Воительница: Под охотничьей Луной - Мелани Карсак

мой сын, Херварт. Мы пришли из Грунда. Мы слышали, что здесь неспокойно. Давным-давно ваш сын, Ангантюр, спас мне жизнь. Я пришла, чтобы вернуть долг его отцу. Мой щит и мой меч — ваши, как и меч моего сына.

— Ангантюр, — повторил Арнгрим, и его голос приобрел мечтательный оттенок. Краем глаза я заметила, что он смотрит куда-то вдаль, и попыталась исподлобья изучить его лицо.

Его глаза.

Его глаза были того же оттенка янтаря, что и мои.

Старый ярл вздохнул и повернулся к своему советнику.

— Что скажешь, Утр? Можно им доверять?

— Можно доверять воде, но она расколет камень, когда замерзнет. Плющ расколет здание. Кто скажет точно, кому можно доверять? Даже легкий ветерок может превратиться в бурю.

Арнгрим вздохнул.

— Больше сути, меньше лирики.

— Этот — лжец, — сказал Утр, указывая на меня. — Но я вижу, что в нем спит волк. А эта красавица — медведица. Злая, рычащая. Я слышу, как она урчит внутри нее. И услышу ещё отчётливее, если она позволит мне положить голову на ее нежную грудь, — сказал он, и повернулся, словно действительно хотел положить свою голову на грудь Ирсы.

Проворно развернувшись, Ирса подставила ногу и повалила его на землю.

Стоявшие рядом с Арнгримом воительница Хелла и Рагаль выхватили оружие.

— Тише-тише! — встряла я, вскидывая руки. — Моя мама просто не любит, когда кто-то слишком навязчив без приглашения, вот и все.

Рагаль и воительница переглянулись.

Арнгрим жестом велел им не вмешиваться и рассмеялся.

— Тебе никогда не завоевать ее сердце таким способом, Утр, — сказал он советнику.

Сидя на полу, Утр ухмылялся, восхищенно разглядывая Ирсу.

— Сердце я, может, и не завоюю, но поцелуй точно украду.

Ирса закатила глаза.

Странный субъект.

Сидевший рядом со мной волк лизнул мне руку. Я нежно потрепала его в ответ.

Арнгрим наблюдал за нами, прищурив глаза.

— Похоже, ты нравишься Рёку, мальчик, — сказал мне Арнгрим. — И хотя я доверяю твоим словам, Утр, Рёк лучше разбирается в характере, чем ветте. — Арнгрим снова обратился к Ирсе. — Значит, ты сражалась с моими сыновьями?

— Да, ярл.

Его взгляд переместился с Ирсы на меня, и он долго не отводил глаз.

— Прекрасно. Вы желанные гости на Больмсё, и я принимаю вашу службу в уплату долга. Боги свидетели, нам пригодятся все воины, которых они сочтут нужным привести, — произнес он, глядя на Рагаля, и тот согласно кивнул.

Ирса поклонилась Арнгриму и жестом велела мне сделать то же самое.

— Ярл, — почтительно произнесла она.

— Ярл, — повторила я. Но стоило мне наклониться, как мой взгляд оказался на одном уровне с взглядом волка. Существо пристально посмотрело на меня, и только тогда я осознала, что у волка тоже глаза янтарного цвета. Нос зверя дернулся.

Он знал. Знал, что во мне течет кровь Арнгрима.

— Тсс, — прошептала я, молясь Одину, чтобы он сохранил мой секрет еще немного.

Волк чихнул, обрызгав меня слюной, и отвернулся.

Утр и ярл рассмеялись.

Вздохнув, я вытерла мокрые щеки.

— Пейте, Ирса и Херварт, и будьте желанными гостями, — провозгласил Арнгрим.

Кивнув, мы с Ирсой повернулись и направились обратно в толпу. Уходя, я оглянулась через плечо на Утра. Он постучал двумя пальцами по своим щекам чуть ниже глаз, затем указал на меня, и на его лице появилась лукавая ухмылка.

— Похоже, боги на нашей стороне, — тихо проговорила Ирса.

— Пока да, но я не понимаю этого странного человека… Утра.

Ирса хмыкнула.

— Он безумен. Не обращай на него внимания.

— А кто такой ветте?

Ирса подозвала одну из рабынь, которая протянула нам обеим кружки с элем.

— Ветте — дух природы, существо, обитающее в особых местах, например, у родников, на фермах или в лесах.

Я развернулась и уставилась на мужчину, который сейчас катался по помосту, играя с волком.

— Значит, Арнгрим утверждает, что этот человек…

— Он сумасшедший. Творение Локи. Не думай о нем.

Я кивнула и оглядела комнату. И сразу заметила знакомую фигуру.

— Кстати, о Локи.

С озорным выражением лица к нам направлялась Эйдис. Что-то подсказывало мне, что она и ее бог снова затеяли бурную деятельность.

Локи. Не доведи нас до беды.

В ответ у меня в голове раздался заливистый смех.

Глава 11

— Ну что? — поинтересовалась Эйдис. — Теперь ты часть семьи?

Я нахмурилась.

— Неужели ты думаешь, что я завоюю уважение такого человека, просто притащив его меч?

— Конечно, нет. К счастью для тебя, назревает война. И Херварт сможет проявить себя.

— Это пророчество или шутка? — уточнила я.

Эйдис пожала плечами.

— Как знать…

Я покачала головой.

— Где ты была? — спросила Ирса.

— Обеспечивала нам ночлег, пока вы двое пили эль и отдыхали у огня.

— И где мы будем ночевать? — поинтересовалась я.

— Идемте, — сказала Эйдис, приглашая нас следовать за ней.

Мы развернулись, чтобы выйти из зала, и я бросила взгляд на деда. Он внимательно слушал своих людей, сосредоточенно кивая. Он выглядел величественно. Неужели соперники решили сместить его только потому, что он уже стар и у него нет сыновей?

Нет. Я им не позволю.

Возможно, они пришли за его жизнью, за его землями, но скоро они встретят того, кто будет стоять на страже.

Почувствовав на себе мой взгляд, Арнгрим поднял голову.

Я быстро отвернулась и отправилась вслед за Ирсой и Эйдис из зала.

Не волнуйся, дедушка. Я рядом.

Эйдис повела нас к зданию, которое приметила, когда мы входили в деревню. Приблизившись, я посмотрела на идолов, стоящих у здания. Волки. У одного на лбу было вырезано солнце, у другого — луна.

— Сколль и Хати. Сыны Фенрира, что гоняются за солнцем и луной. Волки — сигилы твоего рода, — сказала она мне. — А это их храм.

Я протянула руку и коснулась носа одного из вырезанных волков. Мой отец бывал здесь. Он видел эту резьбу. Он приходил в этот храм. Если бы он был жив, я бы выросла здесь. Это был бы мой дом. Моя мать была бы любима. И я была бы любима. Почему боги забрали у меня отца?

Костяные колокольчики, висевшие на бесплодном дереве возле храма, щелкали на ветру. Я посмотрела назад, в сторону деревни. Начался легкий снегопад. Крупные снежинки медленно опускались вниз, укрывая землю белым покрывалом.

Эйдис распахнула массивные резные деревянные двери храма. Оттуда веяло теплом. Мы вошли в слабо освещенное помещение, где в воздухе витали благовония. В передней части комнаты находилась еще одна резьба. На этот раз это был Один. Всеотец стоял с воронами на плечах, у его ног лежали его любимцы — волки Гери и Фреки.

Спустя