Порочный сексуальный полицейский - Эрика Уайлд

на талию и осторожно подтолкнул назад, шаг за шагом, пока она не оказалась в ловушке, прижатая к стальному холодильнику. Прохладный металл разительно контрастировал с теплом, исходящим от Леви, хотя он еще не прижался к ней. И, боже, она хотела этого. Жаждала ощутить… каждый его дюйм. Очень сильно.

Он отпустил ее талию и заключил ее лицо в свои теплые ладони. Слегка откинул ее голову назад, так что их взгляды встретились, и она почувствовала, что теряется в этих невероятных глазах. Светло-зеленые радужки завораживали. Великолепные и гипнотические. Она могла смотреть в них вечно. Было что-то в их глубинах, когда он глядел на нее, что-то, что вызывало у нее чувство безопасности. Желание доверить ему все свои тайные надежды и потребности.

Сара не могла не заметить и плотской нужды. Никогда раньше она не знала страсти, не испытывала ее и, определенно, не видела, чтобы она отражалась в мужских чертах и была направлена на нее. Два «впервые» за сегодняшний вечер. Ее конечности налились свинцом от желания, когда самый горячий и сексуальный мужчина, которого она когда-либо встречала, смотрел на ее губы так, будто был пленен ими. Внутри нее бурлили волнение и предвкушение, и она надеялась, что долго ей ждать не придется.

— Прежде всего, — хрипло пробормотал Леви, проведя подушечкой большого пальца по ее нижней губе, заставляя их раздвинуться, словно по беззвучной команде. — Если я, наконец, не попробую твой рот, я не смогу думать ни о чем другом во время ужина. Итак, чтобы избавиться от этого отвлечения, мне нужно поцеловать тебя. Ты не против?

Не сумев сформировать связный ответ, который не звучал бы как хныканье потребности, она кивнула. О, да, пожалуйста.

С медленной, греховной улыбкой, от которой внутри у нее все млело, Леви медленно опустил голову, и Сара закрыла глаза, желая убедиться, что запомнит все о Леви и этом волшебном, соблазнительном поцелуе. Его губы коснулись ее губ, такие искушающие и дразнящие, и она ничего не могла поделать, чтобы остановить вырвавшийся из нее тихий вздох.

Желая большего, Сара поддалась желанию и коснулась языком его нижней губы. Из его груди вырвалось низкое рычание, и то, что началось как медленное и нежное, внезапно превратилось в горячее и дикое. Его широкие ладони все еще баюкали ее лицо, а его рот взял все под свой контроль, широко раскрывшись, плотно прижавшись к ее губам и скользнув языком глубоко внутрь, заставив ее стонать от восторга.

Его невероятно эротический вкус поглотил ее чувства, а древесный, мужской аромат окутал ее, как вызывающий привыкание наркотик, которым, как она знала, ей никогда не насытиться. Поэтому она взяла столько, сколько могла, позволяя Леви целовать ее так сильно и глубоко, как он хотел, и быстро поняла, что он не тот человек, который делает что-то наполовину. Удовольствие было неописуемым. За пределами декадентства и возбуждения. Интенсивность была запредельной, и то, как он поглощал ее, как претендовал на ее рот, будто тот принадлежал ему, вызывало не что иное, как опьянение.

Сара понятия не имела, сколько времени прошло, прежде чем Леви наконец прервал поцелуй, но молча оплакивала потерю его губ, когда они покинули ее. Она открыла глаза, поняв, что за все время ее касались только две части его тела. Его рот и ладони на ее лице, когда она ожидала и хотела почувствовать его твердое, мускулистое тело, прижимающее ее к холодильнику. Тот факт, что он не воспользовался ситуацией, свидетельствовал о впечатляющей сдержанности этого мужчины.

— Бл *ть, — выдохнул он, такой же ошеломленный, как и она.

Саре удалось негромко рассмеяться.

— Да, этого стоило подождать.

— Тебя стоило подождать. — Он провел большими пальцами по ее горячим и раскрасневшимся от поцелуя щекам. — Кстати, ты сегодня прекрасно выглядишь.

Сара знала, что она не была классической красавицей, но искренний комплимент в сочетании с обожающим взглядом заставили ее поверить в это. Но только на сегодняшний вечер.

— Спасибо.

— У меня в холодильнике есть бутылка вина, — сказал он с улыбкой и, к ее разочарованию, отпустил ее. — Хочешь стаканчик, пока я готовлю ужин?

Ах, вино. Еще одна роскошь, от которой она не собиралась отказываться.

— Звучит здорово.

Она отодвинулась, чтобы он мог достать из холодильника Шардоне, и восхитилась его задницей в мягких, потертых джинсах — в основном, его упругой задницей, когда он низко наклонился, чтобы достать бутылку с нижней полки.

— Что в меню?

— Цыпленок карбонара. — Леви достал из буфета обычный стакан, прежде чем пристально посмотреть на нее. — Не говори мне, что ты одна из тех женщин, которые питаются только салатами.

Сара засмеялась.

— О, боже, нет. Я люблю пасту.

— Хорошо. — По-видимому, удовлетворенный ее ответом, он налил половину стакана Шардоне и подал ей. — Извини, у меня нет бокалов для вина.

— Этот прекрасно подойдет. — Она отпила прохладный, освежающий, приятный на вкус напиток, наблюдая, как Леви закупорил бутылку и поставил ее обратно в холодильник. — Ты не будешь?

Он покачал головой, начав доставать из холодильника различные ингредиенты для ужина, и расставляя их возле плиты.

— Нет. Я не пью.

Она не хотела мешать ему готовить, поэтому прислонилась к гранитной стойке по другую сторону плиты от того места, где он работал.

— Вино или алкоголь в принципе? — с любопытством спросила она, когда он вытащил из шкафа кастрюлю со стеклянной крышкой и сковородку и поставил их на конфорки.

— Любой алкоголь.

Он говорил об этом так деловито, но, вспоминая его отказ от рецепта на обезболивающие, она подозревала, что он умалчивает гораздо больше о спиртных напитках и лекарствах.

— Этому есть какая-то причина? — спросила она, искренне желая узнать больше. — Тебе не нравится вкус, или ты страдал таким сильным похмельем, что вообще отказались от алкоголя? — поддразнила она.

На мгновение Леви остановился и взглянул на нее, в его глазах отразился намек на боль, подсказавший ей, что для него это эмоциональная проблема.

— Я никогда не употреблял алкоголь, — признался он обманчиво ровным тоном. — Но в детстве достаточно повидал алкоголя и наркотиков, чтобы понять, что это не то, что мне бы хотелось или нравилось. Они мешают человеку мыслить ясно и логически, или нормально функционировать, а отсутствие контроля — это совершенно не мое.

Сара не могла не задаться вопросом: что из увиденного в детстве заставило его, будучи сейчас мужчиной, пойти на такие крайние меры. Не говоря уже об очередном тонком намеке на проблему с контролем. Не в оскорбительной или агрессивной форме, но он просто дал понять, что для него важно всегда проявлять сдержанность эмоционально, умственно и физически.

Почему