Магия уюта - Дина Зарубина

– Мои меня боятся, – вздохнула Венди. – Я ощущаю вкус мыслей. У них такие прокисшие, неприятные эмоции! И куча разбегающихся намерений, будто клубок мышей с длинными запутавшимися хвостами.

– Мне было бы очень обидно, если бы мой сын или брат хотели избавиться от моей привязанности, – возразила я. – Как же семейная поддержка, защита?

Я сразу поняла, что сказала что-то не то, потому что все дружно скривились. Ну да, наверное, они чувствуют себя невероятно одинокими, понимая скрытые мотивы и эмоции членов семьи. Вряд ли их сильно любили в семьях. Обычного ребенка можно отвлечь, переключить, а этот-то видит все родительские обманы и ухищрения, и режет правду в лицо. Несправедливо! Они же не виноваты, что родились с таким даром.

– У вас тяжесть на душе, – до моей руки дотронулся Дунстан, будущий целитель душ, как он важно представился.

– Да. Мне тоже одиноко в этом городе, – не стала запираться я. – На работе не все ладится. Дома что-то случилось неясное, и я не могу понять, что. Еще скучаю по своим подругам. Не могу забыть бывшего парня и выгнать его из моей головы. Он мешает мне быть свободной и замечать других мужчин.

– Разве можно столько чувствовать одновременно? – возмутился Лемиан. – Это же деконструктивно! Чрезмерная нагрузка на ментальные рецепторы!

– Для женщин это нормальный диапазон! – накинулась на него Лайса. – Они всегда так много чувствуют! Я вижу многоцветный клубок, преимущественно серо-сиреневый, с синеватыми прожилками. Это грусть и тоска, обреченность и безнадежность.

– Они неприятно горчат, – чуть поморщилась Венди, кивнув.

– Простите, я больше не буду грустить, я и сама так уже решила, оставить прошлое в прошлом.

– Очень интересно! – кивнул молчаливый и самый старший в группе Аймар. – Мы очень благодарны донье за беседу, нам не часто выпадает пообщаться с человеком, который нас не боится. Это очень полезно для развития дара.

– Мне тоже было интересно. Знаете, что? Приходите ко мне в гости. Я живу на улице Победоносной армии, шесть. Голубой домик. Я умею вкусно готовить и могу побаловать вас сладкими пирогами. Вам дают в школе сладкие пироги? А цукаты и мармелад?

Все без исключения облизнулись. Дети же!

– Мы придем, если наставник разрешит, донья Ирма, – поклонился Аймар.

Не знаю, почему я не назвала фамилию и не спросила о брате, вопрос висел на кончике языка. Чего проще спросить? Казалось бы, такая отличная возможность все узнать из первых рук! Ан нет, не спросила. Смолчала. Поосторожничала. Почему? Не знаю. Но маги, не прислушивающиеся к своей интуиции, долго не живут.

Уж как я себя корила, упрекала и стыдила за трусость! Но не смогла.

Зато с удивлением обнаружила пропажу кошелька, блокнота и карандашей. Нет даже мелочи на извозчика. Ой-ой-ой, это десять кварталов идти пешком! Под разноцветными фонариками, но среди пьяной, сытой и веселой толпы!

Совершенно не помнила, вроде бы складывала все вещи в сумку. А если нет?

Помялась на крыльце библиотеки и решила вернуться. Может, библиотекарь одолжит мне пару медяшек на извозчика?

– А-а-а, донья! – обрадовался старичок библиотекарь. – Забирайте ваше добро!

На стойке лежали мой блокнот, карандаш, расческа, платок и кошелек.

– Да как же я так все оставила? – Недоумевала я, обозревая кучку вещей.

– Вы детей видели? – библиотекарь понизил голос. – Некоторые и не видят вовсе. Школьники тренируются. Отвод глаз, отвлечение внимания, ложная память… м-да. – Он пожевал губами. – Я всегда в каморке запираюсь, когда они приходят. Не хочу в себя придти посреди площади без штанов.

– И такое может быть?! – Обидно было – словами не передать! Аж в груди запекло! Я с ними, как с людьми говорила, а они… упражнялись!

– Не огорчайтесь, донья! Это они шутили. Забавлялись. Вы им понравились! – убежденно закивал старичок, подвигая ко мне блокнот. – Все имущество в целости? Конфетку съешьте, вот. После ментального воздействия всегда кушать хочется и голова болит.

Осталось только поблагодарить доброго дона, сгрести свое добро в сумку и снова выйти на ночную улицу. Непроглядная темнота, душная влажность, смех и музыка, это берсебская ночь. С вездесущим запахом перца.

Одинокий рикша со своей тележкой дремал, опустив голову на скрещенные руки.

– Любезный! – тронула его за плечо. – Улица Победоносной армии, шесть.

– Да, донья, вас и жду, – кивнул он и потер ладонями лицо.

– Ждете? – я буквально шарахнулась.

– Заказали встретить донью из библиотеки, – рикша помотал головой и огляделся. – Так-то я на вокзальной площади стою обычно… задремал, должно быть, от усталости. Поехали?

Паршивцы! Вот паршивцы же! Вещи стащили, но зато рикшу убедили подождать меня здесь. Так бы пришлось до площади идти по узкому извилистому переулку. Ладно, не стану сердиться. Позаботились.

Однако понятно, почему люди шарахаются, а такие, как донна Кенард, откровенно боятся. Амулет от ментальной магии стоит очень дорого, вряд ли его тут можно свободно купить. Вот подделки да, тазами можно считать, и люди берут.

Саймон Мун Дарри такой амулет не осилит, больше чем уверена. Я – другое дело, три года, считай, у магистра Ямбира помогала, такое знаю, что вообще в академический курс не входит, только в очень узкие и специальные курсы для лицензированных мастеров-артефаторов. Архимаг Ямбир для военных работает, для разведки, для таких ведомств, про которые выпускницы-бытовички и знать не знают.

Ну, держись, мелочь пузатая, посмотрим, кто кого! Я потерла руки в предвкушении интересной работы.

Выходной наступил с птичьим гвалтом.

Птицам ужасно нравились плоды цветущей лианы, оплетающей веранду, поэтому рассвет, нормальное время птичьего завтрака, встретил меня резкими переливчатыми воплями.

– В суп вас, – проворчала я, натягивая на ухо подушку. Не помогло. Казалось, наглые пернатые делят крупные коричневые ягоды прямо в спальне. Пришлось разлеплять глаза и вставать.

Чашечка кофе, хрустящий поджаренный хлеб с творожным сыром, завернутый в лист салата, и я готова к подвигам! Мне дон Габриэль подъемные в среду выдал, тридцать далеров. Я почему так ужаснулась пропаже кошелька: потому что не выложила часть своих богатств, не перепрятала в другое, потайное место! А ведь пришила, пришила кармашек к панталонам, и в платье тоже есть… Дурочка. Не ожидала нападения в библиотеке от детей.

Так, волосы в высокий узел, газовый шарф, прикрыть плечи и голову, и на улицу. Такой влажной жары еще нет, даже