Янтарная тюрьма Амити - Рона Аск

На лице профессора промелькнула сильная усталость, особенно когда возле ее ног с недовольным скрипом пронес горстку разноцветного мусора древень. Она поторопилась скрыть изнеможенность, но мадам Сладос это заметила и, ласково коснувшись локтя Чарлин, повела ее в сторону буфета:

— Пустяки, Нани… Кхм, то есть, профессор Чарлин. Идем, выпьем кофе. У меня как раз немного осталось.

— Надо бы привить еще одну кофейную веточку…

— У тебя без этого забот хватает. Так что не волнуйся и больше отдыхай. А то совсем бледная стала…

Махнув нам рукой, Сладос скрылась вместе с Чарлин, а я быстро оглядела уже рассасывающуюся толпу зевак.

Было у меня одно странное предчувствие.

— Лав? — удивилась Мэй, когда я сорвалась с места и рванула к лестнице.

— Идем! Быстрее!

— К-куда? — удивилась она, но все-таки поспешила за мной, а я плотоядно улыбнулась и произнесла:

— Ловить преступников!

Глава 49

Неладное я заподозрила еще тогда, когда Церара заикнулась про то, что веселую посылку они обнаружили у входа в корпус некромантии со стороны лабиринта.

Я уже бывала в лабиринте и знала, насколько тяжело там найти путь к корпусу некромантии. Кто-то случайный не смог бы провернуть подобный трюк, даже если б нашел подходящую метаморфную стену. И, сложив все факты, я быстро пришла к логичному умозаключению, чьих рук это дело. А как известно, преступники порой любят вернуться и полюбоваться результатами своей деятельности, поэтому я то и дело поглядывала на толпу зевак. И, когда профессор Чарлин начала разгонять учеников, заметила знакомую светлую шевелюру.

Преступник стоял на балконе гостиной так, чтобы нельзя было разглядеть его лица, однако желтые полоски на форме явно кричали о том, что он с факультета Целительства. Рядом с ним находился бледный пухлый и приземистый парень, на лице которого даже издалека читалось выражение злости, досады и неверия. Он почти свесился с балкона, разглядывая некромантов, а мясистые пальцы с такой силой цеплялись за каменный поручень, что казалось, будто сейчас его сломают.

Когда же я взбежала по лестнице, светловолосый целитель уже куда-то пропал, смешавшись с потоком разбредающихся из гостиной учеников, а пухлый держался за голову и что-то раздосадовано шептал.

— Как они смогли? К-как?.. — смогла я разобрать, когда рванула мимо него к выходу с балкона, куда я предполагала, скрылся целитель.

— Лав! — старалась не отставать от меня Мэй. — Куда мы так спешим?

— Тс-с-с, — шикнула я и быстро огляделась, после чего ткнула пальцем в направление развилки, противоположное от потока учеников, идущих в жилые корпуса.

Мэй тут же коварно прищурилась, когда тоже заметила светловолосого целителя, который довольно хихикал, что-то разглядывая в своих руках, и еще не успел исчезнуть за поворотом коридора. Заинтересованно хмыкнув, она уже сама проследовала в его же направлении, а я поспешила за ней.

Мы продвигались очень осторожно, чтобы бдительный целитель нас не заметил. Тот так часто оглядывался по сторонам, что даже Котя на моих руках притих, будто чувствовал ответственность момента. А Мэй, надо сказать, благодаря наложенным профессором Чарлин чарам, несказанно везло.

Каждый раз, как она выглядывала из-за угла, в самый последний момент замечала, куда поворачивал целитель. А порой он удачно отворачивался и не замечал ее подглядываний, поэтому мы всегда были в курсе его передвижений. Поэтому я не пыталась идти первой и искренне удивлялась тому, насколько беззвучно умеет ходить Мэй. Будто тоже у нашего декана училась.

Я криво улыбнулась, вспомнив, как Реджес заставил меня ходить кругами в дуэльной, пока я не запомню, как правильно к нему подкрадываться. И помрачнела. Реджи… Где он? Что с ним сейчас?

— Черт… — вдруг выругалась Мэй и выскочила из-за угла. — А ну стоять!

От ее грозного крика я тут же встрепенулась и тоже выбежала посмотреть, что происходит. Лекс тем временем без оглядки бросился наутек.

— Он меня заметил! — устремляясь за ним, быстро пояснила Мэй. — Хочет сбежать!

«Сбежать? — подумала я. — Ну уж нет!» — и скомандовала:

— Котя, фас!

Повторять дважды не пришлось. Кот, словно надрессированная гончая, сорвался с моих рук, пожелтел и с воинственным «мр-р-мяф!» рванул за Лексом.

Услышав боевой клич кота, Лекс испуганно воскликнул и обернулся, но в тот же миг запутался в ногах и шлепнулся, выронив из рук кожаную записную книжку. А радостный Котя запрыгнул ему на грудь и довольно заурчал.

— Та-а-ак, — наклонилась я и подняла записную книжку. — Что тут у нас?

— У-уберите его. Я… Апчхи! Уберите!

Игнорируя мольбы Лекса, мы с Мэй заглянули в книжку и…

— Пусто? — удивилась она.

— Это вряд ли, — заметила я, проведя пальцами по мягкому и упругому корешку. — Скорее всего, нужен магический отпечаток, чтобы ее прочесть.

Я попыталась напитать записную книжку магией, но та отвергла меня: просто рассеяла мой отпечаток. А Лекс, чихая и пытаясь уползти от кота, вдруг громко рассмеялся.

— Вы н-н-н… — сдержался. — Не сможете ее прочесть!

— Что там? — холодно поинтересовалась я.

Если Лекс пытался смыться даже от меня с Мэй, значит, в книжке было что-то очень ценное и важное, — тем более, наверняка из-за нее некроманты и пострадали. А все ценное принято тщательно шифровать или скрывать. Поэтому не удивительно, что не каждый мог увидеть записи.

— Сначала уберите кота! — уже со слезами на глазах потребовал Лекс.

— Уберу, когда скажешь.

— Скажу, когда уберешь!

— В эту игру можно играть до бесконечности, — вздохнула я и громко произнесла: — Котя!

— Я скажу! — воскликнул Лекс, когда по моему тону понял, что уступать я не собиралась. — Все скажу! Там…

— Только учти, — перебила я и, подойдя ближе, села рядом с ним на корточки. — Котя чувствует ложь. Обманешь — и он тут же полезет обниматься.

Лекс побледнел, а Котя словно в подтверждении моих слов громко мурлыкнул и словно в нетерпении принялся топтаться на груди Лекса. Тот, глядя мне в глаза, немного помолчал, прислушиваясь, как щелкает ткань рубахи с пиджаком, когда когти кота ее дергают, и вдруг воскликнул:

— Ладно!

Словно обессилев, он рухнул на спину и выдохнул:

— Я все вам расскажу, но не здесь.

Я вскинула бровь, а Лекс повернул голову так, чтобы нас видеть, с кривой улыбкой добавил:

— Эти сведения не для чужих ушей.

Заинтригованно хмыкнув, я выпрямилась и отдала книжку Мэй.

— Не обманываешь?

— А какой смысл? — все еще распластанный на полу, мотнул он головой. — Рано или поздно вы бы об этом узнали.

И, выразительно на меня посмотрев, с усмешкой добавил:

— Ник все равно бы раскололся.

Сердце в