Голая ошибка - Элисса Тир

Даша вскрикнула. Громко. Слишком громко для пустой парковки. Таргитай замер на секунду, но она сжала его плечо, призывая продолжать.

И он понял.

Он водил языком вокруг соска, потом втянул в рот, и Даша выгнулась дугой, вцепившись в его плечи. Его плечи были огромными. Она чувствовала под ладонями шрамы, глубокие борозды, бугры зажившей кожи. Он весь был в шрамах. Но это ее не пугало, потому что было частью его истории.

Он перешел на другую грудь, и Даша запустила пальцы в его жесткие, густые волосы, не такие, как у людей. Она тянула их, когда становилось слишком хорошо, и он низко мычал в ответ.

Джинсы мешали. Она расстегнула пуговицу сама, дернула молнию, заерзала, пытаясь стянуть их, но фургон был тесен.

— Я помогу, — сказал он.

Он сел, и в тот же миг его голова уперлась в потолок, он выругался тихо. Даша хихикнула. Потом зашипела, когда он стащил с нее джинсы вместе с трусами. Холодный воздух коснулся влажной кожи между ног.

— Осторожнее, — выдохнула она.

— Прости.

Его тяжелая ладонь легла на ее бедро. Даша чувствовала, какая она огромная, покрывала половину ее бедра целиком. Он провел пальцами выше, к животу, потом ниже, между ног. Коснулся.

Даша закусила губу.

Он гладил ее осторожно, изучающе. Его пальцы были шершавыми, но двигались мягко, и каждое прикосновение отзывалось внутри тугим узлом. Он нашел нужное место быстро, сориентировался по ее реакции на его прикосновения, и надавил. Даша всхлипнула.

— Здесь? — спросил он.

— Да. — Голос сел, превратился в хрип. — Да, там.

Он гладил ее, не переставая, и одновременно целовал в живот, в бедра, в колени. Даша потеряла счет времени. Были только его руки, его губы, и то, как он делал круговые движения пальцами. Ровно, ритмично, ускоряясь, когда она начинала дышать чаще.

— Таргитай, — простонала она, будучи на грани.

— Подожди, — сказал он. И убрал руку.

Она застонала от разочарования.

— Зачем?

Даша готова была его убить на месте за это.

— Хочу, чтобы ты кончила на мне, — сказал он тихо.

Он перекатился на спину, потянул ее за собой. Даша оказалась сверху. Она ориентировалась по его глазам и своим ощущениям его тела под собой. Она села на него. Его член уперся ей в живот, и Даша ахнула. Она видела его в первую ночь, но тогда она только смотрела. А теперь чувствовала.

Он был огромным. Горячим. Твердым, как камень, но кожа на нем оказалась мягкой, шелковистой на ощупь. Даша провела пальцами от основания до головки, и Таргитай зарычал. Низко, гортанно, и от этого звука у нее внутри все сжалось.

— Ты уверена? — спросил он.

— Более чем, — заявила она решительно.

Она приподнялась, а потом медленно на него опустилась. Даша замерла на секунду, привыкая. Это было великолепно. Она никогда раньше такого не чувствовала.

Она опустилась до конца. Он заполнил ее целиком. Это было странно, непривычно, почти пугающе.

Он нежно коснулся ее щеки, провел рукой по груди.

Она начала двигаться, упираясь руками в его широкую грудь. Под ладонями билось его сердце. Быстро, сильнее, чем у человека. Она двигалась вверх-вниз, и каждый раз, когда он выходил почти до конца, а потом снова входил, внутри вспыхивало жаром.

Таргитай помогал. Его руки лежали на ее бедрах, направляли, придерживали. Он был нежен. Удивительно нежен для своего размера, своей силы, своей зеленой кожи, покрытой шрамами.

— Быстрее? — спросил он.

— Да.

Он ускорился. Даша вцепилась в его плечи, потеряв ритм, потеряв себя. Она его почти не видела, только изредка вспышки красного, когда открывала глаза. Но она чувствовала всё. Его пальцы на ее бедрах. Его член внутри. Слышала его сбитое дыхание.

Она кончила внезапно. Волна поднялась откуда-то из живота, захлестнула ее. Она выгнула спину. Даша вскрикнула, не сдерживаясь, и ее тело сжалось вокруг него несколько раз подряд, пульсируя, выжимая из него стон.

Таргитай замер. Дождался, пока схлынут спазмы. А потом перекатился, меняя их местами. Оказался сверху и продолжил. Теперь он двигался сам: глубоко, размеренно, не выходя до конца. Даша чувствовала, как он дрожит от напряжения.

Она потянула его ближе. Он глухо зарычал и на выдохе кончил. Даша почувствовала горячую пульсацию внутри, его содрогания, его тяжелое дыхание над своей головой.

Она улыбнулась в темноту. Потом он перекатился на бок, притянул ее к себе. Она прижалась щекой к его груди. Слушала, как сердце постепенно успокаивается.

«Это было невероятно», — подумала Даша с удивлением. Вот уж чего она не ждала при вызове демона так того, что переспит с орком и это будет настолько идеально.

Глава 11

Утро, тишина и невыносимый выбор

Даша проснулась от того, что в фургоне стало светло.

Серый, мутный свет пробивался сквозь тонированные стекла, и в этом свете всё выглядело иначе. Вчерашняя теснота теперь казалась просто теснотой, без романтики. Вчерашнее тепло — просто теплом.

Таргитай лежал рядом, всё еще прижимая ее к себе. Зеленый, огромный, с закрытыми глазами. Во сне его лицо казалось почти безмятежным: клыки не так заметны, брови не нахмурены. Даша смотрела на него и чувствовала, как внутри разрастается холод.

Сегодня он уйдет.

Не просто уйдет, отправится в другой мир. Навсегда. Она его больше никогда не увидит.

Даша осторожно выскользнула из его рук. Он не проснулся. Или сделал вид, что не проснулся. Она не стала проверять.

Она натянула вчерашнюю одежду: футболку, джинсы, трусы, которые нашла засунутыми между сиденьями. Всё пахло им. Хвоей, дымом, его кожей.

Она села за руль, завела двигатель и выехала с парковки, даже не дождавшись, пока он проснется. Просто хотела оказаться в движении. Чтобы не думать.

Таргитай проснулся, когда они уже вырулили на трассу. Он сел, согнувшись, поджав колени. И молчал.

Они не разговаривали всю дорогу.

Даша сжимала руль так, что костяшки побелели. Она смотрела на дорогу, на разметку, на встречные машины, но видела только одно: как он исчезает. Прямо сейчас. Пока они едут, он еще здесь. Через час — уже нет.

Ей казалось, что она везет его хоронить.

Ведьма жила на окраине Курска, в типовой девятиэтажке. Даша нашла адрес по навигатору, припарковала минивэн во дворе, напротив подъезда.

— Приехали, — сказала она.

Голос прозвучал словно чужой.

Таргитай кивнул. Он смотрел на нее странно, как будто хотел что-то сказать, но не решался.

Они вышли из фургона. На улице было сыро, пахло мокрым асфальтом и прелыми листьями. Даша огляделась — никого. Хорошо.

— Бегом, —