С любовью, твоя злодейка - Виктория Аэтри

когда-то сама просила, чтобы я защитил дитя нашей любви… а теперь что ты задумала Флория? – но по-прежнему я стояла и молча плакала, а каждый его вопрос вызывал новую волну боли во всём теле.

– Не молчи, Флория. Отвечай! – хлёстко звучали приказы герцога после каждого его вопроса.

Но он ведь не знал, что этим вызывает ещё большие страдания у меня – он приказывал отвечать, и этому я не могла сопротивляться. Силясь воспроизвести хоть малейший звук, по-прежнему не могла преодолеть вынужденной немоты – и от этого становилось ещё хуже.

Я уже почти ничего не видела перед собой за пеленой слёз от боли, когда мужчина, приблизившись вплотную, вдруг с силой встряхнул меня и, теряя терпение, велел:

– Скажи хоть что-нибудь, Флория! Хотя бы ради сына, ответь мне уже наконец! – последовал очередной невыполнимый приказ.

Едва сдерживаемый гнев и глубоко затаённая боль в глазах мужчины – это было последнее, что я увидела перед тем, как провалиться в спасительную темноту. Разум мой отключился, потому что не смог больше противостоять бесконечной боли.

⊱ ──────ஓ๑♡๑ஓ ────── ⊰

Эдвард…

Я надеялся, что общение с вновь обретённым сыном хоть немного остудит огонь ярости и гнева, пылающий в моей душе.

Прибывший лекарь успокоил, сообщая, что с ребёнком всё в порядке, и вреда никакого ему не причинили. Только благополучное возвращение Арзана и спасло предательницу, которая вновь осмелилась явиться в мой дом.

Мари хлопотала над моим сыном, а я всё никак не мог заставить себя покинуть детскую. Страх снова потерять моего кроху всё ещё не отпускал душу. Но чтобы страх не превратился в навязчивый и неконтролируемый, необходимо было разобраться со всеми участниками совершённого злодеяния.

И первой в списке была она – Флория.

Однако, несмотря на всю свою ненависть к этой женщине, я чувствовал, что здесь что-то не так. Но чтобы разобраться во всём, требовалось получить ответы на мучившие меня вопросы.

Флория… почему она поступила так с собственным сыном? Зачем позволила втянуть его в эту опасную игру?

Ведь когда-то она сама отдала мне ребёнка с просьбой защитить его.

И почему до сих пор сама Флория не произнесла ни слова в своё оправдание? И даже не попыталась обратиться с мольбой о пощаде?

Как не оттягивал я нашу встречу, но мне пришлось оставить сына на попечении няни и многочисленной охраны, и отправиться в кабинет, чтобы стребовать все ответы с женщины, полностью разрушившей мою жизнь.

Однако мои намерения добиться правды разбились о настойчивое молчание предательницы.

Теперь я с трудом узнавал ту, которую раньше любил больше жизни. Куда делась утончённая красавица, завладевшая когда-то моим сердцем? Сейчас передо мной стояла измождённая женщина в рваных обносках, и она даже не пыталась вымолить прощения для себя. Лишь продолжала стоять в своём упорном молчании и, не переставая, плакать.

И когда, не сдержавшись, я тряхнул её и потребовал ответить на вопросы, она так же, ни говоря ни слова и ни моля о пощаде, осела в моих руках и потеряла сознание.

– Лекаря сюда быстро! – громко крикнул в сторону двери.

Мне же оставалось лишь дождаться, когда исполнят приказ. А пока я попытался как можно бережнее перехватить хрупкое женское тело в своих руках, но дракхова корзина в побелевших пальцах Флории сильно затрудняла мои действия.

Флория повисла в моих руках изломанной куклой, а сам я ощутил предательский укол в сердце при одной только мысли, что сейчас могу снова потерять свою коварную возлюбленную. Только теперь уже навсегда…

– Да где же этот дракхов лекарь?! – не удержавшись, прорычал в пространство.

И тут, словно небеса наконец вняли моему отчаянию, дверь распахнулась, впуская подоспевшую помощь.

Глава 14. Узница замка Варрлент

Эдвард

Актион Гермонт примчался в мой замок, как только узнал, что сына мне вернули.

– Что ты намерен предпринять, Эдвард? – прямо спросил друг. – Ты ведь понимаешь, что Флория преступница, и тебе следует передать её в руки правосудия? В прошлый раз она сумела улизнуть от нашей службы безопасности. Не без содействия твоего помощника, как стало нам известно. Факт участия Бэзила в той истории со шпионажем подтвердили уже несколько достоверных источников, которые не вызывают сомнений. И теперь мне важно понять твою позицию в этом деле. Что скажешь, Эдвард?

Пока что кронпринц приехал как друг, искренне беспокоившийся о судьбе моего ребёнка. Но, как глава Тайной канцелярии, он должен был меня предостеречь от опрометчивых поступков – это я понимал, как никто другой.

И это Актион ещё не знал про мою авантюру с дочерью лорда Затрини, и про вынужденный сговор с теневым правителем столицы. Мне же оставалось надеяться, что второе лицо в государстве так и останется в счастливом неведении о моих, не совсем законных, «сделках» с некоторыми личностями.

Но что я мог ответить другу на его, без сомнения, справедливые речи и довольно щекотливые вопросы? Что моё сердце отказывается верить в то, что любимая женщина могла оказаться отъявленной злодейкой, не пожалевшей даже родного сына?

Ведь все факты указывали на обратное: Флория, как и прежде принадлежала к стану наших врагов. И естественно, без её участия не обошлась теперь и эта отвратительная история с похищением моего сына. Нашего с ней сына… а вот именно это обстоятельство было тайной, которую я тщательно скрывал вообще от кого бы то ни было. Ни одна живая душа, кроме нас с Флорией, даже не подозревала о том, кем на самом деле являлась мать моего Арзана.

И тем не менее, какими бы убедительными ни были доводы Актиона, но моя интуиция вопила о том, что всё не так просто и очевидно в этой истории, как хотели преподнести наши заклятые «партнёры».

– Знаешь, Актион, я бы не стал торопиться с выводами, – всё же решился возразить другу. – Есть все основания полагать, что в этот раз Флория не была добровольной пособницей наших недругов. Вот посмотри на эту затейливую вещицу, которую лекарь обнаружил в причёске у Флории, – я потянулся к экранирующей шкатулке, стоявшей на моём рабочем столе. Затем осторожно достал оттуда подавляющий волю артефакт и протянул его кронпринцу.

– Хм… интересные плетения, – заинтересованно протянул мой гость после недолгого изучения предмета, напоминающего женское украшение для волос. – Так сразу и не разглядишь, что чары ментального воздействия попытались тщательно замаскировать. Думаешь,