Хочу ребенка от Деда Мороза - Анна Лапина

атрибутов. Где-то в доме даже есть пакет с ненужными вещами… Я должен был в приют отвезти, но забыл это сделать. Намечай территорию, где будет стоять наша армия, а я пока сбегаю и принесу пакет с вещами. Там, по-моему, шарфы и шапки есть.

— Ты крепко взялся за это дело, — бросаю ему вслед.

— Ну так фотография же нужна! — напоминает он, прежде чем войти в дом.

Глеб возвращается уже через несколько минут с огромным пакетом различной одежды. Отдает его мне и принимается за работу.

Внутри пакета с вещами для приюта нахожу кучу всего. Даже два шарфа и три зимние женские шапки. Одну бейсболку и широкую пляжную шляпу.

И дело начинается!

Катаем шары до самого утра. Даже не замечаем, как время проходит. Веселимся, дурачимся… Так весело мне давно не было.

Я почувствовала себя ребенком, у которого начались каникулы. Который промок насквозь и который, придя домой, получит от мамы по самому мокрому месту, на котором скатывался с горки.

А потом будет вкусный чай, булочки, и… и вот оно — ощущение Нового года.

То, что забыто уже очень давно…

У нас получается тридцать один снеговик. И снег для одного мы даже своровали у соседей, но это наш с Морозовым секрет. Мы поклялись никому в жизни не рассказывать, что забрались на территорию чужого дома, скатали у них два шара и чудом их на свою территорию транспортировали.

Стыд и позор!

Но весело так, как никогда не было!

— Раздеваемся здесь, — командую хозяином дома, не пустив его дальше входной двери. — Чтобы воду по всему дому не растаскать, — объясняю, заметив его удивление моим командным тоном. — Предлагаю закинуть все в стиралку, а затем в сушку…

— Согласен с тобой, — кивает Глеб и за несколько секунд раздевается, представ передо мной в одних лишь трусах. И Морозова это ни капли не смутило, в отличие от меня. — Закинешь мое? — просит он, а я даже посмотреть в его сторону не могу. Делаю вид, что снег с себя стряхиваю. — Я пока за одеждой нам с тобой и чайник поставлю.

— Ага, — киваю.

Расслабляюсь, лишь когда он уходит.

Голый Дедушка Мороз — точно не для меня картинка. Туманит разум и… невинность.

Решительно беру себя в руки и стягиваю с себя вещи. Пользуясь тем, что хозяина нет, залетаю в туалет, смежный с постирочной. Заворачиваюсь в найденное на полках полотенце.

Не совсем презентабельный вид, но хоть не в одном нижнем белье.

В таком виде загружаю стиральную машину.

— Ну что здесь? — Морозов заглядывает в постирочную.

— Оба костюма не поместятся, — объявляю ему, запуская первую стирку. — Свой в таз положу. Постирается твой, а затем мой кинем.

— Хорошо, — соглашается он. — Пошли чай пить и греться. Я тебе твою одежду притащил, — отдает мне то, в чем я ходила в своей спальне ночью, и сразу же уходит.

Закрываюсь в постирочной и быстро переодеваюсь, а перед глазами обнаженный Морозов. Всего секунду его в таком виде видела, а из головы не выходит уже около десяти минут.

Выхожу из постирочной и иду на кухню. Морозов уже разлил чай.

— Устал я немного, — признается Глеб, попивая горячий напиток из своей чашки.

— Я тоже, — сажусь за стол уже без стеснения. — Попьем чай и пойдем спать?

— А может, фильм глянем, и только потом спать? — предлагает он. — Не хочу спать, когда настроение такое хорошее. Проснусь потом букой… Хочу подольше насладиться своим состоянием.

— Ладно, давай фильм! — соглашаюсь я. — Но что-то новогоднее хочу! Атмосферой прониклась с этой нашей армией, — делаю глоток и вспоминаю. — Кстати, ты же фотографию не сделал!

— Фотографию сделаем после сна, — объявляет он, коварно ухмыльнувшись. — Я кое-что заказал для фотографии. Да и на мои глаза посмотри! С таким видом не фотографируются!

— А что заказал? — уточняю у него.

— Сюрприз!

— Мне переживать?

— Трепетать от ужаса!

Но почему-то уже не страшно. Не верю я, что тот, с кем я снеговиков лепила, способен на какое-то зло. Шутить — запросто, но навредить — нет. Слишком милый для этого.

После чая садимся смотреть классику, которую все смотрят перед Новым годом. Заворачиваемся в пледы и… и даже половины фильма не успеваем досмотреть, когда засыпаем. Оба. В обнимку.

Пожалуй, это самый странный Новый год в моей жизни и расставание.

Из объятий одного в объятия другого… потенциального мужа.

Глава 6

Утром просыпаюсь первой. Спина болит от неудобной позы, а под головой что-то громко дышит и теплое.

Резко распахиваю глаза и замечаю себя спящей на Морозове. Мужчина еще одной рукой меня приобнял и на себя перетащил. И я его обняла в ответ. Руку на его щеку положила.

Дело пахнет плохо!

Дело пахнет влюбленностью. Моей.

Но я не могу влюбиться! Потому что я только что рассталась с Кириллом. Я не могла его разлюбить за один день и влюбиться в другого!

Это невозможно!

Я не такая ветреная!

Поднимаю взгляд на Глеба и разглядываю его. Красивый. Слишком красивый. И добрый. Веселый и милый.

— Долго еще разглядывать будешь? — спрашивает это сонное создание меня, даже глаза не открыв, но откуда-то догадавшись, чем я занимаюсь.

— Я? — хочу вырваться из его объятий, но его рука крепче перехватывает меня и подтягивает выше.

— Ты, — отвечает, открыв глаза и взглянув на меня. — И ты либо целуй, либо меня не провоцируй!

— Да я даже не думала об этом! — восклицаю.

— Жаль, — вздыхает он и отпускает меня, позволяя уйти. Только… уходить не хочется. Уютненько с ним. В его объятиях, в окружении его аромата. — Мы, кстати, вторую стирку не запустили, — хмыкает он. — Заснули.

— Да! Я быстро! — вскакиваю.

Я не могу в его влюбиться! Не так быстро!

— Я тогда закажу завтрак, — сменяет лежачую позу на сидячую.

— Нет! Я приготовлю что-то! — обещаю ему.

— Не хочу, чтобы ты готовила, — ловит он мой взгляд. — Предлагаю заварить чай и продолжить смотреть фильм. У нас ленивые выходные! Готовка в ленивые выходные запрещена!

— Но…

— Марфуш, мне нужна ты, а не домработница, — хмыкает, подарив улыбку. — То, что ты стирку запустишь — спасибо! Правда, спасибо за помощь по дому! А вот остальное оставь профессионалам, — вновь подмигивает. — Но мы можем поменяться, если так хочешь зайти на кухню. Ты заваришь чай, а я стирку поставлю.

— Почему ты такой? — задаю вопрос, взглянув на него совершенно иначе.

— Какой?

— Совсем ни о чем не переживаешь, — поясняю. — Все словно бы идет своим чередом, и ты согласен с этим. То, что ты притащил незнакомку в дом — для тебя все