Измена. Ты старая и скучная - Лиза Шимай

Понятно. Дочка не стала любимицей и расстроилась. Сергей сильно её разбаловал и она привыкла получать все что хочет, неважно это новая кукла или внимание какого-то человека.

— Ну ты же не думала что вы будете жить большой и счастливой семьей? Без меня старой и скучной. Ей нужен твой отец, а дети и все остальное это суета и неинтересно. Тамаре сорок, у нее нет детей, как думаешь почему?

— Она не хочет?

— Не хочет. Ни чужих, ни своих. Так что ты не на той стороне дочка.

— Мам… я…

— Неважно.

Я оборачиваюсь к воротам и вижу как во двор заходит Сергей и двое полицейских.

Глава 16

— Настя, иди в дом. Быстро!

— Мам…

— Настя, хоть раз в жизни, не спорь, просто иди в дом. Настя, ты постоянно со мной споришь и прирекаешься. Ты можешь хотя бы один раз сделать то, что я говорю? Не спорить.

— Хорошо, мам.

Я помогаю ей подняться.

Настя, опираясь на костыли, идет в дом.

Я закрываю стеклянную дверь, ведущую на кухню. Поправляю прическу, платье. Медленно спускаюсь по ступенькам террасы. Иду в направлении полицейских и Сергея.

Стараюсь сделать испуганное лицо.

Хотя что тут притворяться? Я и правда очень сильно напугана.

Мои руки дрожат, а в горле собрался неприятный, колющий ком. Не представляю что сейчас будет, но чувствую, что ничего хорошего.

— Все в порядке? Как Тамара? Она цела?

— Надышалась дымом, — говорит Сергей. — Альбина, это полицейские. Тамара их вызвала. Она подозревает поджог.

— Поджог? Какой кошмар, кому это могло быть нужно?

— Добрый день. Альбина Витальевна. — Один из полицейских представляется, а затем говорит. — Суслова Тамара, сказала что у вас был конфликт и она подозревает вас в поджоге.

— Меня, — я прикладываю ладони к сердцу, — я не делала этого. Какой еще конфликт?

— Альбина Витальевна, мы вас ни в чем не обвиняем, — говорит полицейский, — пока мы просто пытаемся разобраться в ситуации.

— Я была в этот момент дома, с мужем и детьми. — Говорю я.

— У вас камеры работают?

— Да, работают, — говорит Сергей, — пройдемте в дом, я все покажу, там на одной из камер просматривается часть двора нашей соседки.

Сергей с полицейскими идет в дом, а я возвращаюсь на террасу.

Я зла на Тамару и обижена, но не желаю ей плохого. И я бы никогда не решилась поджечь дом. Никогда. Настя это точно сделать не смогла. Со своей сломанной ногой она передвигается, как улитка. А вот Миша... Нет, он бы тоже не стал этого делать.

Нельзя думать на своих.

Сейчас мы должны сплотиться и быть семьей, друг друга поддерживать.

Я захожу в дом, проверяю Настю. Она лежит в постели с телефоном и что-то там листает.

Замечает меня.

— Мам, это уже по всем новостям и по всем соцсетям. Я даже не представляю, как это быстро разлетелось. Вот, посмотри. — Настя поворачивает мне свой телефон, и я заглядываю на экран.

Вижу там Тамару. Она растрепанная, косметика немного потекла. И она кому-то рассказывает о том, что произошло. Говорит, что лежала в ванной, тут почувствовала запах дыма.

Пока выбралась, то дымом был окутан уже весь дом. И она говорит, что чуть не потеряла сознание. Хорошо, что быстро приехала скорая, ее спасли, потому что она могла погибнуть.

Пожар начался на первом этаже, и она не представляет, как это случилось. Какой ужас.

— Мам, это же правда не ты?

— Конечно, не я. У нас тут полиция. Лежи спокойно. Никому ничего не говори.

Я быстро выхожу из ее комнаты, прикрываю дверь, а затем иду в кабинет мужа.

Когда захожу, то вижу полицейских. Один из них сидит за столом Сергея, а второй стоит за его спиной.

Видимо, они смотрят на компьютере видео.

— Да, неплохо просматривается ее дом, но ничего не видно. К сожалению, у вашей соседки в этот день камеры были отключены. Она говорит, что сломались и собралась завтра менять. — Говорит один из полицейских.

Как удобно, думаю я.

Я стою в кабинете, обхватив себя за плечи и внимательно слушаю разговор.

— Так вы говорите, Альбина Витальевна, конфликта у вас не было?

— Ну как и с любыми соседями, — я развожу руками, — бывало разное, но мы знакомы много лет. У многих трения с соседями, но дом же из-за этого не поджигают.

— Вы даже не представляете, что вытворяют некоторые соседи, когда хотят навредить, — говорит жестко полицейский.

Они забирают записи и затем уходят.

Как только мы остаемся Сергеем вдвоем, я тоже бросаюсь к мужу.

— Что они сказали? Они нас подозревают?

— Тебя подозревают. Тамара всех убеждает, что это ты подожгла дом.

— Я этого не делала!

— Сейчас я не буду разбираться кто прав, а кто виноват. Моя задача семью защитить. Семью, Альбина. Ты все еще моя семья?

Я нервно сглатываю и молчу.

Понимаю на что он намекает.

Развод. Он знает что я хочу развестись.

— Поняла, — выдавливаю из себя еле слышно.

— Я сейчас поеду в больницу к Тамаре. Ее должны были уже увезти. И прослежу за тем, что она будет говорить полицейским.

— Хорошо, — тихо говорю я.

— Оставайся в доме. Миша и Настя будут с тобой. Чтобы никто отсюда не выходил, ни с кем не разговаривал, не отвечал на какие звонки. Если придет полиция, то звони мне. Ты меня поняла?

Я киваю.

— Все, я уехал. — Сергей хватает ключи от машины, берет свой пиджак и уходит.

Я не представляю, что мне ждать дальше.

— Мам, папа уехал? — Ко мне подходит Миша, — она все сваливает на тебя?

— Да, хочет меня обвинить. А отец угрожает что развод не даст.

— Мам, — Миша обнимает меня за плечи, — все будет хорошо. Мы справимся. У нее нет никаких доказательств.

— О измене твоего отца никто не знает, и никто не должен узнать. Этого не было. Понятно?

Я иду к Насте и повторяю свои слова ей.

— Все отрицаем и ничего не говорим. Мы с Тамарой подруги, любим друг друга и обожаем. Понятно?

Настя испуганно кивает, а я беру телефон и делаю то, что должна сделать хорошая подруга.

Звоню Тамаре.

Глава 17

Гудки. Затем голос Тамары.

— Зачем ты звонишь?

— Милая, ты как? — Я говорю наигранно. — Я так волнуюсь. Сережа сказала что поехал к тебе…

Связь обрывается. Я тут же звоню Сергею, но он не отвечает.

Я как