Его тигриный мяу - Тина Тандава

фантазии, как это со стороны! Но при этом внизу всё отзывалось и просило ещё. Вошла во вкус? Правильно меня Мария Захаровна проституткой называла – вон как меня попёрло-то! А мы ж только начали! И писька мужская толстая скользит туда-сюда, мягко массируя краями головки внутренности и деликатно стучась дырочкой уретры в «дверку», куда кончать. Хотя там уже и так накончано, что вытекает! В жизни бы не подумала, что вот эти мужские скромные яички могут произвести столько спермы и не скукожится после этого в отрицательное значение! Половой гигант, ёпта!

«Оп, кажется, получилось! – проговорил в голове Тигролев. – Кошечка, давай, мы почти у цели. Ты, главное, держись за меня и оставайся незаметной. Походу, они решили нас вдвоём отпустить. Вот это удача! – И радостно прибавил: – Я бы их уволил за такое!»

Раздался лязг, и дверь, к которой мы почти добрались, поехала вверх. «Так, давай, обхвати меня, тут ступенька, чтобы ты не свалилась». Я послушно сжала ноги на его пояснице и напрягла руки, обвивающие мужскую шею, а мой спаситель чуть поспешнее, чем до этого, полез боком в дверь, рыча, шипя и плюясь, будто отпугивал врагов, посягнувших на его территорию. Барсук какой-то! Меня трахает большой рыжий барсук-оборотень! А что? Барсуки тоже полосатые. А павианы нет.

«Хосподе, какой же ты у меня неказистый!» – подумала я, когда мой герой заполз со мной в клетку, и решётка опустилась вниз. Судя по голосу конферансье и гулу с трибун, представление объявили оконченным, и зрители расходились.

«О-ой, вот щас, вот щас!» – раздался в мыслях жалобный голос парня, и он внезапно стал сильней двигаться и через пару секунд уже искренне застонал и кончил, мощно выбрасывая в меня очередную струю спермы. Затих, надрывно дыша и судорожно вжимаясь, а затем сказал мысленно: «Прости, кошечка, не удержался. Это у нас теперь следующая проблема будет. После той что сейчас. Давай-ка, держись ещё».

«Боги, какие ещё проблемы?!» – хотелось простонать мне, но я промолчала, взявшись за него, а Тигролев уже встав на четвереньки, проворно пополз прочь, туда, где, по идее была стена, но я быстро поняла, что не сразу заметила ход в ней. Клетка была неполной, а всего лишь служила преддверием квадратного низкого коридора, эдаким загоном для тигра. И теперь мы направлялись… куда? Получается, в гримёрку главного артиста?

«Артиста, который так и не удосужился из меня свой трахальник бесстыжий достать!» А внутри, пока я висла на нём как детёныш коалы, бултыхалась его сперма, которой он на меня за этот вечер наспускал столько, что если собрать всю вместе, можно было бы залить её в водяной пистолетик и выколоть струёй кому-нибудь глаз. Шоколадный. Мне.

И вдруг как-то так заинтересованно сжался сфинктер, что я точно решила – Мария Захаровна зрит в корень!

12. Тяжёлый сон (Hot!)

12. Тяжёлый сон (Hot!)

В целом, я уже признала, что парень мне приятен. Как минимум, он – самое приятное, что случилось со мной за этот вечер. Даже чуть-чуть приятней чая с пирожком. Пирожок был так себе – несвежий. Зато мужик наоборот! Сочный, горячий, как влажная мечта школьницы. Рельефный, сильный и грозный! Харизма разве что подкачала, но тут не до харизмы – ноги бы унести! Что мы и делали весьма проворно. Вернее, делал Тигролев, а я висела и думала, сказать уже, что он мне хуем щёлку мою потайную заткнул и выткнуть забыл, или ещё рано? Или мы не закончили? А мужики вообще могут прямстолько раз за ночь?! А мой? Уникальный в своём роде. А если он трахаль-террорист, и теперь член не будет вынимать вообще? Разве что только на пописать?

Вот вообще мне не понравилось то, как среагировал на эти мысли мой живот. Томно так обхватил внутренностями письку мужика, будто также, как мой зверь до этого, говорил, что теперь эта писька наша, хозяйская, и никому мы её не отдадим. Пусть лежит, потёки последние выжимает до капельки! И грудь при движениях так приятно сосочками трётся о его все эти напряжённые рельефные мышцы, пахнущие свежим по́том. Нет, определённо мой организм решил, что это теперь наш мужик, он нам нравится и допуск к нашему королевскому телу открыт. Впрочем, меня так-то никто не спрашивал, но из возмутительной эта идея становилась больше какой-то волнующей, будто и неплохо так-то вышло.

Прикинула, что бы было, если бы на месте моего рыжика был тот пузан и передёрнулась. Не, точно не в насилии дело! Значит, не извращенка, а по-настоящему парень понравился. Наконец-то! Хоть кто-то нормальный! Относительно.

Тигролев, который чапал на четвереньках по низкому квадратному коридору, выгнул шею и по-дебильному завопил. Затем располосовал лицо идиотской улыбкой и засмеялся, как умеют только придурки и школьники в период полового созревания. Похоже, мы пришли, и тут кто-то есть. Я отклонилась и попыталась рассмотреть слабо освещённое небольшое помещение с ведром и кучей тряпок на полу – никого. Мой дебил хохочет просто так. Видимо, потому что дебил. И, судя по всему, снова трахаться хочет.

– Да сколько ж можно?! – простонала я, когда он доковылял до какого-то матраса, плюхнулся прямо со мной на него, придавив телом, и стал снова наяривать, звучно и мокро хлюпая в промежности предыдущей спермой.

– А-а-а… – тихо дрожащим голосом простонал он. – Прости, не могу, ай… Нет-нет… Сейчас… Ох, кошечка, как же я тебя ебать просто как сучку хочу, о-о-ох!

Он навалился плечами сильнее, будто пригвоздил меня к матрасу, приподнял бёдра и стал размашисто опускать их, гладко и широко играя членом по моей вульве, будто смычком водил туда-сюда. Только вот музыка получалась так себе – будто баб Нюра бельё в тазу стирает. Но вместо воды и тряпок хлюпали мои собственные половые губки, в которые втискивался мокрый, перевитый венами фаллос, покрытый эластичной кожей, которая складками собиралась у основания, где мокрые курчавые волоски холодом дразнили промежность и стыдливо прятали скромные, но героические яички, производящие такое количество семени, что за голову схватиться хочется!

Я зажмурилась и попыталась абстрагироваться. И тут же застонала, понимая, что, ёпта, мне нравится! И хочется ещё! И ещё, и снова, и побольше, и чтобы ёб безжалостно, не выпуская!..

– А-а-ах! – застонала я и внезапно сжалась вокруг него, напрягая все мышцы тела и мечтая, чтобы он делал это со мной просто бесконечно! Засучила ногами, выгнулась, а следом потеряла связь с реальностью и стала неистово сокращаться,