Измена. Ты старая и скучная - Лиза Шимай

Я верю своему сыну. Он очень сдержанный и спокойный. Если даже он не выдержал, то все было слишком серьезно.

— Ничего, бывает. Все мы люди. Я сама не знаю, как вести себя сейчас правильно.

Я ставлю кружку с горячим чаем рядом с сыном, и сама сажусь напротив него.

— Отец с адвокатами общался. Пытается как-то все это замять. Но ты знаешь, что она сделала? Уже по своим соцсетям расползлись видео с ней.

— Да, знаю, Настя сказала.

— Даже если мы это все замнем, еще очень долго будут обсуждать нашу семью.

— Это просто какой-то сюр. — Я прячу лицо в ладонях и закрываю глаза. — Я не могу успокоиться, я не могу понять, как оно все одно за другим. Сначала Настина авария, теперь это. Просто какой-то кошмар. Что за напасть на нашу семью?

— Напасть под названием Тамара.

— Ну, хоть в аварии она не виновата.

Андрей молчит, ничего не говорит. Я быстро смотрю на него и хочу задать еще один вопрос. Но тут слышу, как меня зовет Настя.

Вскакиваю со своего места и иду к ней.

Оказалось, что ей нужно было сходить ночью в туалет. И она даже туда зашла, но вот обратно подняться не получилось, потому что ноги затекли. Она неудачно потянулась за костылем, и тот упал на пол. Теперь она не может его достать.

Я помогаю дочери и провожаю ее обратно в спальню.

— Мам, что-то слышно про Тому и папу?

— Пока ничего. Ложись, спи. Завтра утром об этом поговорим.

Я укладываю дочь, а затем возвращаюсь на кухню, но Андрея там уже нет. Он лег на диване, накрылся предом и закрыл глаза. Не знаю, он все-таки уснул или просто притворяется, чтобы не продолжать разговор со мной.

Я понимаю, что ложиться спать бесполезно, поэтому наливаю себе чай, беру теплый плед и выхожу на террасу.

Сажусь там, укутываюсь в плед и просто сижу и жду рассвет.

Очень надеюсь, что с началом нового дня рассеются беды нашей семьи. Хотелось бы в это верить. Все, что остается сейчас, это только верить.

Сергей возвращается утром, когда я уже приготовила завтрак и дети проснулись.

Обычно в нашем доме, когда собираются дети, всегда шумно и звучит смех, а сейчас так тихо, что кошки на душе скребут.

Я приготовила оладьи мальчикам, а Насте яичницу с помидорами. Мы молча едим, когда на кухню заходит Сергей.

— Тамаре стало хуже, — говорит Сергей.

— Отчего хуже? — Возмущаюсь я, — от истерик?

— Успокойся. Я сам на взводе. Собирайся, нам надо в полицию ехать.

Глава 19

Когда мы ехали в полицию, то я думала, что меня приведут в пустой кабинет с зеркальной стеной и будут допрашивать, как в фильмах. Но нет. Нас с Сергеем привели в пыльный кабинет, заваленный папками с бумагами.

Перед нами сидело двое полицейских, с которыми мы уже общались раньше.

Я почувствовала, что кровь отлила от лица, руки дрожали, Сергей пытался меня подбадривать, но у него очень плохо получалось. Перед входом в кабинет он сказал.

— Старайся вести себя спокойнее. По тебе видно, будто ты во всем виновата.

— Но я не виновата, — прошептала я.

— Но ты ведешь себя именно так.

Я глубоко вдохнула и постаралась успокоиться, но не помогло.

— Альбина Витальевна начал один из полицейских. То, что говорите, вы и то что говорит, ваша подруга, расходится. Она убеждает нас в том, что вы хотели ей навредить, даже угрожали ей.

— Я никогда ей не угрожала. Зачем мне это делать? — Я стараюсь говорить спокойно, Но мой голос дрожит, а на глазах выступают слезы. — Мы были подругами, столько лет! Я переживаю за её здоровье. Она каждый день приходила к нам домой. Даже была на празднике дочери. Вы сможете спросить, у кого угодно, у нас прекрасные отношения. Я не знаю почему она так говорит, я не знаю, что случилось.

— А мы спросили, — говорит мужчина. — Мы спросили у нескольких ваших общих знакомых. Вот список.

Мужчина протягивает мне список. Я вижу, что там есть наши общие подруги.

— Они ваши слова подтверждают, но мы все же не можем понять, почему она продолжает убеждать, что это вы виноваты.

— Потому что она сумасшедшая, — неожиданно говорит Сергей.

— Сумасшедшая? — Удивляется полицейский, а я испуганно смотрю на своего мужа.

— Да, вы знаете, мне никогда не нравилась дружба моей жены и Тамары. Она очень странная, заносчивая и вспыльчивая. Но моя жена, женщина мягкая и спокойная. Она на подобное глаза закрывает.

Я продолжаю смотреть на мужа, и тогда он берет меня за руку и крепко сжимает.

Мне хочется отдернуть руку, отстраниться от него, но я сдерживаюсь. Сейчас не время. Сейчас я должна играть свою роль.

Мы об этом договорились.

— Я не знаю, что там в голове у Тамары, но могу вас заверить, что моя жена тут абсолютно ни при чем. Если у вас нет никаких доказательств, мы бы хотели уйти.

Полицейский согласно кивает, а затем говорит.

— Мы узнали источник пожара. Он начался на первом этаже. Там были свечи, декоративные, большие. Их кто-то поджег и бросил на штору. С этого начался пожар. Вы видели эти свечи Альбина Валерьевна?

— Я довольно часто была в доме Тамары, но совершенно не помню никаких свеч, а может быть просто не обращала внимание.

— Вы же говорите что были близкими подругами? Часто ходили к друг другу в гости.

— Моя жена сказала что они были близкими подругами и Тамара часто приходила в гости.

— Очень странная дружба.

— Но вы понимаете, она живет одна, а у меня дети, семья, заботы. Она забегала ко мне утром на кофе, пока я готовлю семье завтрак. Вот так мы и общались.

— Хорошо. — Говорит полицейский.

— Если на этом все, то мы пойдем. — Я слышу в голосе мужа нервозность.

— Что такое? Что случилось? — Спрашиваю Сергея, когда мы садимся в машину. — Почему ты так поспешно ушел?

— Не о чем нам с ними разговаривать. У них ничего на тебя нет. Это самое главное. Это то, что я хотел узнать. Сама с ними больше не общайся. Понятно?

— Да, хорошо. Сереж, ну я правда не помню никаких свеч. Ну, может быть, она, конечно, их недавно купила. Я около недели не была у нее дома.

— Это неважно, не имеет никакого значения. То, что у нее произошло, это произошло у нее. Поехали домой.

— Сереж, может быть, мне есть смысл