После развода. Хозяйка морковной усадьбы - Инари Лу

Я замираю, чашка застывает на полпути к моим губам.

— Дракона? — переспрашивает Том, округлив глаза.

— Да, — кивает Ларс, не сводя с меня взгляда. — Причем не огненных драконов, не тех, что живут в горах. Это что-то другое. Более спокойное. Древнее. Как... - он задумывается, подбирая слова, — как глубокая вода. Как сама земля.

Я молчу. Что я могу сказать? Отрицание бесполезно.

Ларс не из тех, кто ошибается в таких вещах. Но и признаться я не могу. Не имею права. Кроум доверился мне, а я...

Не могу его подставить.

Тишина затягивается. Том переводит взгляд с брата на меня и обратно. Корнелиус сидит у двери, его желтые глаза светятся в полумраке.

И тут я слышу скрип половиц, знакомую тяжелую поступь. Дверь в подвал медленно открывается, и в проеме появляется Кроум.

Он выглядит спокойным и почти умиротворенным. Его темные глаза находят сначала меня, потом переходят на братьев Хельмут.

Ларс и Том застывают, их лица выражают смесь изумления и благоговейного страха.

— Это был я, — произносит Кроум низким, глубоким голосом, который раздается на всю усадьбу.

А я готова провалиться сквозь землю.

Глава 18

Кроум делает шаг вперед. Его массивная фигура заполняет пространство, а серебристые чешуйки на его теле мерцают в свете, проникающем через окна.

Его серые, поблескивающие лунным светом глаза, смотрят прямо на Ларса и Тома.

Братья, словно по команде, напрягаются. Их руки начинают светиться магической энергией.

Я вижу, как Ларс уже готов произнести заклинание, а Том сжимает в руке амулет, который незаметно достает из кармана.

— Стойте! — громко произношу я и делаю шаг вперед, вставая между братьями и Кроумом. — Не надо! Он не опасен!

Ларс бросает на меня недоверчивый взгляд, его брови хмурятся. Том, напротив, выглядит растерянным, но его магия все еще готова к действию.

— Ингрид, ты понимаешь, что говоришь? — Ларс смотрит на меня так, будто я сошла с ума. — Это дракон! И не просто дракон, а тот самый, которого мы заперли в подвале! Ты хоть представляешь, что он может натворить?

— Я знаю, кто он, — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо. — Это Кроум. Лунный дракон. И он не причинит нам вреда.

Кроум, до этого молчавший, поднимает голову, его голос раздается на всю усадьбу, но в нем нет угрозы, только спокойствие и достоинство.

— Я не враг вам, — говорит он, глядя на братьев. — Моя магия не разрушает, а исцеляет. Я скрываюсь здесь, потому что огненные драконы охотятся на таких, как я. Они считают нас угрозой, хотя мы никогда не стремились к войне. Днем я не могу покидать укрытие, чтобы не быть обнаруженным, но я готов помогать вам, если вы позволите.

Ларс и Том переглядываются. Их лица все еще напряжены, но в глазах появляется тень сомнения. Ларс первым нарушает молчание.

— Почему мы должны тебе верить? — его голос звучит жестко, но я понимаю, что это его способ защитить нас всех.

— Потому что я уже помог, — спокойно отвечает Кроум, кивая в сторону входной двери. — Я починил вашу дверь. И если бы хотел причинить вред, разве стал бы я это делать?

Том опускает руку с амулетом, его плечи расслабляются. Ларс, хоть и неохотно, но тоже убирает магическую энергию, которая уже начала искриться вокруг его пальцев.

— Ингрид, — Ларс поворачивается ко мне, его голос становится мягче, но в нем все еще слышится настороженность. — Ты уверена, что он не опасен?

— Уверена, — отвечаю я, глядя ему прямо в глаза. — Кроум спас меня. И он доказал, что его магия добрая. Если бы не он, я бы уже лежала под обвалившемся потолком.

Кроум делает еще один шаг вперед, его огромные крылья слегка расправляются, но он тут же складывает их, чтобы не казаться угрожающим. А потом принимает облик челоека.

— Я не прошу вас доверять мне сразу, — говорит он. — Но дайте мне шанс доказать, что я на вашей стороне.

Ларс долго смотрит на него, затем переводит взгляд на меня. Наконец, он вздыхает и кивает.

— Хорошо, — говорит он. — Но если ты хоть раз дашь нам повод усомниться в твоих намерениях, мы не будем медлить.

— Это справедливо, — спокойно отвечает Кроум. Но я замечаю, как его глаза на мгновение смягчаются. Возможно, он тоже устал от постоянного недоверия.

Том, наконец, улыбается, хоть и немного натянуто.

— Ну что ж, если ты действительно хочешь помочь, то у нас работы хватает, — говорит он, кивая в сторону усадьбы. — Надеюсь, ты умеешь не только двери чинить.

Кроум слегка наклоняет голову. И мне кажется, что так он решил улыбнуться нам.

— Уверяю, я могу гораздо больше, — отвечает он.

Я выдыхаю, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Возможно, теперь все пойдет быстрее. И я наконец смогу заняться этими землями.

Мне ведь нужно возродить на них земледелие. Раз уж я застряла здесь надолго.

Эта мысль все равно не дает мне покоя. А если мне так и не удастся вернуться назад?

Что мне делать? Всю жизнь выращивать морковь среди каких-то странных драконов?

Глава 19

— Ингрид! — вдруг зовет Ларс.

Я подбегаю к братьям и вопросительно смотрю на них.

— Нужна вода.

— Но здесь нет воды. Был колодец, но он тоже обветшал и завален чем-то.

— Родник есть в лесу, — напоминает Кроум.

— Хорошо, я схожу. Только объясни мне как добраться.

Кроум начинает подробно объяснять, как туда дойти. Вроде бы не сильно далеко от моей усадьбы. Но судя по их милям, возможно, что несколько километров.

— На самом деле там негде заблудиться. Идешь строго, как я сказал. И перед тобой откроется небольшая поляна, за которой будет овраг. И вот там бьет родник.

— Постараюсь. Элис, — обращаюсь к своей преданной помощнице, — остаешься здесь. Если что — поможешь братьям.

— Конечно, Ингрид.

— Надо бы кровати отремонтировать, а то нам спать практически не на чем, — добавляю я.

— Будет исполнено, — улыбается Том.

Я беру два сосуда и выхожу из усадьбы. На улице уже вечереет. Ноя все равно должна вернуться до темноты.

Поэтому ускоряю шаг и выхожу за пределы усадьбы.

Сначала иду по дороге, по которой мы шли в деревню. Потом мне нужно свернуть на тропинку в лес слева от меня. И пройти пару километров по направлению к северу.

Захожу в лес. Тишина и покой. Только раздаются различные птичьи трели.

Я иду по тропинке, ведущей на север, а каждый шаг