Согласившись с боссом - Оливия Хейл

возвращается, он идет прямо в кабинет и ест ужин за своим столом. Мне хочется спросить Бонни, начал ли он ужинать за рабочим столом после моего появления, но я не решаюсь. Не знаю, что бы я сделала с этой информацией. Обрадовалась? Обиделась?

Квартира почти всегда пуста, когда я начинаю свой день, и сегодня тоже. За эти дни я исследовала ее больше. Я даже дошла до того, что подняла одну из гантелей в его спортзале и чуть не уронила себе на ногу. В этом пространстве есть индивидуальность. Просто она хорошо спрятана.

Как бутылки вина в винном шкафу. Как книги, разбросанные по гостиной. Ни одной художественной: все биографии великих мужчин и женщин прошлых эпох или книги, написанные современными лидерами бизнеса. Книги, которые он читает.

Сегодня утром я работаю над своим бизнес-предложением для Виктора, время от времени отвлекаясь на сообщения от Надин.

Некоторые из них более желанны, чем другие.

Надин: Твоя мама когда-нибудь приедет в город, ты же знаешь.

Сесилия: Знаю.

Надин: Ты же знаешь, она моя любимица.

Сесилия: Ой. Тебе больше не достанется соленых огурчиков с моего бургера.

Надин: Это непропорциональный ответ. Я знаю, ты никогда не лишишь меня огурчиков. Тааак или иначе, что мы скажем ей о тебе и твоем новом муже?

Я улыбаюсь, глядя в телефон. Спасибо Богу за Надин и за то, что она говорит «мы». Она еще не знает о моих планах на деньги или о том, что Виктор станет спонсором ее галереи.

Сесилия: Понятия не имею, что ей скажу. Она с ума сойдет. Придется подготовить список безумных поступков, которые совершала она сама.

Надин: Отличный ход. Нет ничего лучше, чем напомнить ей о том единственном разе, когда она припарковалась у пожарной части, чтобы показать, как тебе плевать на то, что ты выходишь за своего босса.

Сесилия: Отвлекай, отвлекай, отвлекай. Я научилась этому у лучших!

Надин: Не знаю, меня ты имеешь в виду или свою мать, но… да. Хорошая стратегия. Я буду рядом с тобой, знаешь. Если ты хочешь, чтобы я была там.

Сесилия: Я всегда хочу, чтобы ты была рядом.

Надин: Ты никогда от меня не избавишься!

Надин: Я должна быть свободна в пятницу. Можно мне прийти и посмотреть квартиру мистера Босс-козла тогда? Пожааалуйста? Мне нужно убедиться, что ты не его пленница. Он читает твои сообщения? Скажи мне точный цвет платья, в котором ты была на выпускном в младших классах. Если ответ верный, я пойму, что ты в безопасности.

Сесилия: Пятница — идеально! Горчичный. Это был ужасный вид. Спасибо, что заставила меня пережить это снова.

Надин: Ты выглядела мило.

Сесилия: Врунья.

Приготовив себе обед из хорошо укомплектованного холодильника, я иду на пробежку. Мне требуется четыре с половиной секунды, чтобы добраться до Центрального парка. Он прямо через улицу и вот я уже там, стучу кроссовками по асфальту под осенней листвой. Сухие листья хрустят под ногами, я глубоко вдыхаю.

Я справлюсь. Просто нужно не упускать из виду цель. Год жизни в этом месте, почти не видя Виктора, со временем, чтобы каждый день работать над своим бизнесом. Он дал мне возможность всей жизни, когда сделал предложение, и я за нее хватаюсь. Принять открытую дверь. Это то, что сделал бы он.

Я возвращаюсь, вспотевшая и запыхавшаяся, вижу Стивена, идущего через фойе. Он несет огромную голубую коробку с изящным белым бантом. Его лицо — маска сосредоточенности.

Я спешу через мраморный пол.

— Вам помочь?

Он качает головой, но когда пытается нажать кнопку лифта локтем, коробка угрожающе кренится.

Я нажимаю кнопку.

— Позвольте. Мы едем в квартиру Виктора?

— Да. Спасибо, миссис Сэнт-Клер.

— Зовите меня Сесилия, пожалуйста, — из-за огромной коробки его плохо видно, но это не невозможно. Я встречаю осторожные карие глаза. — Сколько вам лет, Стивен?

— Двадцать три, миссис… мэм.

— Как долго вы работаете на Виктора?

— Два года, — он переводит взгляд с меня на позолоченные стены лифта, словно не уверен, разрешено ли нам разговаривать.

— Вам нравится ваша работа?

В его глазах появляется подозрительность.

— Да, мэм.

Двери лифта открываются, и я спешу вперед, открывая входную дверь ключ-картой.

— Эта штука, похоже, еще и тяжелая. Вы точно в порядке?

— Да, — говорит он, но кряхтит, взваливая коробку поудобнее, и переступает порог.

Прихожая завалена подарками.

Они образуют полосу препятствий на полу. Всех размеров и форм, некоторые упакованы, некоторые нет. Этот взрыв даров тянется до самой гостиной. Журнальный столик уставлен букетами цветов так плотно, что напоминает клумбу.

— Что это?

Стивен ставит коробку на пол.

— Свадебные подарки.

— Свадебные подарки?

Бонни отвечает, появляясь из кухни с планшетом в руках.

— Добро пожаловать домой!

— Гм, спасибо, — я скидываю грязные кроссовки и провожу рукой по серебристой упаковке. — Все это прибыло сегодня?

— Да. Был непрерывный поток, — она постукивает ручкой по планшету. — Я начала составлять список всех отправителей. Я позволила себе заказать стопку благодарственных открыток, они будут завтра, я собираю адреса всех отправителей.

— Отправителей? Кто это прислал?

— О, куча людей. Я сейчас пробегусь с вами по списку. Стивен?

— Да?

— Будьте добры, спуститесь и захватите последние букеты, которые доставили.

Его плечи поникают, но он кивает и покидает квартиру без лишних слов. Интересно, сколько раз он уже проделал этот путь на лифте сегодня.

Я поднимаю маленькую белую коробку с воздушным бантом и верчу ее в руках. В своих старых тренировочных леггинсах и растрепанном хвосте я чувствую себя огром среди этой безупречной демонстрации богатства.

— Здесь нет имени.

— Хм? Да. Некоторые положили карточки внутрь подарка, а не снаружи, — она качает головой. — Понимаю, из соображений приватности, но нам от этого не легче.

Посреди всего этого — огромное сердце из роз. В прямом смысле: настоящие, обрезанные розы, уложенные в картонное сердце, розового, фиолетового и белого цвета. Я поднимаю прикрепленную записку.

Мистеру и миссис Сэнт-Клер,

Поздравляем со свадьбой! Надеемся, вы оба возьмете заслуженный отпуск на медовый месяц.

Открытка подписана банком. Не человеком. Банком.

Я опускаю ее.

— Бонни.

— Да?

— Банк прислал нам цветы?

Она кивает.

— Боюсь, о вашем браке стало известно. Это публичная запись, и есть много людей, кто хочет быть на хорошем счету у мистера Сэнт-Клера.

— Они присылают нам подарки как бизнес-инвестиции?

— Некоторые — да. Некоторые — от друзей семьи Сэнт-Клеров.

— Друзей семьи, — тихо повторяю я.

Бонни разворачивает большой бумажный пакет и ставит его между нами.

— Хотите начать распаковывать, дорогая?

У меня глаза разбегаются при виде этого невероятного количества доставок. Некоторые стопки по пять коробок в высоту.