Трое. Любовь по понятиям - Ирина Серебрянская

— А теперь ложись, — сказал Андрей. — На спину. Расслабься.

Она легла, закрыла глаза. Андрей подошёл, сел рядом на кровать. Можно я положу руку тебе на живот? Просто положу. Через одежду. Ты почувствуешь моё тепло, а я — твоё. Ничего больше.

Она кивнула, не открывая глаз.

Его ладонь легла ей на живот — тёплая, сухая, чуть шершавая. Марта

вздрогнула, но не от страха — от неожиданности.

Дыши, — напомнил Андрей. — Просто дыши. Чувствуешь мою руку? Да. Она не делает больно. Она просто есть. Просто греет. Ты можешь расслабиться.

Марта дышала, и постепенно напряжение уходило. Тепло от его руки растекалось по животу, поднималось выше, опускалось ниже. А теперь — моя вторая рука, — сказал Андрей. — Я положу её тебе на грудь. Тоже просто положу. Ничего больше.

Вторая ладонь легла на грудь — чуть выше сердца. Марта чувствовала, как бьётся её сердце — сильно, часто. И как его руки просто лежат, ничего не требуя, ничего не прося.

Хорошо? — спросил Андрей.

Хорошо, — выдохнула она. Запомни это ощущение, — сказал он. — Это — доверие. Когда ты позволяе кому-то касаться тебя и знаешь, что этот кто-то не сделает больно. Это основа всего. Они лежали так долго — пять минут, десять, может, полчаса. Марта потеряла счёт времени. Было только тепло, только покой, только его руки — надёжные, тёплые, добрые.

A теперь, сказал Андрей, — я их уберу. Медленно. А ты попробуй запомнить это чувство. Чтобы потом, когда будет страшно, ты могла его вызвать сама.

Он убрал руки. Марта открыла глаза.

— Это... это было удивительно, — сказала она. — Я никогда не думала, что простое прикосновение может быть таким...

Каким?

Настоящим. Не пошлым, не страшным. Просто... тёплым. Таким оно и должно быть, — улыбнулся Андрей. — А теперь — вставай.

На сегодня хватит. Завтра будет следующий урок.

А что будет завтра? — спросила Марта.

Завтра ты увидишь себя. По-настоящему.

Он вышел, оставив её наедине с новыми, непривычными ощущениями. Марта лежала, глядя в потолок, и чувствовала, как на губах сама собой появляется улыбка. Она не знала, что будет дальше. Но впервые в жизни ей было не страшно.

Вечером вернулся Борис. Заглянул в её комнату, увидел, что она сидит, обхватив колени руками, и смотрит в окно.

Ну как? — спросил он.

Хорошо, — ответила Марта. — Очень хорошо.

Он подошёл, сел рядом. Помолчал.

Я тоже так хочу, — сказал вдруг. — Научиться. Не сломать.

Научишься, — уверенно сказала Марта. — Ты сильный. А сильные умеют быть нежными, когда захотят.

Он посмотрел на неё долгим взглядом. Потом осторожно, будто боясь спугнуть, взял её за руку.

Можно я просто посижу с тобой?

Можно.

Они сидели рядом, глядя на падающий снег, и молчали. Но в этом молчании было больше, чем в любых словах.

Глава 12. УРОК ВТОРОЙ — ЗЕРКАЛО

Три дня спустя

Андрей пришёл утром, когда Борис уже уехал. В руках у него было большое зеркало в тяжёлой деревянной раме — то самое, что стояло в прихожей. — Помоги, — попросил он.

Марта помогла принести зеркало в её комнату. Они прислонили его к стене, отрегулировали так, чтобы она могла видеть себя в полный рост. — Раздевайся, — сказал Андрей.

Марта замерла. Сердце пропустило удар.

— Не бойся, — добавил он мягко. — Я отвернусь. Я не буду смотреть, если ты не захочешь. Но ты должна увидеть себя. Всю. В первый раз по-настоящему. Он повернулся к окну, за которым всё так же падал снег

пушистый, укрывающий город белым покрывалом.

крупный, Марта стояла, не двигаясь. Потом медленно, словно во сне, начала расстёгивать пуговицы на свитере. Свитер упал на пол. За ним — майка. Юбка. Бельё.

Она осталась стоять обнажённой перед высоким, в полный рост, зеркалом. И замерла, разглядывая себя.

Из зеркала на неё смотрела девушка — тонкая, хрупкая, почти прозрачная. Высокая грудь — маленькая, девичья, которую она всегда стеснялась. Тонкая талия, крутые бёдра, длинные ноги. Кожа — молочно-белая, с голубоватыми прожилками на висках и запястьях. Волосы — тёмной волной рассыпались по плечам, касаясь сосков.

Она никогда не видела себя такой. Голой. Беззащитной. И — красивой. Ты смотришь? — спросила она шёпотом.

Нет, — ответил Андрей, не оборачиваясь.

— Я жду.

Я... я не знаю, что делать.

Ничего не делай. Просто смотри. И говори вслух то, что видишь. Марта смотрела. Долго. Очень долго.

Я... у меня родинка на плече, — сказала она. — Бабушка говорила, это к счастью.

— Хорошо, — отозвался Андрей. — Что ещё?

Шрам на коленке. Упала, когда маленькая была. Бежала за цыплёнком и упала.

— Он не портит тебя. Он часть твоей истории.

Живот... плоский. Слишком, наверное. Бабушка говорила, женщина должна быть округлой.

— Бабушка жила в другое время. Ты красива такой, какая есть. Марта провела рукой по животу — медленно, изучающе. Кожа была тёплой, гладкой, живой.

A это... - она коснулась груди, — это нормально? Что они такие маленькие?

Это нормально, прекрасны. Потому что твои, твёрдо сказал Андрей. — Это часть тебя.

Она обхватила грудь ладонями — осторожно, будто впервые. Соски под пальцами стали твёрже.

А здесь... её рука скользнула ниже, к животу, к бёдрам, к самому сокровенному. — Я никогда не трогала себя там. Бабушка говорила, грех. Бабушка ошибалась, — мягко сказал Андрей. Это твоё тело. Ты имеешь право знать его. Всё. Без стыда.

Марта медленно, очень медленно, провела рукой по внутренней стороне бедра. Кожа там была особенно нежной, особенно чувствительной. — Странно, — прошептала она. — Приятно.

Запомни это место, — сказал Андрей. — Там много таких. Ты будешь их открывать постепенно.

Она гладила себя — бёдра, живот, грудь, плечи. Всё своё тело, которое вдруг стало не чужим, не стыдным, а своим. Родным.

Я красивая? — спросила она вдруг.

Очень, — ответил Андрей. — Я не смотрю, но знаю. Потому что я видел тебя раньше. И потому что сейчас я слышу твой голос. В нём появилось что-то новое. Гордость.

Повернись, — сказала Марта. — Посмотри на меня.

Андрей медленно повернулся.

Она стояла перед ним — обнажённая, прямая, не прячась. В её глазах не было стыда. Была гордость. Было принятие. Была сила.

Ты права, тихо сказал Андрей. — Ты красивая. Самая красивая из всех, кого я видел.

Потому что я — это я? — спросила Марта.

Потому что ты — это ты, — подтвердил он.

Она улыбнулась — впервые обнажённой, впервые свободной. — Спасибо тебе, — сказала она. — За то, что научил меня видеть. Это ты сама научилась, — ответил Андрей. — Я только зеркало поставил.