Бойня - Шанталь Тессье

— Эштин знает о тебе?

Он качает головой.

— Нет. Однажды я был в доме её родителей, и Эштин была там, но спала.

ЭШТИН

Четыре дня я не выходила из своей комнаты. Ни разу. Я ем, сплю и в основном плачу. Также провожу много времени в ванной или душе. В плаче есть что-то такое терапевтическое.

Сент навещает меня раз в день для тренировок. Я становлюсь лучше, по крайней мере, так он говорит. Я сосу резиновый член, а потом Сент трахает мой рот своим, оставляет меня плачущей, а потом я кричу в подушку, потому что умираю от желания кончить. Я даже не могу объяснить, насколько моя киска остаётся чувствительной, опухшей и мокрой. Это постоянное напоминание о том, что я его шлюха. Должно быть, таков его план. Я чувствую, что у меня начинается ломка. Это может быть из-за отсутствия алкоголя, наркотиков или потребности кончить. Это зуд, который я не могу почесать, потому что у меня связаны руки. Моё тело больше не понимает какого хрена происходит. Раньше я пила каждый вечер на работе. Чаще всего принимала таблетки, чтобы пережить ночь. Потом шла домой и трахалась с Джеймсом. Даже если секс не был потрясающим, я всё равно старалась получить удовольствие. Сейчас ничего этого не происходит.

Мысли о моей недавней встрече с Хайдином продолжают крутиться у меня в голове. Что он имел в виду, когда сказал, что «все мы несём своё наказание»? За что они были наказаны?

С тех пор я его не видела. Знаю, что Хайдин меня избегает, и меня это устраивает. Чем реже я вижу его и Кэштона, тем лучше. И с Сентом и так достаточно сложно. Я просто жду, когда все трое войдут в мою комнату и Сент скажет мне, что это часть моего «обучения».

Я лежу в постели, уставившись в потолок. Что ещё мне остаётся делать? Так что я просто лежу в постели, ем, когда Джесси приносит мне еду, и стараюсь изо всех сил игнорировать потребность в сексе. Моё обучение глубокому минету по-прежнему проходит ежедневно, но мне не дают освобождения.

Типичный Лорд. Всё вращается вокруг них. Так они демонстрируют свою власть. Своё превосходство. Я всегда была покорной в наших отношениях, поэтому моё тело не понимает того, что знает мой разум.

Теперь я игрушка. Раньше он любил меня. Но теперь нет.

У меня першит в горле, губы потрескались, а киска так набухла, что болит. Я просыпаюсь посреди ночи, потирая бёдра друг о друга и молясь, что это поможет. Но это не помогает. Я плачу, пока не засыпаю, и вижу сны, в которых я кончаю.

Сент ещё не заходил ко мне сегодня, поэтому я не удивляюсь, когда, обернувшись, вижу, что моя дверь открыта. Моё сердце начинает бешено колотиться в предвкушении того, как покажу ему, какого прогресса я добиваюсь. Может быть, на этот раз он позволит мне кончить.

Кровать прогибается с моей стороны, и рука гладит меня по щеке. На ощупь она... влажная. Я плачу? Возможно, я не уверена.

Я наклоняю голову в сторону и встречаюсь взглядом с зелёными глазами. Сент смотрит на меня бесстрастным взглядом. Хотелось бы тоже отключить свои эмоции. Я никогда не скрывала своих чувств, а с тех пор как вернулась, они усилились в десять раз.

— Вставай и собирайся. Мы уезжаем через два часа, — заявляет Сент.

Сердце подпрыгивает в груди.

— Куда… куда мы едем? — грубо спрашиваю я. Мне не с кем поговорить, поэтому редко пользуюсь голосом. Единственное, на что годится мой рот, так это на то, чтобы сосать его член. По крайней мере, в этом я добилась прогресса. Я пускаю слюни, как младенец, пока он называет меня «хорошей девочкой», — это лучшая часть моего дня.

— Художественная выставка, — отвечает Сент, проводя татуированными костяшками по моей челюсти и груди. Мои соски твердеют, и дыхание учащается.

— Так... мы уходим? — шепчу я. — Покидаем «Бойню»?

— Ты можешь остаться здесь, если хочешь.

— Нет.

Я сажусь, и он приподнимает бровь от моего быстрого движения.

— Я хочу уйти, — прочищаю я горло.

Сент ничего не говорит. Вместо этого его рука возвращается к моей груди и подбородку. Он обхватывает мою щеку и наклоняется. Я думаю, Сент собирается поцеловать меня, но вместо этого он прижимается губами к моему уху.

— Если ты будешь хорошей девочкой, милая, я позволю тебе кончить позже.

Я сдерживаю стон. Наконец-то! Моя киска пульсирует.

ПЯТЬДЕСЯТ ОДИН

ЭШТИН

Менее чем через три часа мы садимся в частный самолёт посреди леса. Вокруг только взлётно-посадочная полоса. Как и всё, что принадлежит Лордам, самолёт просто роскошен. Чёрный ковёр, белые кожаные сиденья с чёрной прострочкой. Несколько столиков в салоне самолёта отделаны чёрным мрамором.

Хайдин сидит на диване и строчит смс на своём мобильном. Он поднимает голову, и его холодный взгляд на секунду встречается с моим, прежде чем возвращается к своему занятию.

Заправляю прядь волос за ухо, пока Сент ведёт меня к креслу. Я сажусь, и он пристёгивает меня ремнём безопасности, как будто я не в состоянии сделать это сама. Мгновение спустя Кэштон входит в самолёт, прижимая к уху сотовый. Он проходит мимо нас, и я вижу, как он входит в дверь в задней части самолёта.

К нам подходит стюард и любезно улыбается мне.

— Я могу вам что-нибудь предложить, мисс?

— Мы возьмём бутылку «Моэт шандон империал брют», — отвечает за меня Сент.

— Конечно, сэр, — стюард поворачивается и уходит.

— Может, я не хотела шампанского, — говорю я.

Сент фыркает, а я скрещиваю руки на груди.

Я вытираю вспотевшие ладони о голые бёдра и устраиваюсь поудобнее на сиденье. Стюард возвращается с нашей бутылкой и наполняет нам обоим бокалы. Я жадно делаю глоток, пытаясь успокоить нервы. Мне кажется, что это какая-то подстава.

Сент не позволял мне выходить из комнаты несколько дней, а теперь вдруг он ведёт меня с ними на выставку? Я возбуждена, но не глупа.

Я сижу молча рядом с ним, пока он, как и Хайдин, копается в своём телефоне. В какой-то момент к нам присоединяется Кэштон. Он садится рядом с Хайдином на диван, и они тихо разговаривают. Я выглядываю в окно, пытаясь понять, куда мы летим, но слишком облачно, чтобы что-то разглядеть. В