Вечно падаем - Хлоя Уолш

уже порядком надоело смотреть, как этого мужчину игнорируют и так с ним обращаются. Мы оба не видели Линду с тех пор, как задолго до Рождества получили открытку по почте и короткое сообщение на телефон Кайла в Новый год — и все. Никакой связи больше. Было ясно: что-то происходит. Но то, что она игнорировала и избегала Кайла, ломало его. Она была единственным родителем, которого он когда-либо знал, его единственной опорой — и последние полгода она медленно от него отдалялась. Сейчас ситуация дошла до того, что она уволилась с должности менеджера в отеле — о чем Кайл узнал от Майка — и избегала его, словно чумы.

Обходя дом, я заглянула в окна, пытаясь заметить хоть какие-то признаки жизни.

— Ничего, — крикнула я.

— Давай же, Линда, — простонал Кайл, стуча сильнее. — Открой, черт подери… пожалуйста. Я тут яйцами звеню от холода.

Он достал телефон, немного повозился с экраном и прижал трубку к уху.

— Ладно, вот тебе сообщение, — рявкнул он в трубку. — Это все какая-то херня, Линда. — Сорвав с головы серую шапку-бинни, Кайл провел рукой по волосам, продолжая красочно выговаривать, — как я поняла, — уже автоответчику. — Я волнуюсь за тебя, Христа ради. Почему ты так себя ведешь? — зарычал он. — Пожалуйста, просто перезвони мне и дай понять, что все в порядке.

Подойдя ко мне, Кайл схватил меня за руку свободной рукой и потащил к машине.

— Мне плевать, что твоя сестра говорит, — бурчал он, зажав телефон между плечом и ухом, пока открывал мне пассажирскую дверь. — Я знаю, что что-то случилось. — Он смотрел на меня своими ярко-синими глазами, пока я осторожно садилась в салон.

Закрыв мою дверь, Кайл обошел машину и сел на водительское место.

— Перезвони мне в течение недели, иначе я лечу к Пэтти, — процедил он и закончил звонок. Бросив телефон себе на колени, он наклонился и уронил голову на руль. — Почему она так со мной? — промямлил он сквозь металл.

— Я не знаю, Кайл, — прошептала я, пододвигаясь ближе, чтобы обнять его. — Не знаю, малыш. — Обняв его, я прижала щеку к его широкой спине. Даже сквозь несколько слоев одежды я чувствовала, как напрягаются его мышцы. — Ты пробовал еще раз звонить ее сестре?

Пэтти Николс была сестрой Линды. Она жила в Мичигане и, по словам Кайла, несколько раз звонила, уверяя его, что с Линдой все хорошо и ей просто нужен отдых от всей драмы — которую создали мы. Кайл ей не верил, и раз уж он не верил — то и я тоже. У Кайла всегда были хорошие инстинкты. Его предчувствия почти всегда оказывались правильными, и девять раз из десяти я доверяла его чутью…

— Толку ноль, принцесса, — пробормотал он. Выпрямившись, он повернулся ко мне. — Она только заливает мне полную херню.

— Ты поедешь туда? — тихо спросила я. Он не ответил сразу. Вместо этого он потянулся ко мне, пристегнул мой ремень безопасности и только потом сел ровно.

Нежно поцеловав меня в лоб, он вздохнул треснувшим голосом.

— Нет, — сказал наконец и повернул ключ в зажигании, оживляя мотор. — Пэтти дала мне понять, что у Линды есть своя семья, которая должна о ней заботиться. — Отъезжая от дома, Кайл взял меня за руку. — У меня тоже есть своя семья.

— Я бы не обиделась, если бы ты поехал, Кайл, — сказала я, сжимая его пальцы, как могла утешая. — Я знаю, как много она для тебя значит.

— А ты знаешь, как много значишь для меня ты? — мягко спросил он. Поднеся мою руку к губам, он поцеловал внутреннюю сторону запястья — и по моему телу пробежали мурашки.

— Боже, у тебя руки ледяные, — простонал он. — Тебе надо носить перчатки.

— Забыла, — выдохнула я, вся вспыхивая от одного маленького поцелуя. — И что я значу для тебя?

— Ты у меня на первом месте, — пробормотал он.

— В чем — на первом? — спросила я, глядя на его профиль, а сердце колотилось в груди.

— Во всем, — ответил он, бросив на меня быстрый взгляд, полный честности.

— Как ты держишься, малыш? — мягко спросил он. — С твоей мамой и этим судом?

— Нормально, Кайл, — сказала я. — Суд был неизбежен. Но так у нас есть еще немного времени, верно? — Он коротко кивнул, и я поспешила сменить тему, уводя нас от мрачных мыслей. — Я рада за Трейси, — призналась я.

Мои мысли скользнули к маме и сообщению, которое она прислала утром:

Думаю о тебе. Xxx

Я все еще не знала, что думать. Я ответила:

Я рада, что ты здесь.

Это была правда. Я была счастлива, что она снова в моей жизни, просто не знала, как теперь это все обустроить — как вернуть двадцать лет сломанного общения — но, чем больше я думала об этом, тем… радостнее становилось.

Да, это звучало дико лицемерно, учитывая, как яростно я отвергала ее попытки сблизиться раньше. Но после ее признания мое отношение полностью изменилось. Я чувствовала огромную вину за то, как обращалась с ней в последние месяцы, и еще большую — за то, что стала причиной, по которой она когда-то осталась с моим отцом.

Но кусочек горечи все еще жил во мне. Маленький, но цепляющийся за прошлое. Я надеялась, что со временем он исчезнет. Улыбающееся лицо Хоуп было достаточной причиной, чтобы хотя бы попытаться закопать топор войны. Я хотела двигаться дальше. Ради своей дочери. Я не собиралась позволить своей боли и своим ранам протечь в ее будущее.

По крайней мере, она сейчас в безопасности — укутанная в доме Кайла на Тринадцатой улице. Пусть лучше там, чем со мной, подумала я, передернувшись. Прикусив губу, я тяжело вздохнула:

— Она заслуживает второго шанса.

Мы ехали молча, наши сплетенные пальцы покоились на коробке передач. Я думала, что мы просто едем домой, но когда Кайл проскочил наш закрытый въезд, я поняла — у него другие планы. Я не спрашивала, куда он меня везет. Я знала: Хоуп в безопасности с Дереком, а я — в безопасности с ним.

Радио было включено, и мягкий, тягучий голос