Дикая Магия - Даха Тараторина

— А дикие колдуют спонтанно, не нуждаясь в формулах и занудных книгах, — перебила Ивария. — Кто-то назвал бы это великим талантом. Но наш государь предпочёл слово «проклятые».

— А вы? — Морья стиснула зубы, чтобы не обидеть настоятельницу грубым словом, но не сдержалась и закончила: — Почему тогда вы избавились от своего проклятья?!

Ивария попыталась ухватить солнечного зайчика ладонью, но разве руками удержишь свет? Нет, это подвластно лишь немногим. И ей уже не дано.

— Потому что пламя может как обогреть, так и уничтожить город. И на это пламя мотыльками слетаются не только люди, но и демоны. Тело обычного мага не выдержало бы сущность из бреши. А тело дикого… — Ивария встряхнула седыми волосами, предоставив Морье самой додумывать, насколько привлекательно для демонов её тело. Настоятельница закончила: — Подумай, как много может дать магия? Власть, мощь, любовь. . Всё, что пожелаешь. Любое твоё желание — открытая дверь в бездну. И магия толкает тебя к ней, ты ведь уже в этом убедилась?

Морья как можно плотнее сжала бёдра.

— Кажется. . да.

Да! Тысячу раз да! Тот жар, что пронзал тело в купальне, когда Валар обнял её. . Это ли не то запретное желание, о котором говорит настоятельница? Это ли не та дверь, через которую в её тело входит огонь и может попасть демон?

— А как. . запереть эту дверь?

— Для начала, попроси Валара уехать и оставить тебя, — резко произнесла Ивария. Но тут же, смягчившись, добавила: — Я ведь вижу, как вы оба смотрите друг на друга. Боюсь, для тебя другого пути нет, дитя мое.

Морья хотела возразить. Она смотрит на Валара? На этого нахального, самовлюблённого и грубого головореза? Вот ещё! Но Ивария выставила вперед руку в жесте, призывающем молчать.

— Обдумай. И приходи сюда завтра. Через полчаса после ужина. Я жду твоего решения.

Глава 6

С момента их встречи Морья спала беспокойно. Это нисколько не удивляло Валара: сам он прошёл через те же муки давно, но до сих пор не забыл их. Хоть и старался.

Когда случился прорыв, демоны приходили к нему каждую ночь. Они запугивали, соблазняли, просили — они пробовали всё, лишь бы дикий впустил существо из бреши в своё тело. Только так они могут существовать в их мире, только так они могут дать носителю невиданную власть. .

Валар соблазнился силой.

Для глупой девки из глухой деревни тоже найдется подходящая цена. Со временем. .

Он через стену слышал, как она стонет во сне. Плачет. Зовёт мать и сестру. Она быстро сдастся, она слаба.

Валар резко поднялся с кровати и с силой хлопнул себя по щеке.

— Дурочка деревенская. . — прорычал он. Но злость на Морью так и не пришла. Скорее, некое новое чувство, схожее с. . жалостью? Нет. Будь это жалость, он бы оставил её под опекой Иварии, а сам убрался подальше. Тогда что?

Морья вскрикнула во сне.

— Мама! Мама, пожалуйста!

— Ещё пожар устроит. . — пробурчал оплотник и вышел в коридор.

Он всего лишь опасается, что, не умея сладить с магией, дикая выпустит на волю огонь. А пожар лишит его не пары часов сна, а целой ночи отдыха. Поэтому и только поэтому он осторожно приоткрыл дверь в выделенную Морье келью.

Девушка металась по кровати. Чудо, что не свалилась и не пробудилась от этого. Простыни смяты и насквозь пропитаны потом, волосы чёрными полосами налипли на мокрый лоб. Чёрными? О нет! Волосы отчётливо отливали медью. Даже не так! Рыжиной! Возле висков волосы тлели несмелыми золотистыми искрами — зарождающийся огонь. Рано.

Слишком рано!

— Эй! Что спать не даёшь?!

Валар поспешил к ней, чтобы грубо тряхнуть за плечо. За то самое, с которого сползла взмокшая сорочка. Загорелое, слегка шелушащееся от непривычно жаркого в этом году солнца. Со свежими следами от синяков — клеймом золотых.

Валар сел на кровати рядом с девушкой и бездумно провёл пальцем по длинной синюшной полосе, ныряющей под сорочку. Наверняка золотые не преминули бы хорошенько попробовать девку перед тем, как сдать в застенки. Но то обычную девку. Дикую же лишь слегка пощупали: ну как колданёт? Это осознание только сильнее разозлило Валара.

— Мр-р-рази. .

Конечно, она не могла его услышать. Колдовской сон достаточно крепок. Но почему-то в этот миг Морья приподнялась на локтях и позвала не родичей.

— Валар. .

И вновь бессильно упала на подушки.

Он среагировал быстрее, чем подумал. Так обычно реагирует тело в бою. Но нынче не бой, а Морья — не противник. Однако руки сами обхватили её тоненькое тельце и, баюкая, прижали к груди.

— Я здесь.

Она захныкала, как маленькой ребёнок, засучила ногами.

— Мне больно. .

— Я знаю. Знаю, ведьма.

А вот теперь пришла ненависть к себе. За тайный знак, вырезанный в соседней комнате, за то, что сейчас не разбудит ее, не остановит дурное наваждение. За то, что не уберется из жизни этой девочки. Не оставит ее в покое. За то, что сам же губит.

— Пожалуйста, хватит! Я не хочу! Не хочу!

Она рванулась, угольные волосы на висках вспыхнули язычками пламени, подобно венцу, но не спалили локоны, а словно оплели их рыжими лентами. Валар сильнее прижал её к себе. Из колдовского кошмара так просто не вырваться. Но как знать, может, кошмар способен вытеснить другой, хороший сон? Ведь не всегда твари заманивают к себе кошмарами.

— Им не добраться до тебя, слышишь? Я здесь.

Он снова соврал. Как бы сильно Валар не хотел, чтобы это было правдой.

Слезы Морьи стекали по его обнажённой груди, повторяя рисунок застарелых шрамов. Сначала частыми горячими ручейками, потом всё реже.

Валар убрал за уши растрепавшиеся волосы и, поддавшись порыву, коснулся губами виска. Пламя на нём вздрогнуло и погасло, Морья прерывисто вздохнула в последний раз и затихла. Теперь дикая колдунья с горящими волосами походила на обычную девку, которой привиделся плохой сон.

Валар осторожно уложил её на постель, протянул руку, чтобы накрыть одеялом. Но вместо этого провёл широкой ладонью от колена вверх, приподнимая сорочку. Та легко скользнула, точно только того и ждала, обнажила бедро. Всё внутри него скрутилось в тугой узел.

Колдовской сон крепок. . Ему ли не знать, насколько. Он с усилием проглотил слюну и понял, что во рту пересохло. Позволил себе приподнять сорочку ещё совсем немножечко. .

Зарычал сквозь зубы и почти бегом выскочил из кельи.

— Пр-р-роклятая дикая ведьма!

Внизу живота всё так же болезненно тянуло.

* * *

Пробуждение было рваным, неприятным. На какое-то время Морья