Баллада о павших драконах - Сара А. Паркер

Ахви смеётся, как перезвон колокольчика.

— Ты не тупая. Просто это очень сложно. Я понимаю лишь благодаря песне внутри меня. Она помогает рунам обрести смысл в моей голове.

Мы с Кааном снова переглядываемся.

— Ла-а-адно, — произношу я, наблюдая, как Ахви размашисто размазывает мою кровь по земле, будто укрощает непокорный язык чарами. — Значит, ты дёргаешь за эту нить времени, а потом что?

Он выводит ещё три руны, затем замедляется, когда остаётся место лишь для одной. Начертив половину зловещего символа, он смотрит на меня, покусывая нижнюю губу.

Слишком похоже на нервный тик.

К тому времени, как он наконец набирается смелости заговорить, моё сердце уже пытается вырваться из груди.

— Эти руны создают клетку, которая на краткий миг изменяет ход времени. Поскольку ты стоишь внутри неё, ты… Ну…

— Я что, Ахви?

Его щёки заливает краска.

— Ты вернёшься в то состояние, в котором была за мгновение до создания привязки.

Я таращусь на него, уверенная, что неправильно поняла.

— Ты ведь не имеешь в виду…

— Физически. Да…

Моя кровь леденеет, а паника взмывает так резко и сильно, что под языком собирается слюна.

— Нет.

Не успеваю моргнуть, как уже опускаюсь на одно колено, хватаю Ахви за запястье и удерживаю его провинившуюся руку подальше, не позволяя закончить последнюю руну.

— Этого не будет.

— Но это единственный способ! — выпаливает он. — Я не предупредил тебя, потому что знал, что ты откажешься. Но ты должна это сделать, Рейв. Должна.

Он не понимает.

Когда я накапала кровь в тот флакон, я была почти мертва — именно это дало Серим нить, с помощью которой она спасла мне жизнь, и тем же уродливым ударом приковало меня к её воле.

Без привязки мой скелет вечно украшал бы этот туннель.

Если моё тело вернётся в состояние, в котором находилось до той капли, мне конец. Без нити кровной привязки, способной удержать меня на краю, пока меня исцеляют, эта пещера станет местом моего последнего упокоения.

Брови Ахви сходятся на переносице.

— Ещё как понимаю!

Я хмурюсь.

— Понимаешь что?

— Всё! — Свободной рукой он указывает на Книгу Пустоты, и осознание пронзает меня так сильно, что я опускаю на землю и второе колено.

Он собирается привязать меня к Книге Пустоты. К мифическому предмету, который, судя по всему, на протяжении многих фаз насмерть растерзывал людей.

Создатели, мне и правда пора начать задавать больше вопросов.

— Так, давайте остановимся на мгновение, — или на целую вечность, — и всё обдумаем.

— Всё получится, — с чрезмерным воодушевлением говорит Ахви. Будто пытается уговорить ребёнка выпить лекарство, прекрасно зная, что на вкус оно как дерьмо спангла. — Обещаю.

— Кто-нибудь окажет мне честь и объяснит, что здесь, нахрен, происходит? — цедит Каан, и в его голосе слышится дрожь. Будто ему достаточно одного сорвавшегося камешка, чтобы угодить под обвал.

Если честно, я чувствую себя так же.

Тревога заполняет грудь до отказа. И лишь усиливается, когда я поднимаю глаза и замечаю, что руки Каана дрожат. Наверное, поэтому он и скрестил их на груди. Пытается скрыть.

— Это… немного сложно объяснить.

— Попробуй.

Сказать ему, что меня вот-вот свяжут кровной привязкой со свирепой книгой, пожирающей фейри? Но сначала он увидит, как я превращаюсь в самую слабую и беззащитную версию себя?

Ничего на свете мне не хотелось меньше.

— Рейв боится, что ты увидишь её в таком уязвимом состоя…

Я зажимаю Ахви рот свободной рукой.

— Ах ты маленький предатель.

Полоса боли прорубает мою грудь. Будто Сериме только что вонзила клинок между рёбрами и протащила его вбок — прямо через моё проклятое Создателями сердце.

Сука.

Всё моё тело превращается в один оголённый нерв, скручиваясь от агонии тугим узлом, словно пронзённая копьём змея.

Пульс грохочет в ушах. Так сильно и быстро, что за яростным ТУМ-ТУМ — ТУМ-ТУМ — ТУМ-ТУМ я почти ничего не слышу. Но вижу, как шевелятся губы Каана, когда моё плечо ударяется о землю. Читаю слова, вырывающиеся из его рта, пока он приседает позади Ахви и помогает разжать мою судорожно стиснутую на запястье бедного мальчика руку.

— ДЕЛАЙ! СЕЙЧАС ЖЕ!

Я всё ещё скручена болью, когда Ахви смотрит на меня широко раскрытыми глазами, беззвучно произносит: «Мне так жаль», затем окунает палец в мою кровь и проводит по камню багровую черту.

Завершая последнюю руну.

Руны вспыхивают

Руны вспыхивают.

Я запускаю руки в волосы, и сердце разрывается при виде Рейв, залитой серебристым светом, который сочится из пробудившихся рун. Она скребёт грудь, словно пытается содрать кожу и вырвать из себя куски плоти.

Ахви отползает назад и обхватывает колени, его широко распахнутые глаза полны слёз. — Мне так жаль, — повторяет он, раскачиваясь и глядя на Рейв, скрученную на земле.

— Не твоя… вина, — выдавливает она между сотрясающими всё тело судорогами, и каждый рывок, пережитый со стиснутыми зубами, обрушивается мне на грудину бурей яростных молний.

Наконец её отпускает.

Тяжело дыша, она начинает распутывать узел из скрученных конечностей. — Считай свои… Деи, ты… змеюка сраная, — бормочет она, затем упирается ладонями в землю и поднимается. Вся мягкость сорвана с её лица, сменившись маской холодной, смертоносной ярости.

Она прочищает горло, стряхивает грязь с плаща, выпрямляется, расправляет плечи и щурится на кольцо рун, заливающих её лицо серебристым сиянием. — Не работает. — Она с хрустом наклоняет шею в одну сторону. Затем в другую. — Я ничего не чувствую.

— Почувствуешь…

Тихие слова Ахви эхом проносятся по туннелю, словно призрачный шёпот.

Пока мы ждём, мимо проползает напряжённая тишина.

Я слежу за каждым движением, отмечаю каждый взмах ресниц, каждое подрагивание губ, каждый вдох, но не замечаю ничего необычного, пока она скрещивает руки и постукивает ногой по земле.

Продолжая наблюдать за Рейв, я хмурюсь и поворачиваю голову к Ахви. — Ты уверен…

Дыхание Рейв обрывается. Она крепко зажмуривается и опускает подбородок к груди, а распущенные волосы скрывают почти всё её лицо.

Зарычав, она натягивает капюшон и резко разворачивается ко мне спиной. И хотя движение быстрое, что-то в её руках впивается в меня иглой. Будто это вовсе не её руки, а тонкие ветви, царапающие туман.

Скелетные.

Ахви встречается со мной взглядом. Всего на краткий миг, но этого достаточно, чтобы убедиться: я не схожу с ума.

Стиснув челюсти, я бросаюсь вперёд и обхожу Рейв, пытаясь снова заглянуть ей в глаза. Но с каждым моим шагом она поворачивается ещё немного, продолжая скрывать лицо.

— Рейв.

— Государь.

— Почему ты прячешься.

— Это не считается вопросом, если в конце твой голос не повышается, — отвечает она