Помоги тебя забыть - Ольга Тимофеева

но я ловлю ее глаза, в которых отражается свет от ночных фонарей. – Ты мне нравишься, Ракушка. И я не вижу какой–то несовместимости. Поспорить могу, что если захочу тебя поцеловать, то ты не оттолкнешь.

Ветер треплет локоны, которые выбились из хвоста и касаются ее щеки. Я кладу большой палец на щеку и одним движением убираю волоски.

– Ого, какая волна, – Юджи заглядывает мне через плечо, – точно много ракушек найдем, – выскальзывает из моих рук, и, стянув вьетнамки, убегает в сторону пляжа.

Смешная такая. И необычная. И я с ней непонятно что делаю. Неделю уже хожу без секса и жду непонятно чего. И вопрос с ее возрастом так и не решен. Вот она соберется и пропадет завтра. Улетит в свою Канаду, а я даже не узнаю, как она целуется, когда она хочет этого.

Я отдаю ей фонарик и иду молча позади, давая ей замерзнуть. Чтобы потом согреть. Классика от Мэтта.

– Не хочу тебя разочаровывать, но вряд ли ты сможешь найти что–то. За ними нырять надо и искать на глубине.

– Дети же нашли днем, и я найду. – Рассчищает уже лениво ногой ракушечник. – Мэтт, а ты тут живешь постоянно?

– Нет, тут мы живем только летом. В основном я с сестрой, родители приезжают на выходные. Когда начинается учеба, возвращаемся в Чарльстон.

– Это правда была твоя сестра?

– Да, Нэйти. Я уже говорил. – Я перевожу взгляд с нее на небо и усмехаюсь. – Звезда упала. Я успел загадать желание. – Я как в детстве хочу, чтобы сегодня она меня поцеловала. И не чтобы я ее заставлял, а чтобы сама этого хотела. Заодно и проверим, как быстро падающие звезды исполняют желания.

– Какое? – С интересом разворачивается и смотрит на меня.

– Секрет, а то не сбудется. Но если исполнится, то я тебе скажу, что загадал.

– Если еще одну видишь, загадай, чтобы я нашла ракушку.

– Еще не потеряла надежду ее найти?

– Похоже, действительно ночью ничего не найти. Может рано утром прийти?

– Рано утром я точно буду спать, Ракушка, это без меня. Ты меня и несколькими будильниками не поднимешь.

– И что, если бы надо было меня спасти, ты бы не поднялся?

Оу, это сейчас легкий флирт или мне кажется…

– Если ты свободная девушка и идешь одна гулять, то должна понимать, что за тебя может никто и не заступиться. Если бы ты была моей, то ты бы в это время спала в моих объятиях, прижавшись спиной к моей груди, а попкой... ну, в общем, я бы тебя никуда не отпустил в пять утра.

Сложно понять ее выражение лица от моих слов, но она резко разворачивается к воде и меняет тему разговора.

– Небо сегодня красивое. Звезды хорошо видны.

А я улыбаюсь, потому что смутил ее. Она хотела пофлиртовать, но сдалась после первой же попытки. Хотя я не прочь был бы продолжить.

Романтик восьмидесятого уровня просыпается во мне. И я делаю к ней шаг. Оказываюсь за спиной. Усмехаюсь сам себе, что не хочу ее сейчас раздеть и трахнуть. Зато хочется нежности с ней. Бля, я уже не просто спаниель, а возрастной спаниель. Но лапами чую, это то, что ей надо. Ключ к ней. Она не та, кого можно бокалом мартини или букетом цветов затащить в постель.

Губами осторожно касаюсь кожи на шее. Слышу, как часто дышит, но не уходит. Обнимаю ее со спины, согревая в руках. Продолжаю оставлять поцелуи на коже, поднимаюсь к ушку и провожу кончиком языка по мочке. Пока расслабляю ее и отвлекаю, разворачиваю к себе.

Часто дышит мне в губы. Опускает веки и замирает неподвижной статуей.

Накрываю ее губы своими, мягко целуя. Отвечает. Не отталкивает. Не отворачивается. Наоборот, кладет руки мне на пояс, стесняясь запустить под толстовку. Углубляю наш поцелуй и беру лицо в руки. Щечки такие прохладные, что хочется их согреть.

Ракушка становится смелее и обнимает руками меня за шею, как будто я могу испариться.

Руки скользят ей на талию и сжимают кожу. Дьявол, как хочу ее. Хочу узнать, как стонет, как выгибается навстречу, как кончает, как выглядит без одежды.

Я запускаю руку под пояс шорт и останавливаюсь, когда в заднем кармане ее шорт вибрирует телефон. Ракушка резко отрывается, как будто просыпается от кошмара, и отступает назад. Достает телефон и отвечает подруге.

Ты сдалась, Ракушка. Попала в мои руки. В голову.

Отворачивается и тихо извиняется, что не предупредила, куда ушла. Врет, что ушла одна. Юджи что и от подруги скрывает то, что встречается со мной. Если бы было все равно, так почему не рассказать про меня.

Наблюдаю со стороны за ней. Такая маленькая, что многому хочется ее научить. И раскрыть ее.

– Пойдем назад, поздно уже. Все равно ничего не найдем. – Зову с собой, когда заканчивает разговор. Она кивает и, быстро развернувшись, направляется к отелю.

Смотрю ей в спину и улыбаюсь. Она решила от меня сбежать. Боже, с какой планеты она свалилась на меня?

– Ракушка, подожди, – окликаю и ускоряюсь. Ныряю пальцами сквозь ее пальчиков и крепко сжимаю. – Мое желание, кстати, сбылось, Ракушка. – Довольно ставлю ее в известность. Надеюсь, она догадается про что я.

– Мэтт, ты же понимаешь, что это не серьезно?

– Если нам нравится целоваться, почему бы не делать это? Какая разница серьезно или нет? Тебе вот нравится мороженое и ты его ешь, не задумываясь серьезно у тебя с ним или нет.

Я обгоняю ее и преграждаю путь. Ладони кладу на талию, притягивая к себе. Так близко, что чувствую низом живота, как она меня возбуждает. И я не хочу ждать чего–то и вести глупые разговоры. Втягиваю ее нижнюю губу, сладкую и нежную, как пироженку. Заставляю ее своим языком отключить весь здравый смысл и отдаться мне.

Я целую ее, но не могу не улыбнуться в это время. Какая она… Гибкая, худенькая, маленькая, соблазнительная. Ступень «поцелуй» покорена. Осталось добраться до ее обнаженного тела. А потом затащить в постель.

– Ты чего дрожишь, холодно? – Чувствую кончиками пальцев под ее блузкой и, не дожидаясь ответа, стягиваю худи и одеваю на Ракушку. Кожу сразу обдает прохладный бриз и я понимаю, что план по ее согреванию сработал точно.

– Держи, согрейся. И ночью лучше одеваться