Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть - Анна и Валентина Верещагины

Плюс ко всему, почему на голове у меня должен быть золотой венец и черная вуаль, скрывающая лицо? Бред какой-то, но да ладно. Потерплю часочек и уйду с торжества, незаметно растворившись в тени.

Пенелопа так увлеченно окунулась в подготовку, что, видимо, совсем позабыла обо мне, либо она намеренно игнорирует меня. Даже зная, что я могла бы посодействовать с подбором наряда, решила побыть обиженной.

Ну, Карлос! Если мои отношения с Пенелопой испортятся ещё больше, я загрызу тебя собственными зубами!

Спустя какой-то час беготня прекратилась, и со стороны главного дворца гарема я заметила приближающуюся к нашим стенам группу людей. Заблаговременно до их появления спустилась во внутренний дворик и направилась к себе в покои.

Служанки быстро подправили мой макияж и, набросив огромный полупрозрачный черный платок на голову, зафиксировали поверх венец.

− Мисс, вы такая красавица! − почти рыдая, заявила Мия. − Вас не узнать!

− Леди, вы выглядите потрясающе в этом образе!

Пока девушки нахваливали мой внешний вид, я забеспокоилась.

− Как бы не затмить нашу принцессу… − само собой вырвалось из меня, но ведь это правда.

И тут сникли все.

Я выглянула в окно. В десятках метрах от моих открытых окон располагались окна Пенелопы, но рассмотреть происходящее внутри не удалось.

− Пора.

Высунувшаяся в дверном проеме Глория, кивнув, устремила взгляд к появившимся на пороге нашей общей обители дворцовым евнухам.

Ряженые в чудные одежды мужчины все как на подбор были высокими и смазливыми. Даже не вериться, что евнухи.

− Эх... − угрюмо выдохнула я, провожая их взглядом. − Какое расточительство.

− Что вы имеете в виду, мисс?

Глянула на наивную Мию и пожала плечами.

− Ничего. Они явились для сопровождения, ведь так?

− Да, − подошла ближе ко мне Роза с опущенными глазами, продолжила говорить. − Сейчас они проводят принцессу Пенелопу и её фрейлин в главный дворец. Поэтому вам следует покинуть комнату.

Деваться было некуда... Подойдя ближе к кучкующимся евнухам и служанкам, я остановилась, когда из покоев выпорхнула Пенелопа.

Девушка поистине сияла.

Её доходящие до пояса золотые локоны струились словно золотой шелк. Лазурные шелка переливались пурпуром, когда та ступала по ступенькам.

Платье кардинально отличалось от тех, что она носила в Акросе и от тех, что создавала для неё я. Оно было полностью закрытым. Шея, плечи, руки, спина... Всё было скрыто под слоями тканей, что, как в японских кимоно, накладывались друг на друга.

Первый слой был белым и скрывал её руки, шею, грудь и живот, далее её тело словно обвязали изумрудными лентами. Эти ленты тянулись по рукам и плечам, подчеркивали область под грудью и крестом ложились на животе, обозначая тонкую талию, и далее фиксировались последним лазурным слоем. Словно водопадом юбки струились вниз и тянулись за Пенелопой длинным шлейфом.

Украшениями служил поясок-цепочка, усыпанный бриллиантами, и его так называемый «хвост» раздваивался и теми же цепями крепился на девичьих запястьях элегантными браслетами. Уже чуть позже я заметила, что ещё одна цепочка тянулась от пояса до женской шеи и формировала замысловатое украшение в виде замаскированного ошейника.

− Какое изысканное извращение...

Тихо бубнила я себе под нос, но на мой голос, как некстати, отреагировал один из евнухов. Он лишь немного повернул голову и взглянул на меня с высоты своего роста. В свою очередь я сделала вид, что ничего не говорила, продолжала смотреть на приближающуюся к нам принцессу.

На голове у девушки был венок из живых цветов, но вот основа его была из золота.

Видимо, на отлитую форму крепились живые цветы и фиксировались лентами того же цвета, что платье. К тому самому «полу живому» венку крепился белый, прозрачный платок, и при необходимости им можно скрыть лицо, а сейчас он ниспадал по девичьей спине.

Даже у меня перехватило дыхание от такой красоты. Сложно признаться, но мне немного завидно принцессе. А если быть точнее, моя зависть обращена к дизайнеру сего произведения. Сопернический дух противненько так скребется внутри моей груди, но это не значит, что я не восхищаюсь создателем этого великолепия.

− Позвольте вас проводить, Жэде, − обратился один из провожатых евнухов к Пенелопе. Видимо, самый главный. − Прием скоро начнется, поэтому стоит поспешить, ведь если Повелитель прибудет раньше вас, то ворота закроют, и предстать перед его глазами будучи опоздавшими...

− Я поняла, − коротко ответила она и властно взглянула на нас, своих фрейлин. − Вы хорошо выглядите, леди. Постарайтесь не опозорить моё высочество и держитесь достойно.

Прозвучало так, будто мы все идем не веселиться, а на войну. Хотя... так оно и есть.

− Да, Ваше Высочество, − хором ответили мы и присели в идеальных реверансах Акроса.

− Не забывайте, что вы Акросийки. Вы представляете мою честь и честь ваших семей. Вас выбрали и доверили честь быть фрейлиной не просто так. Вы самые доверенные лица и те, кто достоен сопровождать меня.

− Мы не подведем, Ваше Высочество, − ответила Тори.

− Положитесь на нас! − синхронно восклицали сестры Таян. − Мы не запятнаем честь жемчужины короны Акроса!

Отмолчаться было бы слишком вопиюще, поэтому я просто кивнула и снова присела в почтенном реверансе, коротко сказав: «Я оправдаю ваше доверие».

Затем всё закрутилось, будто водоворот.

Нас вывели из гарема и повели вдоль главной территории дворца. Затем я услышала музыку. Она лилась из главного дворца.

Его наполнение меня не просто шокировало, а почти сшибло.

Куполообразный потолок вмещал в себя более десяти стрельчатых окон с витражными стеклами, что заливали пространство светом разных оттенков и цветов. Тонко расписанные колонны затягивались тянущимися к потолку розами, что росли прямо из маленьких клумб. Само помещение было сконструировано так, что из зала была возможность беспрепятственно попасть в сад через архитектурные арки. Огороженная территория сада с фонтанами, беседками из живых растений, качели и даже декоративный бассейн с живыми рыбами и водными цветами являлась чем-то невероятным для моего восприятия реальности.

Складывалось ощущение, что зал и сад едины. Они будто продолжение друг друга, ведь внутри зала росли растения, а в саду было много дорожек, удобств для отдыха и огромных подушек.

Наполнением этого чудного места были, естественно, женщины, но также присутствовали евнухи, и даже охрана бродила неподалеку.

Ступив на порог, Пенелопу окружили сестры Карлоса, а в отдельной части зала, ближе к аркам, сидели их матери и их приближенные. Они молча стреляли взглядами в нас и