Измена. Ты о нас (не) вспомнишь! - Анна Раф

– Всё, теперь можно садиться, – командует Виктор.

Я послушно делаю то, что он мне говорит. Внутри меня всё до сих пор дрожит и трясётся так сильно, что я физически ощущаю это. По щекам вновь текут слёзы.

Опустив взгляд на свои ладони, я замечаю ,насколько же сильный тремор у меня сейчас.

Чёрт…

Надо успокоиться, надо успокоиться! Моя паника и страх сейчас не помогут моей дочери! Не мне сейчас плохо, а моему ребёнку и ради сонечки я должна взять себя в руки и сделать всё возможное и невозможное для того, чтобы вернуть мою дочь!

Кажется, что виктор, который сел на место водителя, заметил моё состояние. Он так внимательно смотрит на меня, так проницательно и пронзительно, что от этого мне ещё хуже.

Как больно быть рядом с ним здесь и сейчас!

– Стефания, – мужчина мягко накрывает своей горячей ладонью мои холодные руки, – я обещаю, что мы их вернём. Я их верну. Ты мне веришь?

Поднимаю на бывшего глаза. В его взгляде – твёрдость решения, уверенность, сила, мужество и гнев. А я…

Слабая. Расплакалась, как последняя размазня.

– Верю… – едва слышно произношу я и делаю глубокий вдох.

Первые минут десять дороги до города проходят в полном молчании. Единственное, я позвонила в полицию Санкт-Петербурга, сообщила о краже детей и что их частным рейсом отправили в северную столицу. Дала ориентировки на свою дочь, а Виктор вкратце описал свою мерзавку-супругу и маленькую Юлю.

На том конце сообщили, что заявка принята и полиция сделает всё, что в её силах, но… Верится в это, почему-то, с трудом.

– Я такой идиот, – внезапно произносит Виктор, не отрывая глаз от дороги.

– Что? П-почему? – дрожащим голосом спрашиваю я.

– Потому что изо всех сил старался сохранить наш чёртов брак, хотя… После той аварии мы даже не жили вместе.

Кажется, сейчас у меня есть шанс попытаться разговорить его. Главное, выстраивать разговор умно, сделать всё, чтобы выведать как можно больше информации! Ведь она может быть так важна…

– Аварии? – делаю вид, что впервые о ней слышу. – Я… Не знала об этом.

– Четыре года назад я попал в автомобильную аварию. Сам не помню, как всё это произошло, но… В голове всё перемешалось. Я очнулся уже в больнице, не помня вообще ничего.

– Мне очень жаль, – тихо говорю я.

У меня внутри от этого всего сердце разбивается вдребезги. Так значит, он с ней не жил после аварии. Но… Но до аварии он сам признался, что у него был кто-то на стороне.

Эта женщина, эта тварь, укравшая мою дочь!

– Да. Я не особо долго проходил реабилитацию, всего около шести месяцев, и за всё время, пока я находился под присмотром врачей, моя жёнушка твердила лишь о том, что беспокоится за мой бизнес. Мол, лучше бы переписать его на неё, или на её отца. Мало ли…

– Но… Это ведь неправильно, – отвечаю я. – Неужели она не была всё это время возле вас?

– Нет. Она появлялась пару-тройку раз в месяц. Но потом появилась Юля… Я сомневался, что она моя, но… Сделал тест ДНК, и он показал стопроцентную вероятность отцовства. Проводил эту чёртову экспертизу в нескольких независимых лабораториях, но все они твердили одно и то же.

С ума сойти.

Пазл в моей голове начинает потихонечку складываться – всё гораздо сложнее, чем я думала.

Внезапно раздаётся телефонный звонок. Гляжу на экран мобильного, я вижу неопознанный номер.

– Алло, – неуверенно отвечаю я.

– Стефания? Это Волков. Моя жена сообщила о вашей проблеме, и я готов вам помочь. Жду вас через час в указанном месте. Отправлю его сообщением.

Не успеваю даже слово сказать, как звонок сам по себе обрывается.

– Кто звонил? – интересуется Виктор.

– Волков, – шепчу я.

– Волков? Откуда ты его знаешь?!

ГЛАВА 16

Стефания

Да уж… Не могла и подумать, что фамилия Волкова вызовет такой бурный интерес. Вероятно, Виктор тоже звонил ему.

– Знаю не конкретно его самого, а его жену. Мы с Лизой общались довольно хорошо. Самого Виктора Викторовича я видела всего пару раз. Давно.

– Странно, – хмурится мой бывший супруг.

– Что именно?

– Что я тоже помню Лизу, я видел её раза два или три. Странное совпадение, получается.

Прикусываю язык. Именно три раза мы вдвоём ходили к Волковым в гости и именно тогда Виктор и видел Лизу.

Всё становится ещё более странным и запутанным. Складывается такое чувство, что Виктор помнит абсолютно всё и всех, кроме меня…

– Мы точно не встречались раньше? – в очередной раз Виктор выбивает меня из колеи своим вопросом.

Чёрт… Я совсем не знаю, что сказать. Чувствую, что открыть ему правду сейчас – рано. Ни он, ни я к этому просто-напросто не готовы…

И я… Я боюсь его реакции! Я не знаю, как он себя поведёт, и это пугает меня больше всего.

Если Виктор попадал в аварию, которая повлекла потерю памяти, его воспоминания могли очень сильно измениться, всё могло перестроиться! И если отбросить всё лишнее, то в сухом остатке я боюсь лишь того, что он не станет помогать мне искать дочь.

Не станет искать Юлю…

А мне сейчас важна любая помощь. И в особенности, помощь Виктора…

– Думаю, что нет, не виделись, – натягиваю на губы лёгкую улыбку, хотя, учитывая, что моё лицо до сих пор выглядит очень опухшим от слёз и истерики, у меня получается не улыбка, а что-то лишь отдалённо похожее на неё.

– Я, почему-то, думаю иначе, – всё так же не отрывая сосредоточенного взгляда от трассы. – Не знаю, почему, но… Меня не покидает чувство, что я вас точно знал, причём очень хорошо.

– Не думаю, что это так, – тихо отвечаю я.

Почему-то, слушать эти слова мне тяжело. До безумия тяжело и больно, ведь после нашего расставания я так и не смогла никого полюбить. Даже спустя месяцы и годы я искала в лицах прохожих черты Виктора, потому что так и не смогла забыть свою первую и единственную любовь.

Каждый раз ругала себя за свою слабость и верность, которая стала, кажется, моим проклятьем. Каждый раз считала себя глупой дурочкой, которая в глубине души не переставала любить человека, предавшего в самый тяжёлый и страшный момент жизни.

Но сейчас я не могу себя узнать, потому что…

Не чувствую. Не чувствую практически ничего, кроме слабых отголосков давно забытого прошлого и приятных воспоминаний, которые Виктор оставил мне после себя.

Единственное, чего