Темный князь - Наталья Викторовна Косухина

Но когда в комнату внесли огромную деревянную лохань, от которой валил густой, манящий пар, я едва сдержалась, чтобы не запрыгнуть в нее с разбега. Это было единственное, настоящее спасение для моих промерзших до самого нутра костей. Быстро раздевшись, я с наслаждением погрузилась в почти обжигающую воду и закрыла глаза, ощущая, как тепло наконец-то начинает пробивать мою ледяную скорлупу.

В этот раз меня мыли и одевали служанки – очень непривычное, неприятное ощущение, но пришлось смириться. Мне уже стало понятно: самостоятельно хорошо промыть такую густую, длинную копну волос непривычными средствами, а потом еще и тщательно смыть – без помощи я бы точно не справилась. Вода сама собой, как на Земле, не лилась, и омовение требовало дополнительной, сложной возни.

Слуги же двигались молча, эффективно, их пальцы были ловкими, а лица – бесстрастными. Я чувствовала себя манекеном, дорогой куклой, которую готовят к очередному представлению.

Уже одетая и почти готовая к обеду, я отпустила духа в иной мир, проведя небольшой, тихий ритуал благодарности. Он сослужил свою службу и получил обещанную награду – глоток энергии и свободу. Напоследок его шепот, похожий на шорох сухих листьев, донес до меня весть: мой отец сейчас сидит в верхних покоях под усиленной охраной. Император, оказывается, «опасается за жизнь будущего родственника». Очень предусмотрительно и цинично.

С исчезновением духа знакомый холод немного отступил, но не до конца. Надо будет порыться в знаниях Аши поглубже и найти постоянную защиту от этой вечной внутренней стужи. Несомненно, чтобы выжить во дворце, мне понадобятся свои, невидимые глаза и уши. И лучше призраков кандидатов не найти. Но для этого нужны силы и умение защищаться, чтобы не замерзнуть насмерть при первом же серьезном вызове.

Вздохнув, я вышла из покоев и направилась за ожидавшим меня у дверей немым слугой – высоким, худым мужчиной с пустым взглядом. Императорская чета и наследник уже ожидали меня в небольшой, уютно обставленной столовой. Воздух был пропитан насыщенным ароматом мясных блюд, но было и что-то еще. Напряжение, ожидание…

Склонившись перед правителями в почтительном поклоне, я приняла приглашение сесть. Все трое разглядывали меня с откровенным, нескрываемым любопытством, словно диковинную зверушку, пока слуги расставляли блюда. Дело было явно не в моем наряде – я почти не обратила внимания, во что меня облачили, лишь отметив про себя мягкость и легкость дорогой шерсти. Слегка влажные после мытья волосы были рассыпаны по плечам, и я ловила себя на мысли, что сейчас мне куда больше нужен был бы простой шерстяной плащ, чем вся эта красота.

Зябко передернув плечами, я неожиданно поймала на себе пристальный, изучающий взгляд сидящего напротив мужчины. Его глаза, огненные и будто светящиеся изнутри, были прикованы ко мне. Означало ли это, что князь находит меня привлекательной? Опыта личных отношений с мужчинами в этой жизни и в этом обществе, у меня не было вообще, поэтому судить было сложно.

Императорская чета сидела по краям стола, создавая иллюзию уютного, почти семейного обеда, если не обращать внимание на давящее молчание, повисшее между нами.

Первое время мы просто ели, утоляя голод. Чтобы не нервничать, я сосредоточилась на еде – и должна была признать, что кормили во дворце превосходно. Даже в престижной гостинице в столице не могли сравниться, а уж обитель и подавно.

– По вкусу ли вам еда? – спросила наконец ее величество, начиная светскую беседу. Ее голос звучал ровно, но в глубине глаз я видела настороженность.

– Да, она прекрасна, – улыбнулась я, стараясь, чтобы улыбка не выглядела слишком натянутой.

Мужчины молчали, продолжая есть, но я все равно чувствовала их внимание.

– Вы уже практически моя дочь, могу я звать вас Ашей? – уточнила женщина, и в ее тоне я уловила насмешку.

Как будто я могу ей отказать.

– Конечно, – ответила вслух, продолжая сохранять вежливый тон.

– Аша, скажите откровенно, вы добровольно согласились на помолвку с моим сыном? – неожиданно, нетерпеливо спросила императрица. Его величество поморщился – он явно не одобрял прямолинейности супруги.

Мой же жених… был молчалив и невозмутим. Он вообще живой?

Я начала подбирать слова, не желая создать конфликтную ситуацию, а затем внутренне махнула на это рукой. Усталость, холод и общее напряжение взяли верх. Лучше нам сразу быть откровенными друг с другом, а то я окончательно чокнусь в этих стенах, если нужно будет вести двойную игру еще и с так называемой семьей.

– В общем, отец особенно не спрашивал моего мнения, – сказала я прямо, глядя ей в глаза.

Император резко кашлянул, подавившись куском мяса в соусе, императрица замерла, и ее пальцы судорожно сжали край скатерти. Князь все еще оставался невозмутим. В отличие от родителей, опустошавших кубки с крепленым напитком, он пил только воду. И что-то мне подсказывало, что автор книги была права: контроль над его опасным даром действительно висел на волоске.

Жених заметил мой пристальный взгляд, устремленный к его кубку, и в ответ я получила ироничный прищур. Следом мне задали закономерный вопрос, в котором звучало скорее любопытство, чем упрек:

– Почему моя дражайшая невеста не пьет хмельных напитков?

– Мне не нравится их вкус, – честно ответила я, пожимая плечами.

Уголки губ темного князя дрогнули и на мгновение сложились в едва уловимую, но однозначную улыбку. Это было быстрое, почти интимное мгновение, обнажившее истинные эмоции.

– Аша, вы поддерживаете заговорщиков? – внезапно, без предисловий, спросил император, и его голос прозвучал жестко и прямо.

А еще жену осуждал за прямолинейность.

Я в этот момент как раз ничего не ела, поэтому подавиться не могла, хотя возможность была великолепная. Я отвлеклась от глобальной проблемы, собравшей нас здесь, – меня начал интриговать мой будущий муж, забирая все внимание. Пожалуй, я стала ловить себя на мысли, что он мне… симпатичен. Это был тот смутный, первый интерес, когда вы смотрите на человека, еще даже не понимая, почему ваш взгляд то и дело возвращается к нему.

– Нет, – снова ответила я максимально честно и нейтрально. – Иначе на площади я повела бы себя иначе.

Таких прямых ответов от меня явно не ожидали. Видно было, что обед идет совсем не по тому сценарию, который наметила императорская чета.

– Полагаете, нас так легко свергнуть? – уточнил темный князь, и в его вопросе не было обиды, лишь неподдельное любопытство.

– Да, – сказала я, не смущаясь. – Поддержки знати у императорской семьи никогда не было, а сейчас они почувствовали вашу слабость. Народ колеблется. Если правящий дом окончательно впадет в немилость, начнется смута, и одна лишь верность армии тут не поможет.

– Вы очень