После развода. Дойти до края - Марина Безрукова

Я отвернулась и осторожно потянула на себя разноцветную неразбериху из джинсов, футболок, свитшотов и кофт. Из шкафа пахнуло застарелым потом вперемешку со сладкими духами. Следов купальника или какой-либо спортивной одежды не было видно.

Что же делать? Придется, наверное, ждать Катю. А она будет психовать и нервничать, что опаздывает.

Руки сами собой включились в работу. Мозг устал пухнуть от переживаний и мыслей и отдал приказ заняться чем-то простым, но действенным. Я и сама не заметила, как отвлеклась.

Через полчаса на полках образовалось подобие порядка. Гора вещей, предназначенных в стирку, всё увеличивалась. Время от времени мне попадались футболки или юбки, которые я не узнавала. Может быть, Катя сама заказывала их на маркетплейсе? А деньги давал отец. Он ее балует.

Я как раз отыскала пакет с купальником, который к моему удивлению, оказался чистым. Видимо, Катя его давно не надевала. Встряхнула, чтобы аккуратно сложить, и в это мгновение что-то тяжелое и твердое упало мне под ноги. Я наклонилась и подняла пластмассовую коробочку с наконечником. От нее сильно пахло клубникой.

Ничего не понимая, я повертела находку в руках. Так это же вейп! – осенило меня через минуту. Катя что, курит?! Ей же нельзя! Она спортсменка и ей только пятнадцать!

Продолжая сжимать коробочку, я опустилась на кровать. Час от часу не легче! Нужно немедленно с Катей поговорить. Сегодня же!

И посоветоваться с Таней. Может, она аккуратно порасспрашивает Леру и станет ясно, эксперимент это или уже серьезно.

Разгородив на столе пространство, я поставила вейп в самый центр. Пусть Катя сразу увидит, когда вернется. Поправила стопку тетрадок. Мое внимание привлекла одна из них. Страницы ее были чуть смяты, на обложке наклейки с сердцами и единорогами.

Я несмело открыла на первом попавшемся месте.

«Сегодня мы с Матвеем ходили в нашу старую костюмерную в студии. Там такой вайб! Я нарядилась цыганкой. Гадала ему по руке. Сделали несколько рилсов. Запилили на страничку. Лайков море…»

Щеки опалило краской. Я захлопнула тетрадку. Дальше читать не стала. По всей видимости, это дневник. Осторожно, как будто держала мину, я положила тетрадь на то же место. Зацепилась кончиками пальцев за наклейку и липкое место рядом, где картинка оторвалась.

Я еще раз внимательно посмотрела на тетрадь. А может, почитав, удастся выяснить, чем еще балуется моя дочь на досуге? Качнула головой: нет. Читать дневники и чужие письма не по мне. Это как подглядывать в замочную скважину. Мне даже думать об этом неприятно, словно предлагают окунуться в чан с помоями. Личное пространство ведь должно быть не только у взрослого, но и у ребенка.

Я, например, никогда не выкидывала веточки, камушки, палочки, что притаскивала с прогулки Женька. Катя таким не промышляла. Ей всегда были интересны только яркие и дорогие игрушки. Придумать игру с тем, что попало под руку, она не могла. Или не хотела.

Женя росла, когда я не могла много позволить. Игрушек у нее было мало, одежда часто из секонд-хенда, добротная, финская, но… не новая. А Катя с пеленок ни в чем не знала отказа. Особенно от родителей Ромы. Единственная их внучка – свет в оконце.

Даже, когда были у нас трудные времена, на Кате это в плане игрушек никак не сказывалось. Но и надоевшие ей куклы я не выбрасывала без спроса. Уважала личное пространство.

– Ну и дура, - сказала мне однажды Таня, когда мы затронули эту тему. – Какое еще личное пространство? Моя однажды ляпнула что-то похожее. Знаешь, что я ей ответила? Пока на моей шее сидит и в моей квартире живет, всё пространство моё! И дневник бы ее я читала. Если бы она его вела. Я как-то перерыла всю комнату, не нашла. Да, они же сейчас не пишут. Только в телефонах сидят.

Забрав пакет с купальником, я вышла из комнаты и плотно прикрыла дверь. До вечера у меня еще есть время подумать, как лучше завести разговор о вреде курения. Прописные истины, от которых любой подросток закатывает глаза в потолок и нацепляет маску снисходительной усталости на лицо.

Раньше я могла позвать на помощь Рому. Правда, даже когда он подтверждал перед Катей мои мысли, выдавая их за наши общие, меня не оставляло ощущение, что делает он это для галочки. И Катя это знает, поэтому подыгрывает отцу.

«Через пять минут будем», - всплыло сообщение на экране. – «Катя поднимется».

«Не надо», - быстро набрала я ответ. – «Я сама спущусь».

Мне ужасно захотелось на свежий воздух. Заодно и до аптеки дойду. Быстро влезла в джинсы, накинула ветровку и собрала волосы в хвост. На мгновение задержалась у зеркала. Попробовала расправить плечи, но сразу же отвернулась. Взгляд побитой собаки выдавал меня с головой, сколько ни распрямляй спину.

В лифте встретила соседку. Золотистый ретривер деликатно подвинулся, впуская меня. Карие глаза смотрели так участливо, что захотелось опуститься рядом и поведать всю свою печальную историю. Он бы слушал, шумно вздыхал, а потом лизнул бы меня в лицо. И я бы улыбнулась. Жаль, нет у меня такого понимающего друга.

– Это Дарик, - сказала соседка.

– Привет, Дарик, - тихонько поздоровалась я.

Никогда не видела их раньше. Может быть, недавно переехали?

Вести светскую беседу мне было некогда, поэтому, выйдя на улицу, мы разошлись в разные стороны. На свободном пятачке у нашего дома уже ждал Танин «фольксваген». Я заторопилась, а Таня открыла дверь и выбралась из салона.

Слабый ветерок закрутил ярко-красную юбку вокруг ног, заиграл тонкой тканью, оттеняя белые кроссовки.

Глава 13

Глава 13

Юлия

– Ну, давай! Чего ты?

Таня вытянула руку и нетерпеливо шевельнула пальцами. Я заставила себя передвинуть ноги. Движения получались вязкими, будто по пояс увязла в трясине. Еще чуть-чуть, и она, булькнув, проглотит меня с головой. Перед глазами нестерпимо рябило. Красная юбка развевалась победным флагом.

Я отдала пакет. Наши пальцы на мгновение встретились, и меня прошило током. Я собралась с духом и посмотрела Тане в лицо. Она встретила мой взгляд спокойно, чуть улыбнулась и заправила выпавшую прядь волос за ухо. В серо-зеленых глазах не было ничего похожего на страх или смущение. Только мечтательность, столь свойственная беременным.

Ветерок бросил играться с юбкой и переключился на белую свободную маечку. Обтянул ее вокруг живота, будто хотел похвалиться - вот что тут есть!

– Тетя Юля, здравствуйте! –