Сердце стаи - Мариана Запата

– Произошло то же самое? – Генри большим пальцем провел линию от моей костяшки к ногтю.

Я кивнула, чувствуя себя тупицей из-за того, что вела себя так, хотя со мной все было в порядке. С Данканом все было в порядке. С Генри все было в порядке. Ведь это главное. Я здесь, в безопасности, и, кем бы ни являлся этот человек, он не был Фредди Крюгером[22] и он вроде бы не желал навредить мне.

Он просто… искал кого-то.

Возможно, вероятно, меня.

При этой мысли мне пришлось поджать губы.

Через секунду я сказала:

– Угу, похоже на тот же голос, что и раньше.

Я перевернула руку и просунула ее под его ладонь, потрясенная и очень даже осознающая, что этот мужчина был всего лишь в пижамных брюках и в нескольких сантиметрах от меня. С каждым разом, когда я видела его грудь, она становилась все лучше и лучше: покрытая кремовым загаром и темными волосками, на которых я была бы не прочь сосредоточиться, не посещай меня кое-кто во сне.

Вот этого я не хотела. Я больше не была ребенком, который отличался от окружения и которому требовалось отождествлять себя с кем-нибудь. Мне определенно не нужно, чтобы кто-то рыскал тут, подрывая мои шансы остаться на ранчо.

Я зажмурилась и с трудом сглотнула.

– Прости, Пушок.

Нежное прикосновение к моему подбородку заставило меня посмотреть на него. Все намеки на его непроницаемое лицо исчезли. Он выглядел… обеспокоенным.

– За что ты извиняешься?

Я повесила голову, и мой лоб скользнул по обнаженной коже его плеча, идеально вписавшись в углубление в нем.

– За то, что тебя разбудили, и, возможно, по моей вине. Я знаю, что ты вернулся домой поздно. Тебе нужно выспаться.

Так случилось, что я как раз стояла в коридоре у окна, с тяжелым Данканом на руках, и мы совали нос не в свои дела. Генри вернулся домой на час позже обычного. Когда мы гуляли с Агнес и Данканом, я заметила, что маленькая девочка сидела и почти выжидающе смотрела на автостоянку.

И по правде говоря, она была не единственной, кому хотелось, чтобы он вернулся домой пораньше.

Я сжала губы, вновь подумав о том поцелуе, который не должен был так много значить для меня.

– Все хорошо. – Его пальцы скользнули от моей челюсти к загривку. – У Агнес раньше бывали кошмары, и она каждый раз под разным предлогом стучалась ко мне в дверь. – Я слышала, как он сделал глубокий вдох. – Все нормально.

Правда? Потому что я чувствовала себя иначе, просыпаясь посреди ночи и запыхавшись так, будто пробежала марафон. И все из-за того, кто влезал не только в мои, но и в чужие сны. Я не представляла, скольких человек. Кроме Агнес, никто не упоминал об этом, а мне не хотелось спрашивать и привлекать к себе внимание, на тот случай, если гномы были правы.

В груди Генри прокатилось глухое рычание. Я почувствовала его своим лбом.

– Ты снова пахнешь корицей. – Его мозолистые пальцы ласково помяли мою шею. – Тебе не о чем волноваться. – Я была готова поклясться, что он наклонился еще ближе. – Мы выясним, кто это делает, и я разберусь с ним.

Это заставило меня поднять голову. Он был в сантиметрах от меня, и я глянула на него из-под ресниц.

– Ты сделаешь это? – прошептала я.

Он кивнул головой так, словно это было обещание.

– Сделаю, – тихо подтвердил он.

Я напомнила себе, что он делал это не для того, чтобы защитить меня. Он поступил бы так ради любого. Я должна была помнить об этом. Уже в ближайшем будущем его поспешные попытки утешить меня должны были превратиться в воспоминания. Если подобное повторится, я проснусь в постели уже с каким-то другим мужчиной. Кто-то другой будет успокаивать меня.

Мне вдруг стало дурно.

Генри ни с того ни с сего нахмурился.

– Что?

Черт.

– Что? – Мой голос прозвучал выше, чем обычно.

– О чем ты только что подумала? Твой запах стал сильнее.

Он снова подловил меня.

– Просто… просто подумала о будущем, – попыталась я ответить расплывчато.

Он все понял и, как обычно, не собирался спускать мне это с рук.

– Почему ты лжешь?

Елки-палки.

– Я не хотела, но мне показалось, что так будет лучше, – честно ответила я. – Просто подумала о том, о чем не следовало, вот и все. – Даже я не поверила в эту брехню.

– О чем именно?

Я покачала головой.

И снова этот его полухмурый-полусердитый вид.

– Ты всех так достаешь, когда хочешь узнать то, о чем тебе не хотят рассказывать?

– Нет, – ответил он, внимательно глядя на меня. – О чем ты подумала?

Я снова покачала головой.

Он не собирался менять тему.

– Скажи.

– Я не хочу. – Я прикусила щеку. – В этом нет смысла, Пушок. Доверяй мне.

– Я доверяю тебе, поэтому и хочу, чтобы ты рассказала мне, что тебя так расстроило. – Его янтарные глаза перебегали с одного моего глаза к другому. – Доверься мне.

Я доверяла ему, черт побери.

Он говорил, что хочет знать, но я правда сомневалась, что он захочет этого после. Но он не отвел взгляд. Он просто сидел и касался меня так, будто не целовал, а потом вел себя, словно ничего не было. Сидел, а каждая черточка его тела настаивала на том, что он хотел искренности. Может, даже нуждался в ней.

Ну ладно.

Да будет так. Я пожала плечами.

– Я просто подумала о том, что если это повторится через несколько месяцев, то в постели, вероятно вроде этой, будет уже какой-то другой мужчина, который начнет успокаивать меня, и… От этого мне стало так противно на душе, Генри. Ты мой друг, и я понимаю, почему ты не хочешь чего-то большего. Я знаю, что не хочешь. Я пообещала себе, что больше никогда не буду упоминать об этом в разговоре с тобой, но… Но ты сильно нравишься мне, и я не собираюсь извиняться за это. – Я попыталась улыбнуться, но, даже не видя себя, знала, что улыбка вышла неубедительной. – Вот о чем я подумала, Ваше Волосатое Величество, раз уж Вам так хотелось знать.