Помоги тебя забыть - Ольга Тимофеева

– Мэтт, пожалуйста, – она закатывает глаза и вздыхает.

– Ты такая классная в своей этой скромности и невинности. Даже не представляешь. – Пока заговаривал ей зубы, незаметно добрался до Ракушки. – Посмотри на меня. – Беру ее за подбородок и поворачиваю к себе.

– Не буду. – Она вырывается и увеличивает расстояние между нами. – Я не могу от твоей прямолинейности. Ты вообще не думаешь о том, что можешь кого–то поставить в неловкое положение своими вопросами.

– Я ставлю тебя в неловкое положение? Пока еще, если честно, вообще тебя ни в какое положение не поставил, но не теряю надежду на это. – Ухмыляюсь и снова замечаю, как начинают краснеть ее ушки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Ты невыносим. Я не зря говорила, что мы несовместимы. Мы вообще разные.

– Не начинай даже. Эта твоя фраза просто меня вымораживает. В это я не верю.

– Ты можешь верить, можешь не верить, но есть вещи, на которые ты не можешь повлиять.

Договорить мне не дает Райт и Камилла, что приехали за нами. А Ракушка не придумывает ничего лучше, чем оттолкнуть от матраса и поплыть к подруге и занять место за Райтом. Ладно.

Я может и поторопился. Но мне казалось, что ей понравится. Бля, ну не могло не понравится. Ну не мог я ошибиться, что она какая–нибудь фригидная и ничего не чувствует.

Как только оказываемся на берегу, Ракушка сбегает к контейнеру, где, скорее всего, лежат ее вещи. Благо успеваю задержать ее там и закрыть на замок нас внутри.

С ней, похоже, только так и можно. Чтобы темно и больше никого, кроме нас.

– И зачем ты это сделал?

Слышу в темноте ее голос, но молчу. Бесшумно иду в сторону Юджи и вытягиваю руки вперед, опуская ладони как раз на ее талию. Ракушка дергается в моих руках, но сбежать не пытается.

– Извини, я больше так не буду, пока сама не захочешь. – Опускаю губы на ее шею и веду к подбородку. Ловлю сдержанный стон. Ох, Ракушка. Знала бы как хочу ее. Вот тут прям раздеть и взять. Рука скользит на живот, сжимая кожу и вверх. Очень хочется коснуться хотя бы ее груди, но я уже и этого боюсь, поэтому провожу просто пальцами под одной из них, едва наживая на кожу.

Я видел, что они у нее небольшие, но сейчас для меня это не важно. Какая бы она не была, но она настоящая. Я ищу ее губы, но она уворачивается и останавливает меня. Просит отпустить, но я подхватываю под бедра и усаживаю на стол.

Влажную дорожку оставляю на шее и ищу губы. Она что–то еще шепчет, пытаясь сопротивляться, а я снова веду под грудью, но уже сильнее нажимая пальцем. Вроде можно и я впиваю в губы, одновременно сжимая ее грудь.

Пиздец. Я как сейчас отсюда со стояком таким выйду, когда она стонет мне в губы и, обхватив мои бедра сильнее, прижимается ко мне. Блять. Обещал же не трогать, а она сама не понимает, что хочет этого.

– Ты обнимал ее, – выдыхает в темноту, опуская руки мне на плечи.

– Кого ее? – Прикусываю губу и слегка втягиваю.

– Камиллу.

Я отстраняюсь и бегу ее лицо в руки. Пусть тут темнота и она меня не видит, но я хочу, чтобы смотрела вперед.

– Если бы ты не сбежала, то я обнимал бы тебя. Потому что иначе твоя подруга улетела бы в океан с этого матраса. Знаешь, как там подкидывает. С твоей стороны было не по–дружески ее так подставлять. Там действительно сложно удержаться, когда тебя тянет на прицепе гидроскутер, и я знал, что мне придется держать нас двоих. Но ты решила, что лучше в этом понимаешь. И ты, между прочим, тоже прижималась к Райту, так что мне теперь с ним сделать? Ты, Юджиния, видишь только то, что вокруг, а на то, как ведешь себя сама, не обращаешь внимания.

– Тут душно. – Она отталкивает меня и снова активирует всю свою оборону.

– Ага, и кислород скоро закончится. Так что давай быстрее обнимай меня, целуй и выходим, чтобы все на пляже не начали делать ставки, что мы тут делаем. И на подругу свою не злись, поняла?

– Поняла.

– Ракушка, – я близко, но не касаюсь ее. – Не уходи, побудь со мной на пляже. Мне нравится, когда ты рядом.

– Ты только мне говоришь то, что тебе вздумается, или всем?

– Я всегда говорю то, что думаю. Зато не вру.

– Иногда твои слова и вопросы некорректны.

– Ты про девственность? – Она молчит и я понимаю, что она даже слово это не произнесет вслух. Бля, как мы о сексе говорить будем? Кекс, бифштекс, рефлекс…– Мы обсуждали это с тобой наедине, я никак не опорочил твою честь в глазах других. И в этом нет ничего такого, зато теперь я понимаю, почему ты так волнуешься, когда я рядом.

– Я не волнуюсь.

– Волнуешься, стоит только чуть ближе к тебе подойти, – и я упираюсь эрегированным членом в ее бедро, – ты волнуешь сильнее океана во время шторма. Но я не говорю, что это плохо. Мне наоборот нравится твоя застенчивость и невинность. Так ты останешься со мной на пляже?

– В качестве кого?

Ох, девушки, так нужны статусы и определения.

– Девушка–подружка. Я тебя выпущу, если останешься.

– Окей. – Передразнивает меня и тянет за футболку к себе.

Я не знал точно, чего ждал, когда просил ее остаться, но вот это ее недомогание после обеда было как раз тем, чему я обрадовался. В глубине своей порочной души. Но вида не подал.

Предложение пойти ко мне и полечить ее вырвалось само, хотя в медицине ноль. О всех моих болезнях больше знает наш семейный врач. На крайний случай придется вызвать его.

Несмотря на то, что Юджи себя плохо чувствует, это не мешает ей раскрыть ротик и округлить глаза, когда она видит, где я живу.

– Это твой дом?

– Ты так спрашиваешь, будто думала, что я живу в фургоне?

– Не в фургоне, но, работая в прокате гидроскутеров и досок для серфинга, не думаю, что зарабатывают на такой дом.

Я усмехаюсь, представляя, что на