Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова

– А сама чего не сядешь? – глянул он на меня, нахмурив брови, сам подвинулся чутка и кивнул на край лавки. – Поешь со мной, худенькая, бледная вся. Небось у тебя и маковой росинки с утра не побывало.

Сглатываю. Чего-то я не подумала об этом совсем. И вроде не голодна вовсе.

– Да я потом.

Отмахнуться не прокатило. Ивар свëл сурово кустистые брови на переносице.

– Сейчас, Тая, – припечатал. – Работа не убежит, вон ты какая тонкая березка, того и гляди ветер унесет.

Обезоружил. Аж под ложечкой засосало червячком от тоски. Хорош же мужик.

Махнула глуповато ресницами, но покорно двинулась к чугунку, зачерпнула половник и себе в миску наваристой похлёбки. Хмыкнула. И правда не ела ведь ещё с рассвета, с пробуждением Ивара и его схваткой с Топтышей задалось весёленькое утро.

Аккуратно села напротив мужчины, за ложку взялась. Встретилась с его напряжённым взглядом, вздохнула.

И чего он теперь не ест? Смотрит давяще на меня, на мою «тарелку» деревянную, продолжает хмуриться.

– Что не так? – выпалила, не выдержав первой.

Вместо ответа Ивар молча соскреб с куриной ножки в своей миске приличный кусок мяса и под мой озадаченный взгляд переложил его мне.

– Больше так не делай. Раз мне положила мясо, то и себя не смей обделять, – отчитал тихо, властно. – Ешь.

Гм, ничего себе командный тон. Ишь, хозяин выискался! Но ворчала я про себя, пробуя бульон ложкой, за ней скрывая так и просящуюся на губы улыбку.

Так-то я по обычаю только на себя готовила вот и пустила в суп лишь одно куриное бедро. Я и положила целиком его Ивару, ему после ранения нужнее просто. А то, что он заметил да ещё и поделился своим куском со мной, снова приятно удивило.

Будто мы жена и муж…

Так. Снова мысли не в ту степь ускакали. Дальше ели в молчании. А я подумывала, где бы ему рубаху достать, чтобы скрыть великолепие стальных мышц.

Чтобы не отсвечивал и от дел меня не отвлекал. Тестостерон ходячий.

– Значит свадьбы не было? – уточнила с надеждой, как в мисках наших опустело. И выдохнула с облегчением, когда Ивар отрицательно качнул головой.

– Не успели мы сыграть. В поход срочно Ярослав позвал, но ты поцеловала на прощание и обещалась ждать…

Ивар попытался улыбнуться, но боль исказила его лицо.

– Тогда почему ты меня женой назвал сначала, а не невестой? – зачем-то спросила. Беду на свою голову накликала.

– Ты стала мне женой, – отозвался невозмутимо воевода, прожигая меня исподлобья потемневшим взглядом, от которого меня в жар кинуло. – За день до ухода мы разделили ложе.

Контрольный выстрел в голову.

Я вытаращила на него глаза и поперхнулась куском пирога, не в то горло попал. Закашлялась, схватила ополовиненную кружку с компотом и залпом осушила.

Ивар внимательно следил за моей реакцией. А она была, ещё и какая!

Так мы с ним оказывается того… переспать успели?!! Тьфу! То есть не я, а Тая.

Глава 6

Может и хорошо, что я ничего не помнила о Иваре…

Иначе как бы ему в глаза смотрела?

Все последующие дни я и не смотрела. Это в глаза только, а вот на него самого исподтишка то и дело поглядывала, пока княжий воевода приводил в должный вид хижину. И ремонт замыслил отнюдь не «косметический», а «капитальный».

Сперва я пыталась ругать твердолобого мужчину: не окреп как следует после ран, а уже принялся таскать тяжести.

Да кто бы меня слушал!

Упёрся рогом и всё тут, я и махнула на него рукой – пусть творит, что считает нужным. Благодарить так меня за исцеление собрался, всё сетовал, что дом этот не выстоит во время суровой зимы.

Спорить с очевидным я не стала, мне-то только польза, но я переживала за Ивара, ведь он совсем недавно с постели поднялся, рана глубокая в боку от стрелы едва затянуться успела, и яд из крови уйти.

К слову, очень быстрая у воеводы регенерация. Удивительно, но факт!

Обычный человек не то что скорее бы помер, так и провалялся бы на ложе несколько седмиц, а он уже на третьи сутки брёвна стал рубить и ворочать!

Поутру третьего дня Ивар сходил в Соколиный предел – княжество, в которое я угодила, там переговорил в княжеском тереме с Ярославом и после полудня вернулся, за топор взялся.

В рубахе воротился да добро с собой притащил: рабочие инструменты и мешок крупы с яствами.

Мы с ним ни о чëм не условились. И я думала он с наступлением ночи уйдёт за околицу в княжество обратно в собственный дом, но ошиблась.

– В сенях мне стели, – велел мне, когда я всë же вышла к нему на улицу после заката солнца, глаза к земле опустив.

Тяжело стало выдерживать его пронзительные взгляды, полные тоски.

– Дома меня никто не ждёт, сестру родную перед походом на варяг я замуж пристроил. А в свете последних событий, – Ивар тонко намекнул о том, в каком состоянии я его нашла с Топтышей у границы реки. – Приглядывать сам за тобой буду. Больше некому.

И здесь прав оказался. Некому. Мишка не в счёт.

Что с ним приключилось, воевода так мне и не рассказал. Однако, чуяла я нависшую над Соколиным пределом угрозу.

Лишь немногое я вызнала от сельчан: слышали кумушки о новом указе князя Ярослава – границы земель укрепить, дозорных расставить, чтобы ни одна муха незамеченной не пролетела.

Ярмарка ведь скоро. Купцы и торгаши разные съедутся, люд поглядеть на диковинные товары.

А с ними может проникнуть в княжество кто угодно из врагов…

Будь то остатки разбитых варягов или завистливые соседи.

Меж тем я хлопотала по хозяйству, стараясь не попадаться Ивару под руку, он с усердием принялся за работу.

Его сильные руки, привыкшие к мечу и щиту, теперь умело управлялись с плотницким инструментом. День за днём он преображал ветхую лачугу.

Сначала занялся крышей. Старые доски заменил на новые, аккуратно уложил их, затем покрыл свежей соломой и просмолил, чтобы ни одна капля дождя не проникла внутрь.

Щели между бревенчатым срубом тщательно замазал глиной с сухой травой. Скобы в двери забил обратно, делая дом теплее и уютнее.

И колодец, который давно нуждался в починке, заблестел свежей водой