шпиона? Если бы ты хоть намекнул мне об этом, тогда я бы… – Я намеренно не договорила, прерывисто глотая воздух.

Пока я потирала глаза, Чезаре молча наблюдал за мной, потом перевел взгляд на слугу и заговорил:

– Ты говоришь о той девчонке из семьи маркиза? Да какая нам выгода устранять ее?

– Этого я… конечно, не знаю. Ведь ни ты, ни отец никогда мне ничего не рассказываете…

– Я был так же удивлен этому, как и ты. Пьетро, говори, что выяснил.

Значит, я была права. Но больше меня сбивало с толку, что чертов братец, похоже, и правда не имел никакого отношения к тому отравлению. Вдруг я вспомнила странный диалог, который недавно произошел с Фрейей. Тогда она смело поведала мне о своих амбициях и желании стать королевой Севера. Если не только она, но и ее дядя-архиепископ имеют цель, отличную от просто попытки проникнуть в священные стены Сикстины…

– Изо всех сил виляет хвостом в надежде урвать себе лакомый кусок. Жадный старый пес.

– Ясно. Если уж намерен убить кого-то раствором священно-магического камня, храм – последнее для этого место. Кучка недоумков.

У меня не было времени осознать полученную информацию. Чезаре медленно наполнил бокал, затем, заметив мой растерянный взгляд, бросил:

– Конечно, ты испугалась. Бедняжка. Так или иначе то был импульсивный поступок. Совсем на тебя не похоже.

– Я тогда была не в себе… Понимаю, что сделала не подумав. До сих пор очень раскаива…

– Когда бросалась в объятия мужа, тоже была не в себе?

«Вот он – внезапный удар в уязвимое место, знакомый стиль».

Почему-то мой взгляд скользнул на распятие над камином. И в прошлой жизни, и в этой я несла на себе крест родства с монстром.

– Отец сильно разозлился?

– Знал, что ты это спросишь, но его здесь нет, так что говори честно. Судя по поведению Иске сегодня, не похоже, что он тебя заставил.

Даже тусклая улыбка с его лица исчезла. Голос был спокоен, но в глазах пылало синее пламя. На медных предплечьях с закатанными рукавами рубашки вздулись вены, похожие на извивающихся змей. Я чувствовала, как страх поглощает мое сердце. Одновременно с этим меня поразило странное и необъяснимое удивление. Не потому, что я не ожидала, что вскоре заплачу за свой поступок. Я ощутила, что причина его гнева не только в том, что я разрушила его планы. Чтобы ни произошло, сейчас я не должна была показывать своих истинных намерений. По крайней мере пока.

Я виновато опустила голову и дрожащим голосом пробормотала:

– Я думала, что иначе