Связанные кровью - Ребекка Сайдлер

чаще всего нервные, с вечно голодным взглядом. Базовая компенсация, установленная Эстерли, достаточно высока, чтобы отсечь вампиров моложе ста лет – если только они не были богаты и титулованы еще до обращения.

– Кхм-кхм, – кто-то прочищает горло рядом.

Он то ли улыбается, то ли скалится – я не уверена.

– Да? – спрашиваю я, аккуратно улыбаясь.

– Вы Дюбуа.

Это вопрос? Или утверждение? Он хочет, чтобы я подтвердила? Вместо ответа я просто улыбаюсь. Он наклоняется ближе, вдыхая мой запах. Зрачки расширяются – он первый, кто подошел достаточно близко, чтобы почувствовать мою группу крови.

– Ваш брат сильно подпортил вашу репутацию.

Я широко улыбаюсь и не выдерживаю:

– Мой сводный брат. Только отец у нас общий.

– И все же… – Он потирает подбородок. – Все же Дюбуа. – Его губы растягиваются в широкой ухмылке. – Вместе мы могли бы вершить великие дела.

Теперь он действительно привлек мое внимание. В возрасте, но не древний. Дорогой костюм, кольцо на мизинце, аккуратная прическа, легкий, едва уловимый акцент. Я стараюсь не смотреть ему в глаза, чтобы не запомниться. Судя по точеным чертам лица, он, скорее всего, красив. А отсутствие перешептываний в саду подтверждает: он не из пяти монархов, значит, не герцог. Но то, как у меня поднимаются волосы на затылке, говорит само за себя – он пришел не ухаживать. Он смотрит на меня как на инструмент, а не на партнера. Если я выберу его, убить его будет непросто. И уж точно не получится сделать это тихо.

Я молчу, считая секунды до того момента, когда кто-нибудь из персонала наконец уведет его. Возможно, это самые долгие пятнадцать минут в моей жизни. В нем есть что-то неправильное, и все внутри меня требует – беги. Я стискиваю челюсти, заставляя себя сохранять спокойствие. В его возрасте он вполне может улавливать эмоции. Интересно, возможно ли, что с годами он развил вампирскую способность? Хотя такие таланты встречаются крайне редко – обычно они даны лишь представителям королевской крови или древнейшим из вампиров. Тем, кто уже перестал быть охотником. Природа и магия даровали им дополнительное преимущество, чтобы удержаться на вершине пищевой цепи.

У Леандра таких способностей нет. Он надеется, что они придут со временем. Как и дурная слава, которой он так жаждет. Он так и не рассказал мне, насколько силен его герцог.

Таймер звенит, призывая незнакомца уйти, но он не двигается. Подходит сотрудник и кланяется. Хотя у моего столика и нет очереди, правила есть правила. Вампир с презрением фыркает на бедного сотрудника.

– Я вернусь, – подмигивает вампир. – Увидимся.

Я молюсь, чтобы судьба была милостивой.

Глава 8

Лиам

Из зеркала заднего вида на меня смотрят холодные глаза. Монстр живет во мне – или я сам и есть монстр? За сотни лет, что я существую в этом мире, ответа у меня так и не появилось. Надеюсь, мне удастся найти кого-то, чье общество не будет в тягость.

Я протягиваю руку, в последний раз поправляя галстук на Моргане.

– Будешь мне должен отпуск. И прибавку.

Передаю ему наушник, и он ловко прячет его за волосами.

– На заметку: это плохая идея.

– Принято к сведению, – шепчу я, надевая второй наушник. – Раз, раз, раз-два-три.

Он показывает мне «о'кей».

– Последний шанс передумать, ваша светлость.

Я качаю головой:

– Иди. Ты и так уже опоздал по всем правилам светского этикета. – Я протягиваю ему маленький лавандовый мешочек из шелка. – Отдай его тому, на кого я укажу.

Морган кивает, убирая мешочек в карман.

– Что-нибудь еще?

– Развлекись от души.

– Минимум месяц оплачиваемого отпуска. Хочу домик у озера.

Прищурившись, Морган усмехается, открывает дверь и оставляет меня в одиночестве внутри моего винтажного «фантома»[2], окруженного кавалькадой. В каждой машине находится по одному вампиру, а другие сопровождают Моргана и Амриту в саду.

– Давайте покончим с этим кошмаром, – ворчу я, когда они скрываются из виду.

Телефон вибрирует, и, заметив имя, я тут же отвечаю:

– Слушаю.

– Вы добрались благополучно? – доносится запыхавшийся голос Мелонроуз.

Я вздыхаю, скрещивая руки:

– Ты опять тащишь тяжести по лестнице? У нас же есть молоденькие вампиры для этого.

Она смеется:

– Я так предсказуема? Просто не хотелось лишать вас подчиненных, если вдруг они не доберутся до Масонри в целости.

Масонри – мое роскошнейшее имение, где мы все остановимся после Корталли. Символ моей власти. Я пока не настолько доверяю своей потенциальной партнерше, чтобы привести ее домой. Да и сначала ее нужно будет представить Двору.

– Как хочешь, – усмехаюсь. – Увидимся вечером.

– Удачи, – с улыбкой говорит она. – Она вам пригодится, ваша светлость.

Я отключаюсь и наблюдаю, как мимо проезжают машины, замедляя ход в надежде что-то разглядеть за тонированными стеклами. Пробки. Город просыпается, готовясь к воскресному веселью. Я бы с радостью влился в поток, пропустил пару бокалов, сходил на концерт… Но у меня есть обязанности перед моими вампирами и землями. Я должен сохранить мир, чего бы это ни стоило.

Бывают дни, когда я мечтаю избавиться от своей дурной славы. Я бы не отказался прогуляться по саду. Немногие помнят, но именно я пожертвовал средства на строительство Лифленда и лично следил за большей частью работ.

Я откидываюсь на спинку кресла, закрываю глаза и включаю наушник.

В ухе тут же раздается визгливый голос – голова начинает болеть мгновенно. Мартин, глава агентства, уже успел заметить мою свиту:

– Я так рад вас видеть! Но где же его светлость?

– Очевидно, не здесь, – отзывается Морган.

Я почти слышу, как он закатывает глаза.

– Но вы… вы как его представители?

– Мы представляем Двор, – спокойно отвечает Амрита. – Мы справимся сами, благодарим.

Я усмехаюсь, жалея, что не могу видеть выражение лица Мартина, когда они проходят мимо растерянного владельца агентства.

– Жалко, что ты не видишь, как на нас смотрят, – бормочет Морган. – Мы направляемся к павильону. Тому самому, который ты проектировал и который теперь служит концертной площадкой под открытым небом.

Музыка и цветы. Я обожаю, когда соединяются две мои любимые вещи.

Резкий вдох Моргана – знак: что-то пошло не так.

– Ли… – шипит он. – Фрэнсис здесь. Глава 9

Фаррен

Несколько смелых вампиров сидят за моим столом, но ни один из них не выглядит достаточно состоятельным, чтобы выплатить отцу обещанную двойную компенсацию. Меня бросает в холодный пот. Я вытираю лоб шелковым платочком.

Даже несмотря на то, что ткань костюма тонкая, под коленями скапливается влага. Я беру стоящий передо мной стакан и делаю глоток прохладной воды. Забавно.

В конце концов, не важно, чем платят компенсацию –